Воробышек - Олли Ро

А я… Я даже не сопротивляюсь…

- Егооор! – доносится с первого этажа голос Семеновны, - Егорушкааа! Тебе Максим звонит!

- Твою мать, - чертыхаюсь я и поднимаюсь с пола вместе с легкой, будто пушинка, Евой.

Ставлю на пол ее ослабленные ноги с подрагивающими коленями и на миг сомневаюсь, сможет ли она удержаться самостоятельно, поэтому не спешу отпускать.

- Ты нормально? Стоишь? Давай до кровати донесу?

- Нет, все хорошо. Спасибо. Иди, Егор. Я справлюсь.

- Точно?

- Егор! – повторно зовет Семеновна, и я понимаю, что если не выйду, она поднимется наверх.

- Иди, Егор, быстрее!

Я почти вышел, но у самой двери развернулся и влетел обратно в ванну, чтобы напоследок поцеловать Еву еще разок. Но только так, как МНЕ хочется – глубоко, жадно, сильно, отбирая дыхание, разум и адекватность. И не перестаю целовать, пока не слышу отчетливый ответный стон.

Не могу сдержать победную улыбку.

Теперь можно идти.

Макс с его разговорами ни о чем и обо всем сразу остудил мой пыл. На вопрос, чем таким я был занят, что не отвечаю на мобильный, пришлось благоразумно промолчать и перевести тему беседы. В основном речь шла о возобновлении утренних пробежек, на которые в последнее время мы оба забили. Вскользь я поинтересовался у друга, не знает ли он, где можно раздобыть свежей крови, в ответ у Макса прорвало фонтан черного юмора. Однако, он обнадеживающе сказал, что есть у него одна идейка, поэтому я должен брать ноги в руки и лететь к соседу.

Что и сделал.

И уже через пять минут наблюдал, как весело скалясь, Коротков-младший доставал что-то из холодильника.

- А зачем тебе кровь? – поинтересовался друг.

- Надо в обморок попасть.

- Куда? – усмехнулся он.

- Долго объяснять, - решил не вдаваться в подробности, - Надо кое-что вспомнить.

Макс мгновенно посерьезнел и как-то странно на меня посмотрел.

- Ты что-то забыл? – удивленно спросил он.

- Кажется, да… И кажется, это что-то очень важное.

- Это как-то связано с твоей фобией?

- Думаю, да… Два последнее время, когда меня уносило, я кое-что видел… Настю… И Гелю… Кажется, я был там, когда их убили.

- Ты серьезно?

- Возможно, я все видел… И… может, если я постараюсь, то вспомню гораздо больше. Узнаю место… И… мы, наконец, найдем Настю.

- Она не единственная, кого не нашли.

- Да, я знаю…

- Семь девчонок, Егор, так и остались пропавшими без вести. Кажется, следствие тогда пришло к выводу, что этот псих их просто расчленил на мелкие кусочки и разбросал по лесу. Кого ты хочешь найти, спустя столько лет?

- Не знаю… Но знаю, что предположение с расчленением доказано не было. И вообще, этого психа осудили только за убийство Гели. Причастность к смерти остальных лишь косвенная. Найденная на его одежде кровь еще не доказательство в убийстве! Ты сам знаешь истину – нет тела, нет дела! А психа этого тогда даже в тюрьму не посадили! В больничку на принудительное заперли! Но он виновен! Он убил их всех! Девчонки перестали пропадать, как только его упекли в дурку!

- Но что ты теперь хочешь? Прошло сколько? Лет двенадцать? Псих этот никогда не выйдет на волю, а что хуже – тюрьма или российская психушка – вопрос, знаешь ли, весьма спорный.

- Мне кажется, я видел его вчера.

- Кого?

- Герасима.

- Какого Герасима?

- ПСИХА, МАКС!

- Где?

- В лесу, у памятника на озере.

- Да быть такого не может!

- Не знаю… Я не уверен. Там мужик был какой-то. Что-то искал, причем уже не в первый раз. Я не помню, как выглядел тот псих, но… Короче, я просто отключился. Как девка какая-то, потерял сознание от страха. А потом, у меня было видение. Бля… ВОСПОМИНАНИЕ.  И там был этот мужик! В подвале!

- В каком еще подвале?

- Не знаю. Не помню. Думаю, в его подвале. Потому что я видел там и Настю, и Гелю, и самого себя, только маленького, понимаешь?

- Если честно, то нет, брат. Нихрена не понимаю.

- Говорю же, долго объяснять. Короче, мне нужна кровь. Мне нужен мой новый припадок!

- Слушай, крови, конечно, нет. Но есть печень!

- Печень?

- Свиная печень!

- И зачем мне печень?

- Смотри! – и Макс потряс передо мной вакуумной упаковкой чего-то темного.

- Она там с кровью! Тебе ж вроде много не надо!

Идея была сомнительной, но ничего лучшего не находилось. Коротков с улыбкой сатаниста выпотрошил в глубокую металлическую миску кроваво-буро-фиолетово-красные куски. Что ж, возможно, идея не так плоха, подумал я, чувствуя подступающую тошноту.

Макс запустил руки в миску и принялся мять куски, словно выжимая из них соки. На коже появились темные разводы давно свернувшейся крови. Она густыми каплями неестественного оранжево-бордового оттенка размазывалась по широким ладоням. Друг посматривал на меня с долей скепсиса и недоверия. Будто ожидая, когда уже меня накроет, и параллельно прикидывая – не проломлю ли я обо что-нибудь свою черепушку, если вдруг упаду прямо сейчас посреди их уютной светлой кухни.

- Ну как ты?

- Мутно… Но недостаточно, - честно признался я.

- Ясно. Подойди-ка поближе.

- Зачем?

- Давай-давай!

Я послушно подошел к столу внимательно вглядываясь в месиво.

- Закрой глаза!

- Макс…

- Закрывай, говорю!

Я послушно зажмурился, держась за край стола. И тогда Макс сделал кое-что, что действительно подействовало так, как надо! Он сунул мне под нос миску с печенью.

- Чувствуешь, как воняет смертью? – совершенно серьезным голосом предводителя Сатанистов всея Руси спросил Коротков.

О да!

Я чувствовал!

Мерзкий запах холодной печени с яркими металлическими нотками ворвался в сознание. Горло обжег желудочный сок. Тело мелко задрожало. Сознание уносилось в глухую темноту, оставляя лишь легкость и приглушенные крики Макса…

В себя пришел, лежа на прохладной плитке. Затылок ныл, видимо приложился во время падения. Надо мной нависал взъерошенный, как мокрая курица, Коротков, сверля меня диким ошалелым взглядом.

- Ну как? Получилось? – интересовался друг, - Я тебя спецом не трогал, чтоб не нарушать сеанс!

Сеанс, блядь!

Экстрасенс херов.

- Воды дать? – помахал он передо мной запотевшей бутылочкой минеральной воды, которую явно вынул из холодильника. Я кивнул и попытался подняться. Голова еще слегка кружилась, подташнивало, в глазах плавали мутные пятна.