Избранная для Драконов - Элли Блэк

– Стоять! – продрал громкий глас горло Элизабет.

Ее голос взлетел над равниной, ударился будто о Небесный свод и упал вниз, останавливая движение темной массы. Нежить замерла, ища пустыми глазницами того, кто отдал приказ. А в это время Элизабет почувствовала, что ее тело наполнилось, словно сосуд, энергий Великой Стихийки.

– Мне нужно было преодолеть это расстояние до Древнего Хранилища так, чтобы Эрион не почувствовала раньше времени моего приближения, – услышала Элизабет в своей голове голос Великой ЗОВВы. – Теперь ты мне больше не нужна.

Щелчок, и Элизабет снова оказалась там, где можно было находиться в роли наблюдателя. Чувства ушли на второй план, и ей теперь нечего было бояться. Ей теперь ничего больше не подвластно.

***

Равнину вдруг накрыла стихия. Непогода свирепствовала и выла, подчиняясь желанию и силе Изначальной Стихийки. Она стояла на огненной земле, маленькая, тонкая, с распущенными светлыми волосами, находясь прямо в центре стихии. Ее окутывал Свет, будто плащом, рисовал солнечную дымку вокруг хрупкого тела и не позволял дотронуться до нежного стана мощным порывам непогоды. С небес непрерывными потоками хлестал дождь, а тяжелые надутые тучи беспрестанно разрезали острыми клиньями молнии, вбиваясь в массу нежити своими разрядами. ЗОВВа горела магической силой изнури. Распластав руки, она выпустила мощный магический разряд из самой середины Радужного Семицвета. Переливчатые волны радужным сиянием ударились в землю и, будто превратившись в полноводные реки, потекли в самую гущу мертвой нежити. Когда магическая сеть паутиной окутала огненную землю, по равнине пронеся тихий рокот, но дальше с каждой секундой он только нарастал и уже спустя минуту превратился в оглушительный дикий вой. Сияющая магия, скопившись в центре толпы мертвецов, взорвалась потоком живого света. Он охватывал своими объятиями каждую темную фигурку и проглатывал, накрывая собой. Не прошло и нескольких коротких мгновений, как ослепительная волна яркого света накрыла собой тьму, и этот миг мир погас. Глаза Элизабет перестали видеть. Она качнулась, но упасть не успела. Ее подхватили сильные руки и прижали истощенное магией тело к мускулистой груди.

– Элизабет, – голос Рафаэля ласкал слух, и девушка, распахнув ресницы, слабо улыбнулась.

– Профессор, – шепнула она слабым голосом, – как вы здесь оказались? Ведь купол вас не должен был выпустить?

– Куколка, поверь, братьев дос Аньёс не так легко запереть и обезоружить, – хмыкнул Габриэль из-за плеча брата.

Резкий порыв ветра обдал их мощным потоком. Рафаэль, развернувшись на пятках, встал к нему спиной, защищая Элизабет от смрадного пепла, которым тот был наполнен.

А потом произошло что-то совсем непонятное. Земля содрогнулась, и Рафаэль не смог удержаться на ногах, рухнул на колени. Элизабет, испугавшись, что может упасть, обхватила его шею руками.

– Небесные Маги! Что за адова дьявольщина! – выдохнул Габриэль, и девушка выглянула из-за плеча Рафаэля, посмотрела в том же направлении, что и Габриэль.

– Всемогущие Маги! – просипела она.

Рафаэль медленно повернулся вместе со стихийкой на руках и непроизвольно от увиденной картины прижал девушку плотнее к себе.

– Что это? – выдавил он.

А тем временем перед ними развернулась немыслимая для осознания картина. Разлом, который отделял Драконов и стихийку от Древнего Хранилища, начал срастаться прямо на глазах и когда до полного соединения двух рваных краев оставалось еще совсем немного, движение земных пластов остановилось, и из них, фонтанируя, хлынула огненная лава, облизывая своими ярко-рыжими языками стены Хранилища. А потом раздался оглушительный треск, и запечатанные магией ворота Древнего Хранилища обрушились на землю, образовывая собой мост через сросшийся не до конца разлом.

– Это еще не конец! – прогремело над равниной, и из темной арки полезли первые твари.

Один…

Четыре…

Восемь…

А дальше Элизабет и братья Аньёс уже их не могли сосчитать. Движимые жаждой мести и ненависти своего творца, они хлынули из проема гурьбой, облепляя собой серые стены Хранилища.

Элизабет вжалась в Рафаэля.

– Это только начало! – полушепотом проговорил профессор и, выпустив из рук стихийку, переместил ее за спину.

– Будем биться до последней капли крови, – сказал Габриэль и с ревом взмыл в воздух, оборачиваясь огромным драконом.

– Элизабет, детка, попробуй создать вокруг себя купол… постарайся, – Раф поцеловал девушку в губы и, последовав примеру брата, сменил ипостась и взмыл в небо, мощным взмахом крыльев отрываясь от земли, выпуская перед собой толстую струю огня.

– О, Истинная ЗОВВа! Не оставь нас сейчас! Это так несправедливо с твоей стороны! – воздела к небу руки Элизабет и в тот же миг почувствовала, как из ее груди наружу рвется что-то мощное, необъятное. Будто вся сила стихий закрутилась в тугой комок в груди и сейчас с невероятной скоростью набирает обороты, вбирая в себя всю магию и все способности Элизабет.

– Отдай! – услышала приказ ЗОВВы в голове и не смогла ему сопротивляться.

Девушка отпустила Энергетические Токи, и они потекли обжигающим огнем по ее венам, продолжая собираться в тугой клубок прямо в центре груди. Когда состояние стихийки достигло апогея, из горла Элизабет вырвался дикий крик, и в этот же момент в дверях Древнего Хранилища показалась Эрион – демоница, пожирающая души.

Ребра Элизабет заломило, и девушка выгнулась дугой. Столб света вырвался наружу, взлетая к небесам. Обездвиженная и лишенная сил, девушка завалилась на бок и теперь могла лишь наблюдать за тем, что происходит возле стен Хранилища.

Когда Элизабет сосредоточила взгляд на Эрион, у нее заслезились глаза. Демоница была настолько омерзительна и ужасающа одновременно, что рвотный рефлекс скрутил желудок, но Элизабет продолжала лежать даже не в силах пошевелиться.

Столб света, что вырвался из ее тела, начал преобразовываться, и спустя несколько мгновений в небе уже сияла никто иная как Великая ЗОВВа. Ее ослепительная красота была настолько прекрасна, насколько ужасна была ее сестра Эрион.

– Ах ты поганая дрянь! – взревела Эрион, сотрясая своим скрипучим голосом и без того накаленный воздух. – Это ты уничтожила моего Хааргуса!

Огромная туша Эрион качнулась вперед, и тело, напоминающее тулово гусеницы, вывалилось из арки Хранилища на импровизированный мост. Элизабет жадно втянула глоток воздуха.

– Сестра, да ты просто урод! – брезгливо выплюнула ЗОВВа, и ее слова, будто тяжелая мраморная плита, придавили всех тех, кто находился на земле. – Зачем ты позоришь нашего Отца! Неужто тебе самой не противно от того, что твоя душа заключена в столь безобразной оболочке?

– Заткнись! – прошипела Эрион, и воздух пошел вибрациями.

Элизабет, не отрываясь, следила за Хранительницей Артефакта и не могла осознать того, что из магического сосуда могло появиться это безобразие, и оно же является не кем иным, как дочерью Верховного Отца.