Сердце без любви - Мила Ваниль

— Мы можем как-то уладить недоразумение?

В его взгляде читается вопрос: «Сколько?» Я давно научился определять, когда мне предлагают взятку.

— О да, — говорю я. — Увольте Александру. Этого будет достаточно.

Администратор улавливает с полуслова. Он, безусловно, рад, что не придется расставаться с деньгами. Такие мелочи, как личная выгода, его не волнуют. Если мне понадобилось рассчитаться с девчонкой таким способом — это мои проблемы. Не волнует его и судьба официантки. Текучка кадров в таких кафе высокая.

— Да, конечно, — соглашается он бодро.

— При мне, — добавляю я.

Месть не так сладка, если не видишь ее результата. Да, я жестко расправился с Алесси, но почему я должен ее жалеть? Какую цель она преследовала? Деньги! Иначе не обманывала бы. И я наказал ее, лишив подработки. Ничего, найдет новую. Пусть лучше идет в ветклинику лечить кошечек и собачек. Если учится на ветеринара, то нужна практика.

Алесси молча выслушивает приговор, лишь кусает губы и сжимает кулаки. По требованию администратора приносит мне извинения, пряча взгляд. Не могу понять, что она чувствует, но меня это и не беспокоит.

— Не извиняю, — говорю я ей в ответ. Мы оба понимаем, что речь идет не о пролитом кофе. — А еще сделаю так, что тебя не возьмут на работу ни в одно приличное кафе города.

Последнее — блеф. Я не собираюсь ее преследовать, да и перекрыть ей все вакансии не в силах. Но этим даю понять, как я зол.

Насладившись унижением Алесси, выхожу на улицу и отчего-то торчу под фонарным столбом напротив кафе. Минут через двадцать появляется та, кого жду.

Я не привлекаю к себе внимание, но и не прячусь, просто стою и наблюдаю. Алесси расплела дурацкие косы и завязала волосы в «хвост», на ней знакомые ветровка и джинсы, и рюкзак закинут на одно плечо. Засунув руки в карманы, она запрокидывает голову и смотрит в небо. Я тоже смотрю, но не вижу ничего, кроме проводов и обычного марева большого города.

Потом Алесси замечает меня. Она замирает, отворачивается, и я почти уверен, что она опять сбежит, но ошибаюсь. Быстрым шагом Алесси подходит ко мне.

— Это несправедливо, — говорит она тихо. — Подло и несправедливо!

— Да неужели? — ухмыляюсь я. — Я так не считаю.

— Да, я… виновата. — Она переводит дыхание и смотрит мне в глаза. — Я обманула Аллу. Я сбежала, потому что… испугалась. Но это касалось тематических отношений. А вы устроили мне публичную порку на работе! Это несправедливо.

— Лучше было бы публично выпороть тебя в клубе?

— Да! — кричит она. И произносит тише: — Да… Мне очень нужна эта работа.

— Найдешь другую.

— Здесь хорошо платили…

— Ах, да. Ты же любишь деньги. Считай, что это расплата за алчность.

— Но я не брала ваших денег, — возражает Алесси. — В чем мое преступление? В том, что я неопытна? Что испугалась? Не смогла ничего объяснить и сбежала?

— Ты обманула ради денег.

— Не ради денег… — бормочет она и опускает взгляд.

— Что?

Она поворачивается, чтобы уйти, но я хватаю ее за руку.

— Ради чего же? Давай, удиви меня. Из-за чего ты оставила меня в дураках?

— Вы мне нравитесь…

— Что?..

— Вы мне нравитесь, — повторяет Алесси. — Я так хотела быть с вами, что потеряла разум. Я сама себя наказала. У меня был шанс… подготовиться, а я поспешила…

Кажется, она вот-вот заплачет.

— Как подготовиться? — перебиваю ее я. — Что ты несешь?

— Набраться опыта, — перечисляет она серьезно. — Лишиться девственности.

Точно, ненормальная. Или искусная актриса? Я хватаю ее за плечи и разворачиваю к свету, всматриваюсь в лицо. В глазах стоят слезы, брови сведены к переносице. Ни черта не понимаю! Врет или нет?

— Не смешно, — рычу я.

— Я не шучу, — отвечает она. И повторяет, как попугай: — Вы мне нравитесь.

Теперь крыша едет уже у меня. Иначе ни за что не придумал бы… такое.

— Нравлюсь, значит? — шиплю я. — Может, проверим? Я сам лишу тебя девственности. И устрою на работу в приличный ресторан. Но при условии, что ты явишься в клуб в день, который я назначу, и примешь от меня публичную порку.

Алесси молчит и смотрит на меня, не мигая. Что и требовалось доказать.

— Вот именно, — говорю я и отпускаю ее. — Прощай, Александра. Больше не попадайся мне на глаза.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, и слышу тихий голос:

— Я согласна на все ваши условия.

