Секретарь для плейбоев - Анна Милтон

— Не только ваша, — учтивым тоном поправила я.

— Ну да, ну да, — пробормотал Борис Дмитриевич, положив руки на край стола. — Как, напомни, тебя зовут?

А я и не говорила своего имени.

— Арсения.

— Арсения, — с улыбкой повторил босс.

— Я принесла вам кофе.

Прошагала вглубь современно обставленного кабинета и поставила перед боссом кружку с напитком, который я подогрела пару минут назад.

— Издеваешься? Что ты мне подсунула? — с внезапной брезгливостью спросил блондин.

Ээмм?

Некрасов перевел взгляд от емкости с напитком к моему недоуменному лицу. Смотрел так, словно я за считанные мгновения превратилась в грязь под мысками его ботинок.

— Прошу прощения?

— Я, по-твоему, идиот, чтобы пить из незнакомой кружки? А вдруг ты ее из помойки достала?

Что за вздор?!

— Я взяла ее из обеденной зоны для персонала, — сдерживая за стиснутыми зубами негодование, вызванное грубой реакцией Некрасова, пояснила я.

— То есть, это чья-то кружка? — медленно протянул он, отстраняясь от спинки и вонзаясь в меня испепеляющим взором. — Чужая кружка оказалась на моем столе? — заговорил, еще больше растягивая слова. Согнул руки в локтях, перенес центр тяжести на ладони, которые по-прежнему покоились на столе. Он будто готовился к прыжку. — Кружка, которая может принадлежать человеку с герпесом или еще черт знает с чем? — голубые глаза, метающие в меня молнии, резко сузились. — Ты адекватная?

В чьей адекватности и стоило сомневаться, так это в его!

— В моей медицинской книжке указано, что на все сто процентов, — выдавив улыбку, парировала его крайне нелепое обвинение.

Помни, зачем ты здесь, Ася.

Я не должна допустить того, чтобы в первый же день, не поработав и часа, вылететь с позором из-за ругани с начальством. Белова меня точно за это не похвалит.

— Мне очень жаль, Борис Дмитриевич, — проглотив жажду отмщения за свою уязвленную гордость, я смягчила голос и взяла со стола кружку-человека-с-герпесом-или-еще-черт-знает-с-чем. — Если бы я знала, что вы такой… взыскательный, — гадкий придира, — к подобным вещам, то подобного казуса не случилось бы. Понимаете, сегодня мой первый день. Я ужасно волнуюсь, потому что ничего и никого здесь не знаю. Меня не предупредили о ваших взаимоотношениях… с посудой, поэтому еще раз приношу извинения.

Некрасов казался удовлетворенным этим пропитанным фальшью раскаянием. Он упивался своим хозяйским положением настолько, что не заметил откровенно издевательской нотки, звучавшей в моей интонации.

— Ладно. Ты милашка, так что на первый и единственный раз прощаю.

— Благодарю, — выдавила кислую улыбку, сжимая пальцами злосчастную кружку.

Да я бы не поленилась перерыть какую-нибудь ближайшую помойку, чтобы стереть с безукоризненного лица плейбоя надменность!

— Вылей эту гадость, — небрежно махнув рукой, велел Некрасов и отвернулся к тонкому компьютерному монитору с логотипом «Apple». — Налей кофе в одну из тех чашек, — указательным пальцем подсказал направление.

Я проследила за жестом босса. Он показывал на журнальный столик с двумя полочками, заставленными роскошным набором чайного сервиза: фарфоровые блюдца, кувшин и миниатюрные чашечки голубоватого цвета с золотым затейливым узором.

— Я пью только из них, — проговорил мужчина, вдалбливая информацию в мою память размеренным отчетливым голосом. — Будь аккуратна. Это эксклюзивная работа «De Lamerie», за которую я отвалил кучу денег. Сломаешь — век не расплатишься.

От серьезности, с которой вещал босс, у меня засосало под ложечкой.

Я тихонечко кивнула и подошла к журнальному столику. Поставила на него кружку с рисунком улыбающегося смайла, нагнулась, чтобы открыть стеклянную узкую дверцу, и выудила крошечную чашку.

Я ощутила многотонный груз ответственности, как только взяла миниатюрный предмет сервиза весом не больше гусиного пера в руку.

Выпрямилась и с облегчением вздохнула. Я продержала дорогую вещицу почти минуту и не уронила ее. Это прогресс!

Довольная собой, поспешила к выходу.

Дверь в кабинет с размахом отворилась и с грохочущим звуком ударилась о стену.

От неожиданности я вздрогнула и чуть подпрыгнула, застыв на месте.

— Барс! — гневливый рык наполнил помещение.

Вошел высокий брюнет. Его деловой костюм и прическу я немедленно узнала. Этот человек пихнул меня перед тем, как промчаться по вестибюлю.

Однако Борис Дмитриевич даже и не думал смотреть в сторону нежданного гостя.

Некрасов вперился неподвижным взором в мои руки. Вернее, он прожигал глазами то, что в них находилось пару мгновений назад… а теперь покоилось у моих туфель горсткой разбитого фарфора.