Мой горячий Север - Агата Лав

Утром я лежу в постели и пытаюсь убедить себя, что вчерашний день мне привиделся из-за нервотрепки на новом рабочем месте. Яркие галлюцинации замученной женщины были, а вот никакого незнакомца с манерами нахала не было. И никто меня не выбирал ни в любовницы, ни в личные менеджеры, и в моей жизни не добавилось проблем.

Самовнушение работает ровно до второго звонка будильника. Я выключаю мелодию сотового и иду в ванную, чтобы потом сесть за чертов отчет. Именно он напоминает мне о работе, та о центральном офисе, в котором я теперь тружусь, ну а тот об эксцентричном клиенте с просроченным полисом ОСАГО на Порше.

Отлично. Мне не приснилось и не привиделось, всё было и именно в мою смену. У него есть мое имя и место работы, а если бы я вчера не выскочила на остановке, то и адрес бы уже был. Хотя как долго богатому парню пробить мои личные данные?

Вот черт!

Хотя стоп, Юля! Он, может, уже забыл о тебе. Развлекся вчера другим способом и нашел девушку, которая открыта всем сердцем приключениям и готова провести экскурсию любой направленности. Хоть по центральным улицам с ветерком, хоть до ближайшей гостиницы с томным шепотом над ушком.

А этот Север точно умеет нашептывать. Я могу злиться сколько угодно, но прекрасно помню, как вчера гуляли по телу мурашки, когда он понижал голос и наклонялся ко мне ближе. Или подвигался сзади и позволял на мгновение ощутить свою горячую близость острее и ярче. Как глоток тягучего и крепкого коктейля, он обманывает сладким вкусом, а сам бьет прямиком в мозг и повышает градус с каждым глотком. Выше, порочнее, сильнее...

Но я-то успела отпрянуть и включить мозги. Успела же? Тогда зачем думаю о нем и вспоминаю в красках, как вчера держала оборону?

Сотовый снова пиликает и я вбиваю неправильные цифры в отчет, промахнувшись из-за резкого звука. Я сперва исправляю их, а потом открываю сообщение.

Юля! Срочно перезвоните мне!

Новая начальница выбирает восклицательные знаки не для пожеланий “доброго утра”, что впрочем неудивительно. Я внутренне собираюсь, попутно выдыхая полной грудью, и набираю ее телефон. Хотя не понимаю, почему нельзя было и дальше пообщаться в чатике.

— Юля, вы еще дома?

— Эм… да.

Я беспокойно смотрю часы, потому что в резковатом тоне Алисы Дмитриевны красной строкой идет подтекст, что я страшно опоздала. Но часы говорят об обратном, они говорят мне, что я пунктуальный и ответственный работник. Вон отчет почти закончила, который отнял у меня два часа сна.

— Приезжайте в офис сейчас же, — командует Алиса Дмитриевна. — Я переставила вам смену, у вас есть полчаса, чтобы добраться.

— А что собственно случилось?

— Форс-мажор, Юлия. Я жду вас.

Начальница отключается, а я посылаю проклятия поверх длинных гудков. Но делать нечего, крепостное право давно отменили, но когда у тебя ипотека, на вольную особо не надеешься. Я распечатываю отчет на домашнем принтере, чтобы не тратить время в офисе и быть во всеоружии, если попадусь на глаза Алисы Дмитриевны с порога, потом выбираю темно-синий брючный костюм, подхватываю сумку и выхожу из квартиры.

Но есть и хороший момент, мысли о работе с легкостью вытесняют мысли о Севере. Я проверяю отчет, пока трясусь в утреннем автобусе, и прикидываю, что могло случиться и потребовать моего срочного приезда. Хотя это может быть обычной дрессировкой нового сотрудника… Еще бы, в центральный офис захотела, за жирное место три шкуры сдерут и тут же объявят конкурс, если оступишься на радость остальным. И плевать всем, что я не просилась и никого не подсиживала.

— Наконец-то! — начальница замечает меня, когда измеряет широкими шагами коридор. — Где вы живете, Юлия? В соседнем городе?

— Нет, — качаю головой и вспоминаю песенку из детского мультика, чтобы напитаться человеколюбием на ближайшие пять минут. — У меня сломалась машина, а автобусы ходят со всеми остановками.

Она смотрит на меня с вопросом, словно я не ответ дала, а загадку загадала.

— Это долго, — добавляю с умным видом.

— Долго, да, —  она тут же отзывается и делает шаг ко мне. — Это я заметила. Поступил звонок из регионального управления и у меня до сих болит от него голова.

Наверное, тут нужно показать скорбь и сострадание, но у меня туго с актерским талантом.

— Звонили по вашему поводу, Юлия, — женщина понижает голос и едва удерживается, чтобы не ткнуть в меня пальцем. — Вы понимаете, о чем я?

— Не совсем… То есть совсем не понимаю.

— Вы решили через меня перепрыгнуть? Только появились в нашем офисе и уже наводите свои порядки? Может, мне еще кофе вам принести?

Она останавливается перед моим лицом и смотрит с нескрываемой враждебностью. Я вижу искорки гнева, которые вспыхивают в ее зеленых глазах и кажутся мне беспокойным огнем.

— Черный или латте? — с издевкой добавляет она. — Хотя какой кофе! Давайте сперва выберем вам кабинет, это же намного важнее. Какой хотите? А, Юлия? У нас тут два этажа площадей, можно подобрать на любой вкус. Вид на главную улицу или на дворик со спортзалом? А в левом крыле есть панорамные окна. Смотрится шикарно, но скажу по секрету, зимой бывает холодно, отопление не справляется, да и проектировщик дурак.

— Алиса Дмитриевна…

— Алиса, для вас просто Алиса. Девушки с такими связями, как у вас, могут не запоминать чужие отчества.

Я не хочу называть начальницу по имени. Что я хочу, так это понять, что происходит и почему со мной ведут столь странный диалог. Я смотрю на Алису Дмитриевну и стараюсь дышать ровнее, потому что кто-то из нас должен сохранять самообладание. А она дышит часто и рвано, и очень даже агрессивно.