Няня для тирана - Ая Кучер

Сглатываю и накидываю на девчонку свою куртку, прикрывая наготу. Она благодарно улыбается, сильнее кутаясь в кожу. Беру её за локоть и веду к припаркованному джипу. Плетётся за мной, не сопротивляясь. Только смотрит своими карими глазами и молчит. Не плачет, не причитает. Ещё в шоке. Отойдёт и тогда начнёт истерику.

— Я такси вызвала, — не вырывается, но начинает подавать голосок.

— Отменишь. Я довезу.

— Правда, не нужно, — одёргивает одежду и тормозит возле машины. — Я в порядке.

— Я тебя довезу.

Грубо запихиваю в машину и закрываю дверь. Щёлкаю замком, на всякий случай. Чтобы не сбежала, пока обойду. Меня всё ещё потряхивает и хочется вернуться обратно. Врезать ещё пару раз. Но Миха донесёт мою мысль, а девчонка и так напугана.

— Ну нет, выпусти меня, — дёргает ручку, но стоит завести машину, как замолкает и щёлкает ремнём безопасности.

— Адрес какой? Или буду по всему городу катать, пока не скажешь. Мне не сложно.

Бурчит название улицы, недовольная. Только теперь ещё красивее, с надутыми от обиды губами и взглядом сощуренных глаз. Растрёпанная и горячая.

Крепче сжимаю руль, чтобы не положить ей руку на коленку, подняться выше, под подол юбки. Но её это только напугает, после всего, что пережила в том переулке. И чего она туда только попёрлась?

Бью кулаком о руль, стараясь снять злость.

— Не надо было тебе меня останавливать.

— Надо, — трепыхается. — Ты бы их покалечил.

— И правильно бы сделал. Они-то останавливаться не собирались. Ты это понимаешь? А если бы я не заглянул туда? А?! Их бы ты своими просьбами не остановила, как меня.

Замолкает, сжимается вся. Блять, перегнул палку. Но она, похоже, правда не понимает, что могло произойти и насколько ей опасно гулять вот так вот, одной по переулкам. А я ещё хотел уйти.

— Спасибо. За то, что спас. Если бы не ты… Они бы… Они бы меня…

Её всю трясёт, глотает слова и начинает плакать. Навзрыд, стараясь вытереть слёзы, но не успевая, как появляются новые.

Ненавижу, когда девушки плачут. Одно дело, когда плачут из-за истерик и ревности там, чтобы закатить скандал, ты их пожалел и что-то подарил или сделал. Как хреновы манипуляторы. И совсем другое дело вот так — навзрыд, по настоящему, без подвохов. Потому что не плакать не получается.

Я резко торможу, отстёгиваю ремни безопасности и прижимаю её к себе. Не знаю, как ещё можно успокоить. Поэтому просто даю ей выпустить страх и глажу по голове, стараясь поддержать. Я тут малышка, рядом, не дам в обиду никому. Мне отчего-то хочется, чтобы со мной она чувствовала себя в безопасности.

— Тише, всё уже закончилось. Они же ничего не успели. Не усели? Не. Успели?

Клык

Если хоть что-то сделали, то я вернусь и сам им яйца отстрелю.

Но девушка только мотает головой и потихоньку успокаивается. Отстраняется, откидываясь на спинку кресла, но мою руку, сжимающую её ладонь не отпускает. А свободной рукой начинает вытирать слёзы, растирая потёкшую туш. Истерика проходит так же внезапно, как и началась. Но, кажется, ей немного лучше.

— Я тебе футболку испортила, — шмыгает носом.

Смотрю на белую ткань в разводах косметики и начинаю смеяться. Она вечно переживает не о том, что нужно. Невероятная.

— Плевать на футболку. Плевать.

Оставшаяся дорога проходит в тишине и покое. Она прикрывает глаза, медленно дышит и все ещё сжимает мою ладонь. Странно, что я вообще на это обращаю внимание. Но понемногу начинаю наглеть — вожу большим пальцем по бархатной коже, вырисовывая непонятные узоры. И от того, что она принимает такую простую ласку становится спокойней.

— Вот тут останови.

До того, как успеваю заглушить двигатель, выскакивает из машины. И как с такой джентльменом побыть, даже шанса не даёт.

— Погоди. А я, как спасатель, не заслужил никакой награды?

Вся подбирается и зыркает глазами, в которых загорается огонёк. Отлично. Мне это и нужно было, чтобы в себя пришла.

— Хорошо, при следующей нашей встречи, — уверен, она думает, что её не будет. Плохо ты меня, малышка, знаешь. — Я тебя отблагодарю.

— Как?

— Так и быть, исполню твоё желание.

Я опасно щурюсь, а воображение уже живо рисует, какое желание ей загадать. Что-то включающее кружевное бельё, её на коленях и очень много стонов.

— Я согласен, а вот ты рискуешь, давая такие обещание незнакомцам. Хоть скажешь, как тебя зовут?

— Арина.

Улыбается напоследок и сбегает в подъезд. Наблюдаю как покачивается упругая задница на её охренительных ногах, а сама девушка уходит в моей куртке. Специально не напомнил, будет повод ещё встретится. Да и фантазия, как она встречает меня в этой куртке и больше ничего на ней нет, не дает покоя.

Я выжидаю и вижу, как в окне на пятом этаже загорается свет. Вот и попалась. Запоминаю положение и для надежности фотографирую.

Арина.

Ну что, Арин, я не дам тебе просто так сбежать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Клык

Как же я устал от этой поебени. Не понимаю, что происходит и как это всё уладить. Оборот денег через меня снизился и я уже увидел первые убытки. Если ничего не менять, то месяца два или три и обанкрочусь. Потеряю за год то, что выстраивал десятилетие.

Сука!

Слишком сжимаю картонный стаканчик, от чего горячий кофе выливается на руку и рубашку. Прекрасно. То, чего мне не хватало перед встречей с потенциальным клиентом. Крупны клиентом, которого нужно было заполучить. Глотки перерезать остальным, но получить в своё пользование.

Я пытаюсь найти указатель туалета, но в этом чёртовом ТЦ ничего не поймешь. У меня оставалось ещё время. Нужно купить новую рубашку — какое удобное место встречи — и привести себя в порядок. Пересекаю фуд-корт и направляюсь к эскалаторам.

А там красуется она.

Арина.

Собрала волосы в пучок, открывая вид на тонкую шею и увлечённо рассматривала что-то на прилавке. Сегодня в штанах, но ноги все ещё прекрасны. Невероятная девчонка.