Опасное обещание - Полина Лоранс

Я прикипела к Антошке душой и телом, боготворила его. Энергичный, целеустремлённый, умный. До конца не могла поверить, что мне удалось влюбить в себя такого роскошного парня – всегда искренне полагала, что я его не достойна.

А в середине февраля произошла катастрофа.

…Для моего босса не существует выходных и праздников, у него безумная работоспособность. К несчастью, Арбатов считает, что простые сотрудники должны разделять трудовой энтузиазм владельца компании. Как-то в воскресенье он призвал меня в офис, чтобы поработать над очередным проектом. Сказал, что будем вкалывать допоздна, и я смирилась. Но неожиданно боссу срочно понадобилось уехать, поэтому он отпустил меня в пять вечера.

Таким образом, я вернулась домой гораздо раньше, чем планировала… И обнаружила, что в моё отсутствие Антон вовсе не скучал.

Его досуг скрашивала гостья.

Они даже не услышали, что в прихожей щёлкнул замок и открылась дверь. Я замерла прямо на пороге, прислушиваясь к странным звукам в глубине квартиры. Потом на ватных ногах дошла до спальни – и обомлела.

Крепкие ягодицы Антона ритмично двигались промеж раздвинутых ног незнакомой девицы, её длинные светлые волосы разметались по подушке. Изголовье кровати колотилось о стену, стоны и всхлипы наполняли комнату.

Девушка явно была гибче меня, просто гимнастка какая-то, твою же мать! Эта подлая сучка не только задрала ноги выше головы, но ещё и держала себя за щиколотки, позволяя Антону вбиваться в неё до отказа. А он и рад стараться! Скакал на гостье яростно, самозабвенно…

Какие же сволочи…

Ненавижу!

Несколько секунд я смотрела на эту ужасную картину в полном оцепенении. Не могла поверить, что это не ночной кошмар, а реальность. Страшная реальность, в которой больше не будет нас двоих, а останусь я одна с кровавой дырой в груди…

Я же так его любила! Восхищалась Антоном, с нетерпением ждала с работы, слушала, открыв рот, все его рассуждения, заботилась о нём, таяла от его прикосновений…

А сейчас смотрела, как дёргается мускулистый зад моего благоверного, и к горлу подступала тошнота.

Ринулась на кухню, схватила из холодильника банку с колой, влетела обратно в спальню и окатила ледяной пеной взмокшую спину предателя…

Под крики и мат Антона схватила вещи и выбежала из квартиры…

Сейчас середина апреля, боль, конечно, так и не утихла. Сколько потребуется времени, чтобы я успокоилась? Жуткая обида кислотой разъедает душу, сердце невыносимо ноет, всё вокруг напоминает о том, как я была счастлива эти три года…

Разодранное в клочья сердце – это ладно, я уже научилась держать себя в руках. Но ведь было ещё кое-что. Антон очень крупно меня подставил. Я на него рассчитывала, а он ударил в самое больное место.

Последние два года я упорно лечилась: нет, врачи не ставили диагноз «бесплодие», но гинекологических проблем хватало.

После долгих мытарств наконец удалось найти хорошего врача, и лечение дало результат. Но в клинике меня предупредили: эффект продлится недолго, надо успеть зачать ребёнка в этот благоприятный период. А потом цикл опять собьётся, и придётся начинать терапию заново: неприятные процедуры, килограммы съеденных лекарств, уйма истраченных денег…

Я не сомневалась, что у нас с Антоном всё получится. Надеялась, что скоро начну вести в специальном приложении дневник будущей мамочки. Как я засматривалась на детские одёжки – все эти кофточки, пинетки, комбинезончики… Мечтала.

Любимый вроде бы тоже хотел ребёнка и меня поддерживал. Теперь я понимаю, что это были только слова.

В тот ужасный день побежала к сестре. Ледяной ветер хлестал по лицу острой снежной крупой. Не помню, как очутилась в маршрутке. Влетела в квартиру к Людмиле и с рыданиями бросилась к ней на грудь.

Весь вечер ждала, что вот-вот появится Антон, начнёт объясняться, скажет, что совершил ужасную ошибку, будет умолять вернуться… Но я приготовилась дать отпор, мысленно репетировала обвинительную речь. Ревность и обида кипели внутри, выжигая внутренности, от слёз горели глаза, лицо опухло и превратилось в малиновую маску.

Но совершенно зря я ждала объяснений. Антон не появился ни в тот вечер, ни на следующий день. Только через трое суток он позвонил моей сестре и сказал, чтобы забрала вещи: он уже всё упаковал.

Этим Антон меня добил. Я не понимала, в чём виновата, что сделала не так.

Месяц назад случайно увидела бывшего с его новой подругой и едва не разревелась прямо посреди улицы. Они сидели в нашей кофейне, там, где мы с Антоном столько раз вели задушевные беседы.

Теперь он пил свой любимый ванильный раф в компании с другой девушкой. Светловолосая нимфа смеялась и уплетала пирожное, а я стояла и не могла пошевелиться от боли. Казалось, меня проткнули копьём. Смотрела сквозь стеклянную витрину кофейни на мужчину, которого когда-то обожала.

Интересно, сколько у него было девиц, о которых я не знала?

И как скоро он начнёт изменять вот этой блондинке?

Антон улыбался, что-то говорил. Потом протянул руку к девушке через стол и поправил длинный светлый локон. Его подружка выглядела очаровательно – модная, яркая. Я не умею так одеваться и краситься. Вероятно, Антону надоела моя пресная внешность. Или не только внешность, а всё в комплексе.

Но ведь можно было расстаться цивилизованно, а не по-свински!

Если я буду постоянно сталкиваться с Антоном, моя рана никогда не затянется. Вот и сейчас, едва увидела его в холле офисного здания, в груди взметнулось ядерное облако обиды и отвращения.

Заметила, что Антон мгновенно отсканировал всю мою фигуру, и успела пожалеть, что выгляжу как обычно. Многие девушки после разрыва меняют внешность – в надежде произвести впечатление на бывшего при новой встрече. Пусть увидит и поймёт, что потерял.

А я ничего в себе не поменяла. Погрузилась в чёрную депрессию, спасалась только работой. Вредный босс держал меня в тонусе постоянными придирками, иначе бы я погибла…

– Привет, – сделав над собой невероятное усилие, тихо поздоровалась я с изменником. Постаралась, чтобы голос звучал как можно более равнодушно.

Так, стоп. А почему я должна сдерживать эмоции, если мне больно, и внутри всё клокочет?

– Привет, негодяй, – уже громко, едва ли не на всё фойе, выпалила я. – Как жизнь молодая? Много девиц успел сменить за эти два месяца? Продолжаешь развлекаться? Трахаешь всё, что шевелится?

У Антона вытянулось лицо. Заметила краем глаза, что офисный народ замедляет шаг и с интересом прислушивается к разговору.

– Ты рехнулась? Что ты себе позволяешь, дура? – прошипел бывший.

– А ты? Как ты со мной поступил?

– Ну ты и наглая, Дина! Обворовала меня, а ещё какие-то претензии!

– Что-о-о? – задохнулась я. Антону снова удалось выбить почву у меня из-под ног. – Ты о чём?