Яд первой любви - Элла Савицкая

- Я тоже скучал, Цветочек! – сделал рывок в желанную глубину и начал раскачиваться внутри нее. Стройные ноги обхватили меня за талию, позволяя проникнуть еще глубже. Из груди вырвался хрип, а Лиля громко застонала, запрокидывая голову и опираясь руками на края тумбочки.

Вздернутая грудь подскакивала на каждом моем резком проникновении, а я не знал на что смотреть, бл*дь. На дерзко торчащие соски, красные губы, которые Лиля прикусывала каждый раз, когда я врезался в ее тело, в широко распахнутые глаза, ловящие выражения моего лица, или вниз – на свой блестящий от влаги член, шумно погружающийся в алую плоть.

Поясницу прошибло судорогой, стоило только почувствовать, как внутренние мышцы Лили начало сводить хаотичной пульсацией. Крепко вцепился в ее бедра руками и начал насаживать на себя, подаваясь навстречу. Резко. Глубоко. Четко. С губ Цветочка слетел громкий протяжный стон, и в этот момент я краем глаза заметил движение в зале для совещаний.

Первым порывом было тут же прикрыть Лилю и нахрен убить того, кто посмел войти, но благо вовремя вспомнил, что нашу комнату от зала ограждает стеклянная зеркальная стена, и если отсюда видно все, что происходит в комнате с круглым столом, то там лишь отражение. Блядь, это же сейчас должно быть совещание. Мать их, у меня из головы напрочь вылетело. Совсем ни о чем думать не могу, когда в поле зрения попадает моя сладкая девочка.

Лиля приоткрыла затуманенные глаза, но я тут же накрыл ее губы и жадно поцеловал. Если она увидит, что через стену собираются сотрудники, черта с два сможет кончить. Да и я не в том состоянии, чтобы сейчас прервать эту удушающую агонию.

Задвигался еще быстрее, прижимая к себе Лилю и впиваясь губами в кожу на покрытой испариной шее.

- Господи, Влад, - зашептала Цветочек, вскрикивая.

Резко накрыл ее рот ладонью и сгреб шелковые волосы другой рукой в кулак, не останавливая движений внутри нее.

- Владислав Сергеевич, Лиля! Повтори! – прорычал, сдвигая ладонь. Лиля обдала меня горячим дыханием и зажмурилась, когда ее тело задрожало на очередном глубоком толчке.

- Владислав Сергеевич! – повторила послушная девочка и вдруг схватила меня за ворот рубашки, дергая к себе. - Пожалуйста, быстрее!

Меня пронзило током от этой её просьбы. Резко толкнулся вперед, растягивая её собой и наслаждаясь тем, как закатываются обезумевшие глаза от приближающегося оргазма.

Сильная дрожь охватила маленькую, и чтобы она снова не закричала, рискуя выдать нас, я накрыл ее рот обратно ладонью и задвигался часто-часто, выжимая ее до капли. Напряженные руки до побелевших костяшек впились в тумбочку, пока мой член скользил быстрее, подхлестываемый лихорадочной пульсацией ее плоти. Мне в ладонь вибрировал протяжный стон, и я уже собирался выйти, как Лиля вдруг ловко выгнулась и, опустившись передо мной на колени, обхватила головку губами и активно задвигала головой. У меня из глаз искры посыпались. Пол к чертовой матери пошатнулся.

- Бл*дь, Лиля! – все, что смог сказать. Ноги содрогнулись, мышцы стянуло судорогой, и я, сжимая зубы, чтобы не издавать лишних звуков, крепко прижал ее за затылок к паху и замер, изливаясь в горячий рот.

Спустя несколько секунд до нас начал доноситься шум из соседнего зала, заставляя Цветочка испуганно подскочить и схватиться за платье.

- Боже, Влад, почему ты не сказал, что там люди?

Лиля выглянула за мою спину, и её глаза осуждающе распахнулись. Щеки вспыхнули, словно она на трибуне перед толпой голая оказалась.

- Они нас все равно не видят, Лиль. – я улыбнулся, восстанавливая дыхание и застегивая ширинку. – А лишать нас удовольствия из-за того, что за стеной другие, я не собираюсь.

Цветочек начала нервно поправлять одежду, и я развернул ее спиной, чтобы помочь застегнуть платье. Медленно потянул вверх молнию и оставил поцелуй на крошечной родинке на левой лопатке.

- Владислав Сергеевич, по-моему, в зале ждут только вас! – легкий упрек не возымел должного эффекта. Оставлять ее никак не хотелось.

- Еще раз назовешь меня так, и они не дождутся, - угроза вызывает у Лили улыбку, когда она разворачивается лицом. Раскрасневшаяся, довольная и немного смущенная присутствием нежеланных соседей.

Заправляю рубашку в брюки под ее исследующим взглядом, а потом вдруг замечаю, как выражение лица маленькой на мгновение меняется и её слегка уводит в сторону.

С тревогой подхватываю ее за талию и всматриваюсь в испуганные глаза.

- В чем дело? Ты себя плохо чувствуешь?

Цветочек подносит руку к виску и жмурится, словно пытаясь справиться с головокружением.

- Нет, все в порядке, - улыбается через силу, и уже спустя несколько секунд выпрямляется, будто ничего и не было. – Голова закружилась немного.

- Почему? Не выспалась? – поднимаю её лицо за подбородок, заставляя посмотреть в глаза.

- Да, мы поздно легли с Лизой, - ободряюще улыбается мне и нежно целует в губы. – Сегодня высплюсь рядом с тобой, - и ехидно добавляет, обдавая теплым дыханием мои губы, - Владислав Сергеевич.

Но мне больше не до шуток. Хрен его знает, что это такое. Дурное предчувствие, или как называют эту чертовщину, когда сердце внезапно сжимается в ожидании необратимых изменений.

 Лиля еще пару минут уверяла меня, что подобное не повторится и я могу не терроризировать её больше допытывающим взглядом…  Но она ошиблась. Повторилось.