В городе сегодня ветрено - Наталия Романова

  Конная прогулка через перевал? Запросто. Управление квадроциклом наравне с ним и приятелями-квадроциклистами? Легко. Отправиться в Сибирь среди зимы, чтобы проехать тучу километров на снегоходах? Всю жизнь мечтала! Валентина всегда была наравне с ним и отстаивала свои права и интересы жёстко и аргументированно.

  Отец и Леру учил быть такой – самостоятельной боевой единицей. Уродилась она не робкого десятка, но в Сибирь на снегоходах?.. История на чёрной трассе учила не рисковать ради дозы адреналина, думать не только о своих ежесекундных желаниях. Наверное, по-настоящему осторожной она станет нескоро, а может никогда, но становилась понятна осмотрительность Игоря. Одна-единственная ошибка, ледяной нарост на склоне – и всё летит к чертям, порождая череду нелепиц, неразбериху, иногда трагедию.

  Закуталась в одеяло, посмотрела на телефон. Игорь то появлялся в зоне доступа, то исчезал, о чём услужливо сообщали смс, после её попыток позвонить. Несколько сообщений от него, последний ответ Леры оставался непрочитанным. Может, спит? Сообщения от друзей-приятелей проигнорировала, проснётся, прочитает.

Сон не шёл, крутились мысли об Игоре, Лине, Лисе. Сорвавшихся совместных планах. Насколько она счастлива, что всё обошлось. Ревность обходила Леру стороной в то зябкое, новогоднее утро. Не отвечает, значит, не может.

  – Лер, к тебе приехали, – услышала голос Петухова сквозь пелену незаметно окутавшего крепкого сна. Родион барабанил по двери, будто пожар. – Лера! Валерия свет Валерьевна!

  Она подскочила, с трудом соображая, что находится дома, в родной «детской» комнате, в дверь ломится Петухов, грозя зайти на счёт «три».

  – Раз. Два. Три! – с этими словами Петухов распахнул дверь и уставился на Леру, та на него, потряхивая головой, пытаясь собраться мыслями. Так. Она дома. Здесь Петухов. Папа в бане… Она дома. А Игорь…

  – Оденься, – услышала приказной тон Петухова,  развернувшегося спиной к таращившей глаза девушке в трусах и топе.

  – Я у себя дома, вообще-то, – огрызнулась она. – Чего тебе?

  – Приехали к тебе, говорю.

  – Кто?

  – Конь в пальто! Мужчина, предположительно тридцати трёх лет, рост выше среднего, атлетического телосложения, одет…

 – Выключи полицейского, – прыснула Лера, швыряя в затылок долговязого попавшуюся под руку книгу в мягком переплёте.

  – Умышленное причинение средней тяжести здоровью, не опасного для жизни человека…

  – Статья сто двенадцать УК РФ. Сейчас приду! 

  Быстро оделась, растрёпанные волосы захватила резинкой, не смея поверить, даже надеяться, что приехал Игорь, рванула в баню. Это было бы слишком прекрасно! Больше некому, у Леры не так много знакомых «предположительно тридцати трёх лет». Алёшин Игорь и Артур – руководитель их команды в экологическом лагере на Байкале. Только Артуру здесь делать нечего, они даже не общались последнее время. Выходит, Игорь. Боязно поверить и следом разочароваться.

 Лера влетела на веранду бани и замерла, не сводя взгляда с Игоря. Он расстегнул куртку, выглядывал ворот лонгслива, рука расслаблено лежала на столе, привлекая внимание привычными часами и браслетами.

  – Нравится? – папа откинулся на стуле, оглядел взлохмаченную, раскрасневшуюся дочь.

  – Я люблю её, – спокойно ответил Игорь и подмигнул готовой провалиться в тот же миг Лере.

  – Мы сейчас это обсудим, – Валерий Анатольевич важно кивнул, посмотрел на дочь: – Сообрази-ка нам  Кровавую Мэри, дочка.

  – Пап, утро!

 – Самое время.

  Время – так время. Поставила на стол коктейль «Кровавая Мэри» по версии Суздалева Валерия Анатольевича, поглядывая на приподнятые в удивлении брови Игоря. Три рюмки ледяной водки под тарелку горячего борща – альтернативный рецепт знаменитого напитка, да и завтрак спорный.

  – Умница, – похвалил папа. – Теперь иди в дом.

  – Я останусь.

  – Лера, в дом иди, – отрезал папа.

  – Иди, – мягко улыбнулся Игорь.

  Пришлось уйти. На кухне Лера включила видео наблюдение, направила камеру на террасу бани, уставилась в монитор. Звука не было, лишь изображение, по которому ничего не понятно. Сидят, разговаривают, пьют, закусывают. Вот Игорь снял куртку, откинул на стул. Вот вдвоём зашли в баню, Игорь прихрамывая. Вышли, отец в футболке и спортивных штанах, Игорь в майке и брюках. Отец разжёг мангал, который раз с прошедшей ночи, перенёс оставшуюся закуску из комнаты отдыха в бане – в основном соленья и маринады, – и поставил непочатую бутылку виски.

  Через час из бани вышли уже в полотенцах, ещё через полчаса из дверей ныряли в бассейн, поднимая столбы брызг, и возвращались в помещение. Видимо, холод начал пробирать разгорячённые алкоголем организмы.

  Петухов давно спал, растянувшись в гостиной на диване, оглушая дом начальника храпом, пытаясь укрыть длинное тело халатом Валентины, не найдя приемлемой альтернативы. Валентина сопела в спальне хозяина дома, а гости разбрелись до визита Игоря. Лера же не отводила глаз от монитора, борясь с желанием пойти и разогнать тёплую компанию.

  С одной стороны, мужчинам необходимо поговорить, решить внутренние и внешние противоречия, конфликты. Меньше всего на свете Лера хотела, чтобы папа враждовал с Игорем, а тот отвечал взаимностью. С другой – она не одалиска в гареме султана, чтобы понуро опустив голову ждать, пока мужчины решат её судьбу. И, несмотря на то, что обоих мужчин она любит всем сердцем, силы, потраченные на изображение пай-девочки, стремительно заканчивались.

  Лера привела себя в порядок, принарядилась, насколько уместно, и отправилась в баню.

  – О! – её появление ознаменовал возглас папы. – А я говорил. Сейчас придёт и начнёт командовать. Всё почему? Потому что Суздалева!

  – Пап, хватит, – она решительно забрала наполовину пустую литровую бутылку виски. – Спать иди.

  – Командует, – растёкся большой начальник. – Как большая.

  – Я сейчас Валентину позову.

  – Стратег!

  – Папа!

  – Сядь, – появившиеся командные нотки в голосе отца дезориентировали. – К нему садись, не мнись, – махнул рукой на молчаливо улыбающегося, не сводящего взгляда с Леры Игоря.

  Девушка присела рядом с Игорем, повела носом – непривычно чувствовать запах алкоголя от него, но аромат парфюма, свежести и пряности перебивал виски и дух берёзового веника из бани. Он, не церемонясь, обнял Леру, прижав к горячему боку, едва не вынудив замурлыкать. Несколько дней не видела, по ощущениям – целую вечность. Как же хотелось прижаться теснее, обнять двумя руками, уткнуться в грудь.

  – Ты знаешь, что балтийских кольчатых нерп осталось в Финском заливе не больше двухсот особей? – вдруг сказал папа, обращаясь к Лере.

  – Да, – она, конечно, знала. Балтийские кольчатые нерпы живут обособленно, не пересекаются с другими животными из Балтийского моря и находятся на грани вымирания. Негативное влияние человека на единственную среду их обитания – Финский залив – губит их.