Любовь на капоте - Лёка Лактысева

Все женщины, ну, или почти все – немного ведьмы. В хорошем смысле этого слова. И Полина Лисицына – одна из них, женщин-ведьм. Иначе как объяснить то, что после свидания на речном трамвайчике я впервые за долгие годы вернулся домой в прекрасном расположении духа.

Правда, чтобы унять разгулявшееся в крови вожделение, пришлось принять душ и немного помочь себе рукой. Но зато потом – опять-таки, первый раз за последние четыре с лишним года – я упал и уснул, отключился мгновенно и проспал до утра как убитый – не просыпаясь, не ворочаясь, не холодея от навязчивых кошмаров.

И утро началось у меня не с ощущения, что я парализован, а с нормального мужского стояка. Я даже заглянул под одеяло, хмыкнул, глядя на собственный член и поинтересовался иронично:

– Ну, и кому стоим? – Ответа, разумеется, не получил, но он мне и без того был известен.

Полина!

Как хорошо, что я увижусь с ней уже сегодня. Всего несколько часов – и она снова окажется в моих объятиях. Я смогу прикоснуться к ней, сжать ладонями ее плечи, приникнуть к ее губам, погладить будто невзначай круглую коленку и пожмякать упругую попку...

Стоп-стоп-стоп! Что-то меня снова не туда понесло.

Лучше подумать, куда сводить девушку. В кино, что ли?

За завтраком, вместо выпуска новостей, я изучал репертуар кинотеатров города, подыскивая какой-нибудь фантастический боевик или что-то в этом роде: пытку мыльной оперой я не вынесу даже ради любимой ученицы. Хочется надеяться, что Лисицына и сама не относится к фанатам этого жанра.

В результате выбрал фильм «Аватар»: там вроде и фантастика, и про чувства. Заказал онлайн пару билетов на центральные места где-то в предпоследних рядах. Да! Я помню, что мне почти сорок, но я, долбаный романтик, с удовольствием обменяюсь парой поцелуев с любимой женщиной, пользуясь темнотой и громкой музыкой в зале.

Будь моя воля – я бы вообще затащил Лисицыну в свою холостяцкую берлогу, заперся бы с ней на неделю, выключил все телефоны и не выпускал бы ее из постели!

Твою ж дивизию, опять меня не туда понесло.

Так… после похода в кино заедем куда-нибудь поужинать. Значит, надо заказать столик в хорошем кафе. С этим пунктом подготовки к вечеру тоже справился быстро.

Потом, чтобы отвлечься от мыслей о предстоящей встрече, поработал над новым семинаром для слушателей военной академии. Съездил в бассейн. Постригся и побрился в барбершопе, вышел оттуда с новой стрижкой и гладкой рожей. Перекусил – так, чтобы заморить червячка. Вечер наступать все не спешил.

Снова включил ноутбук и принялся изучать аукционы в поисках новых автомобилей, и тут позвонил Георгий. Вот уж кого сегодня не хотелось ни видеть, ни слышать.

– Саня, привет. Я подъеду? Разговор есть.

– Подъезжай. – От Жоры отвертеться невозможно, так что не буду и пытаться.

Галкин примчался через пятнадцать минут – видимо, был где-то недалеко. Войдя в распахнутую перед ним дверь, скинул с ног сандалии, прошел на кухню. Не дожидаясь приглашения, присел на табурет.

– Кофе сваришь? – скорее потребовал, чем попросил.

Я не стал цепляться к мелочам – так мы нескоро доберемся до сути. Слегка пожав плечами, загрузил в кофеварку свежие зерна, подставил чашку, запустил агрегат и уставился на Георгия:

– Так о чем ты поговорить хотел, Жора?

– О вчерашнем вечере. О Полине. – Георгий выглядел неважно: помятый, нервозный какой-то.

– Слушаю тебя. Что случилось?

– А то и случилось, Саня, что ведешь ты себя не по-дружески! Ты, когда Полину в клубе выцепил, мог же мне сразу позвонить, сказать, что она тоже там?

– А почему я должен был тебе звонить? Ты закадрил какую-то девицу, умотал с ней, возможно даже, зажал где-нибудь там же, в клубе, в темном углу. Зачем тебе мешать?

– А-а, значит, ты мешать не хотел… только вот несправедливо получается, Саша: мы с тобой договорились, что оба будем ухаживать за Полиной, не будем друг другу мешать и палки в колеса ставить. Так? – Галкин нацелил мне в грудь указательный палец.

– Так. И где я тебе дорогу перейти успел – не напомнишь? – кофеварка выплюнула порцию кофе, я переставил наполненную ароматным напитком чашку на блюдце и водрузил ее на стол перед Галкиным. – Это ты выскочил, как черт из табакерки, схватил мою ученицу и уволок ее танцевать. Будь твоя воля – так и из клуба ее увел бы, меня не спросив.