Смиритесь, мисс Чарльз - Екатерина Орлова

– Как ты попал в компанию отца?

– Когда я был на третьем курсе, меня замела полиция с марихуаной. Я был тогда в доме братства, пьяный в дым. Кто-то дал мне пакетик с дурью, а потом налетела полиция.

– О, боже. Да ты прошел все стадии студенчества.

– Да уж, гордиться тут особо нечем. Отцу пришлось вытаскивать меня из полиции. В общем, он сначала запер меня по домашний арест, а потом сказал, что я должен начать работать. Понятное дело, первое время я сопротивлялся, потому что меня ― сына генерального директора и владельца корпорации ― поставили простым стажером без зарплаты. Более того, папа выбрал мне в учителя самого своего сурового маркетолога. Но благодаря Дрейку я стал тем, кем стал. Он был значительно старше и работал с отцом уже много лет. Он повидал многое и знал о нашей профессии больше, чем рассказывают в университете. Я сам не заметил, как втянулся. Учебу заканчивал, потому что так было надо. Но все мое внимание уже было в проектах.

– У тебя были большие возможности.

– Да, только папа не торопился мне их предоставлять. Он хотел видеть меня арт-директором, но считал, что я должен сам дослужиться до высокой должности. Мистер Донован в принципе не тот человек, который подарит тебе должность, даже если ты его сын. Скотт проработал пять лет помощником отца прежде, чем папа поставил его начальником отдела. Так что в нашей семье никому не давали спуску, кроме Пайпер.

– Расскажи о ней.

– Она ― наша маленькая принцесса. Пайпер любят все и позволяют ей практически все. Как ни странно, она не выросла избалованной мажоркой.

– Она работает с вами?

Ник покачал головой.

– Нет, Пайпер ― художница. Вот кого папа беспрекословно баловал, так это ее. На восемнадцатилетие он подарил ей галерею. ― Мои глаза стали шире, а брови поднялись высоко вверх. Ник усмехнулся. ― Да. Представь себе подростка, который владеет художественной галереей.

– Вы со Скоттом не обиделись?

– Нет, как ни странно. Мы оба тогда уже вовсю работали на отца и были серьезно настроены на карьеру. А Пайпер ― девочка. Ей априори все дается тяжелее, чем нам. Тебе ли не знать? ― Я кивнула, внимательно слушая рассказ. ― К тому же, Пайпер так и не познала материнской любви. Мне было десять, когда умерла мама, так что я могу сказать, что мое детство было счастливым и полноценным. Ни одна из папиных жен не смогла заменить Пайпер маму. У нее была отличная няня, но няня ― не мама. Так что мы со Скоттом были рады видеть счастливые глаза сестры, когда отец вручил ей такой подарок.

– Ты говоришь о ней с такой нежностью.

– Ревнуешь?

– К сестре? ― рассмеялась я. ― Это абсурд.

Ник пожал плечами.

– Говорят, такое случается.

– Не с нами.

– Пайпер была первой, кто сказал, что я в тебя влюбился.

– А ты влюбился?

Кажется, я даже перестала дышать в ожидании ответа. Лицо Ника внезапно стало серьезным. Он поднял руку и провел костяшками пальцев по моей щеке.

– Думаю, да, ― прошептал он, и я прикрыла глаза. В голове на повторе теперь звучал его ответ. Ник наклонился ближе и легонько коснулся моих губ своими. ― Не ответишь?

– Ты нуждаешься в ответе? ― спросила, октрыв глаза. Он сейчас был как будто более открытым, уязвимым. Может быть, потому что открыл передо мной душу.

– Думаю, я тоже в тебя влюбилась, ― ответила так же шепотом и почувствовала, как щеки покрываются румянцем.

– Это прекрасно, моя дорогая Анна.

Ник заключил мое лицо в свои ладони и поцеловал на этот раз глубже и чувственнее. Он как будто вкладывал в поцелуй свое признание, а я вторила ему, ни на секунду не отставая. Может быть, потом я пожалею о своих словах и минуте откровения, но в тот момент я чувствовала, что так поступить было правильно. Он должен был знать о моих чувствах. После нескольких минут томительных поцелуев Ник коснулся губами кончика моего носа и улыбнулся.

– Давай выбираться. У тебя поморщилась кожа на пальчиках, а еще мы не ужинали.

– Согласна.

Я встала первой, и Ник помог мне выбраться из ванны. Он смотрел на то, как я заворачивалась в пушистое белое полотенце.

– Ты однозначно должна мне показать свои фотографии из колледжа.

– Ты не успокоишься? ― со смехом спросила я, а он покачал головой, улыбаясь.

– Нет, пока не увижу пухленькую мисс Чарльз.

Я шлепнула его по обнаженной ягодице и со смехом покинула ванную комнату, думая о том, что мне чертовски хорошо с этим мужчиной.