Марк. Заберу ее себе - Теона Бонк

— Венера здесь?

— Да, — отвечаю ему, но мои глаза прикованы к девочке в лучах солнца, сидящей на лавочке.

Венера пришла с отцом и мамой, и старшим братом. Она такая хорошенькая. У нее волосы цвета шоколада, и она всегда такая милая. Она самая красивая девочка, которую я когда-либо видел. Даже красивее моей мамочки. Ее кожа немного темнее моей. Но больше всего мне нравятся ее глаза. Они темные, как у меня, но сверкают.

Андрей идет к Венере, и я быстро следую за ним. Она смотрит на нас, когда мы подходим, и широко улыбается. Андрей садится рядом с ней, поэтому я подхожу с другой стороны и тоже сажусь.

— Привет. Я не знала, что вы тоже здесь, — говорит она, отрываясь от игры с куклой.

— Ты хочешь поиграть? — спрашивает Андрей, протягивая ей своего любимого динозаврика.

— Конечно. Но мне надо скоро идти. Мы со старшим братом едем с ночевкой к бабушке.

— Почему? — не хочу, чтобы она уезжала. Ее большие карие глаза поднимаются и смотрят на меня. Девочки обычно раздражают меня, но не Венера. Она классная. Ей даже нравится играть с палочками и камнями, как и мне.

— Папа с мамой едут в путешествие.

— И не берут вас с собой? — спрашиваю ее, пока она рассматривает динозавра. Андрею, должно быть, тоже нравится Венера. Он никогда не расстается с этой игрушкой. Я единственный, кроме папы и мамы, кто прикасался к этому динозаврику. Затем Венера смотрит на меня и качает головой:

— Нет, они хотят отпраздновать годовщину свадьбы.

— Что такое годовщина свадьбы? Такого не бывает, Венера! Бывает просто свадьба.

— Ага. Мы скоро идем вместе с мамой и папой на свадьбу тети Юли, — вмешивается Андрей.

— Мы с братом тоже идем! — гордо заявляет она.

— Свадьба — это глупо! — качает головой Андрей. — Зачем взрослые это делают?

— Не знаю, — говорит Венера, крутя в руках динозаврика. — Наверное, потому, что от этого они счастливы. Когда я вырасту, я тоже выйду замуж.

— Но зачем? — спрашивает Андрей. Я наблюдаю за ними. Я не так много говорю, как мой брат. Мне нравится смотреть. Люди интересные.

— Потому что тогда ты сможешь быть счастлив, иметь дом и все время играть. Я слышала, как папа сказал маме, что хочет поиграть, когда они уедут на годовщину!

— Во что они играют? — удивленно спрашиваю я. Папа и мама тоже счастливы, но я не знаю, играют ли они вообще. Ну, разве только с Андреем. Я слишком большой, чтобы много играть. В шесть лет, почти шесть, я должен быть большим мальчиком и заботиться о брате.

Это может быть весело жениться и иметь кого-то, с кем можно играть. Таким образом, я все еще могу быть большим, но и веселиться тоже.

— Не знаю, — Венера пожимает плечами и ее шоколадные волосы падают на плечи. — Но мы могли бы поиграть в дом.

— Звучит скучно, — говорит Андрей, и Венера морщит носик.

— Это может быть весело! На домик могли бы напасть динозавры! — защищается она, и я должен признать, что это звучит куда более весело.

— Если динозавры нападут на твой дом, тебе понадобится сильный мужчина, чтобы защитить тебя, — рассуждаю я.

— Я могу сама защитить себя, Максим — говорит она, качая головой.

— Я могу на тебе жениться, — говорит ей Андрей. — Я знаю о динозаврах все!

— Но ты ведь младше меня. Мне уже четыре! Муж должен быть старше жены!

— Не правда, — Андрей сжимает кулачки, притопывая ногой. — дядя Паша говорит, мужчина может быть младше!

— Ты можешь выйти замуж за меня. Я старше, а Андрей может остаться с нами. — вмешиваюсь я.

— Это нечестно! Я тоже хочу жениться! — рычит Андрей, скрестив руки на груди.

— Боже, Марк! Держи своих сыновей подальше от моей дочери! — рычит отец Венеры, вставая рядом со мной. Папа смеется и, кажется, даже подмигивает мне. Я быстро встаю и пинаю отца Венеры.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2

— Она нам нравится, — рычу я на него. Я умею хорошо рычать. Мама говорит, что я рычу не хуже папы.

— Ага! Она нам нравится! — говорит Андрей, целует Венеру в щеку и крепко обнимает. Я стою рядом с ними и слежу за ее отцом, если он вдруг подумает обидеть моего младшего брата.

— Еще не хватало, чтобы кто-то из них похитил ее, когда они вырастут! — ворчит отец Венеры.

— На твоем месте я бы не подавал им никаких идей, — папа снова смеется. — Они быстро схватывают!

— Мы заявляем на нее права! — объявляю я. Я слышал, как папа однажды сказал маме, что с того момента, как он заявил на нее свои права, он стал самым счастливым человеком на свете. Я не совсем понимаю, что это такое. Я думаю, это все равно что просить кого-то жениться на тебе. Андрей сделал это, и как братья мы держимся вместе. — Она наша.

— Господи, — рычит ее отец в ответ, и его рычание даже громче, чем у папы, но папа говорит, что мы не должны показывать страх, поэтому я этого не делаю. — Возьми своих сыновей под контроль, Марк! — он обходит меня, пытаясь взять Венеру, и я быстро встаю перед ней, чтобы преградить ему путь.

— Максим, все никак не определю, у тебя характер твоего деда или все же отца? — он смотрит мне прямо в глаза, но я не отступаю. Андрей присоединяется ко мне и делает все возможное, чтобы тоже одарить отца Венеры злобным взглядом. У него не получается такой злой, как у меня. Мне придется учить его лучше. По какой-то причине это заставляет папу смеяться еще громче.

— Марк!

Папа не может перестать смеяться, но кладет руку мне на плечо, а другую на плечо Андрея и призывает нас подойти к нему.

— Папа! Мы ее не оставим, — возражаю я.

— Копия своего отца, — качает головой отец Венеры. Он ухитряется поднять ее, и я ненавижу себя за то, что такой маленький.

Папа продолжает смеяться, но наклоняется и обнимает нас с Андреем.

Ее красивые волосы подпрыгивают с каждым шагом ее отца. Он прижимает ее к груди, а она оглядывается через плечо на меня, Андрея и папу. Она все еще держит динозавра. Но потом кидает его с улыбкой.

— Я выйду замуж за вас обоих, — заявляет она, и мой брат с визгом бежит за своим динозавриком. А я чувствую себя таким счастливым.