Отвернись. В плену у зверя - Кира Райт

А когда в нём появился ещё и человек, то окончательно запуталась. И задумалась. Хорошо, человек меня ненавидит, считает предательницей, пусть. Мне не сильно нужны его чувства. Если бы они не мешали мне быть с тем, кто по-настоящему нужен.

Только вот теперь оказалось, что я была лишь пешкой в чужой игре, и вполне возможно, всё это можно исправить. Нашу связь можно уничтожить… Что будет тогда? Он меня отпустит, как я хотела в начале? Но ведь теперь я не хочу… И как мне жить дальше?

Никогда я не стану прежней. Слишком много всего в моей памяти, голове и сердце. То, что я пережила за это сравнительно короткое время, сделало меня другой.

Но до момента, пока я не особо надеялась на чудо, просто копалась в себе, ещё не понимая, на сколько всё серьезно. И вот когда пришло «спасение», не ощущаю радости освобождения. Нет внутри ничего. Будто мне всё равно… Хотя может это всего лишь действие препаратов.

В этот момент Эрнард заговорил громко и жёстко.

– Вы получили, что хотели, я забираю её.

Тот самый черноволосый пожал плечами.

– Если она вам всё ещё нужна... – И так мерзко ухмыльнулся, явно намекая на что-то неприятное. Эрдан угрожающе рыкнул (к чему этот спектакль?), но дядя снова его остановил, прихватив за локоть, а этот скользкий мужчина продолжил:

– Твой племянник такой долбоеб, как ты собираешься передать ему прайд?

«Долбоеб» заскрипел зубами, а Эрнард ответил спокойно.

– Не лезь в мои дела, волк, иначе я начну лезть в твои.

Потом они оба повернулась ко мне и почти одновременно протянули руки. Я оказалась между ними, но на этот раз отступила от Эрдана и приняла ладонь его дяди, опустив глаза.

Он от меня отказался. Я больше никогда не приму его руку. И не спрячусь за его спину. Потому что он и есть для меня самое подлое зло на свете.

И хотя не питаю иллюзий по поводу дяди, по крайней мере, он пришёл за мной. Он сделал хоть что-то, чтобы забрать. Неважно, по какой причине. Но вот он мне точно ничем не обязан, а пришёл. А тот, с кем я была так близка, кто был мне почти дорог совсем недавно, предал.

– Не бойся, девочка, теперь тебе ничего не угрожает, – Эрнард был осторожен, поддерживал на лестнице и бросал почти обеспокоенные взгляды. Было заметно, что ему меня всё же жаль.

Когда мы вышли из того ужасного места, он усадил меня в машину на заднее сиденье, где я подобрала ноги и уткнулась в колени. Что дальше? Смогу ли я попросить его, чтобы он отпустил? Или они снова просто продолжат держать меня? У себя дома или там, где прежде с решетками на окнах? Почему забрали? И неужели из-за одной меня правда пошли на какие-то уступки?

Тут почувствовала, как Эрдан опустился на сиденье с другой стороны. И почти сразу он спросил, будто через силу:

– Что они сделали с тобой?

Я подняла на него глаза, в которых так и стояли слёзы.

– Всё, что ты себе можешь придумать, могло быть правдой.

И снова опустила лицо, чтобы не смотреть на него. Это было неприятно. Как и находиться рядом. А ещё я по-прежнему не чувствовала ни метки, ни зверя. Что со мной сделали? Или что сделал он…

– От неё волками за километр несёт, – фыркнул водитель и тут же получил злой рык в ответ от племянника и тычок от дяди.

– Выражения выбирай!

Дальше мы ехали молча. Эрдан больше со мной не говорил, я лишь слышала его дыхание и каждое движение, чувствовала его знакомый запах, в который раньше хотелось зарыться целиком, а теперь…

Я ему никто. А он для меня настоящий предатель. О чём нам говорить? Вот именно.

Когда мы приехали всё же к Эрнарду, а не в тот загородный дом с решетками и другими пленниками, Эрдан просто молча шёл рядом вместе со мной и дядей, но у дверей моей комнаты остановился и не стал входить.

Почти сразу мне принесли ванные принадлежности и ужин на подносе. Наверное, Эрнард снова прячет меня от Элиссы. И я так и не могла определиться, оберегает он её или контролирует, обижая сам. И со мной вот возится… Не просто же так. В бескорыстную доброту этого властного, жесткого человека мне не верилось.

– Волк верно сказал, мой племянник долбоеб, – начал он разговор первым, когда мы остались вдвоем.

Я кивнула.

– Ты расскажешь мне что-то?

Покачала головой отрицательно. Вовсе не хотелось говорить обо всём с ним сейчас. Да и рассказывать особо было нечего. И скорее он спросил из дежурной вежливости, а не из-за сильного беспокойства обо мне. Ну явно же.

– Я могу выследить и убить тех, кто трогал тебя.

Снова покачала головой.

– Если тебе что-то понадобится, то скажи.

О, а вот это могу. Есть всего одно желание. То, которое он не смог исполнить прежде. Но может теперь что-то изменилось?

– Можно мне домой?

– Ты дома, – как отрезал.

– Я хочу к себе домой.

Он помолчал недолго, но всё же ответил уже менее жестко.

– Я не смогу пока тебя отпустить. Без тебя он подохнет.

– Вы только поэтому забрали меня?

Значит, связь меду нами не разорвана. Значит, я ещё нужна зверю… Тогда почему он не появился? Почему всё это время рядом человек, а не он? Неужели он меня тоже предал?

– Не только. Нам удалось выбить правду из одного из них. Их план был в том, чтобы ослабить моего наследника с помощью тебя, а меня убить потом... В лучшем случае. А в худшем для них – как вышло сейчас – потребовать в обмен на тебя своих, которых мы удерживали ещё со времен разрушения лаборатории, – он поморщился. – Так что теперь Эрдан наверняка знает, что ты говорила правду.

– А Вы?

– Даже если бы ты была предательницей, я бы тебя не отдал. Во всяком случае, пока ты связана с ним.

– Значит, будете держать меня как пленницу?

– Ты гостья здесь.

– Гостья, – усмехнулась я, – волки тоже так сказали...

Он тяжело вздохнул.

– Тебе нужен врач?

– Нет.

– Ты уверена?

Он так смотрел на меня, будто вообще был удивлён, что я выжила.

– Да, мне не нужен врач.

– Они жестоки даже по нашим меркам, ты можешь мне всё сказать, если не хочешь говорить с Эрданом. Но это он просил меня забрать тебя… Не буду лгать, мне было проще найти способ разорвать вашу связь, чем идти на уступки этим уродам…

– Ну так и не шли бы, – пожала я плечами, хотя на самом деле была рада, что всё вот так.

– Мия, Эрдан за тебя просил.

– Зачем, если он же и отдал?

– Он объяснит тебе всё сам.

– Я не хочу его объяснений.