Исповедь бандерши. 100 оттенков любви за деньги - Рената Башарова

— Ну открывай, тебе понравится! — довольно топтался рядом муж. — Это в твоем вкусе!

Я открыла и скривила кислую мину.

— Это что? — с сарказмом спросила я. — Да кто тебе сказал, что это в моем вкусе!

— Сережки Нефертити… — расстроенно протянул Роман. — В них весу — девять грамм…

— Блин!!! — капризно топнула я ногой. — Завтра же отнеси их в ломбард! Это отвратительная безвкусица, штамповка!!! Да хоть сколько грамм, они ужасные! Ты ж знаешь, я не ношу красное совковое золото!

— Юляша, но я подумал, пусть и такое золото будет… Они ж красивые, — срывающимся голосом оправдывался парень.

В итоге праздник превратился в безобразный скандал и виноватым оказался Рома!

А вот 2006-й.

На кухне у меня — дым коромыслом. Собрались друзья — соседи, собутыльники с маргинальными наклонностями. Час ночи, музыка орет вовсю, пиво льется рекой…

В час ночи послышался звук открывающегося замка — Роман возвращается домой с третьей смены…

Он заглянул на кухню:

— Что за херня? Ребенка разбудите! — нахмурив брови, резко сказал он.

— А, это ты… — пьяненько захихикала я. — Иди спать, не кумарь!

И хлопнула перед его возмущенным носом дверью. Праздник продолжался…

Или вот.

— Хочется праздника! — подмигнула Манька-массажистка.

— Так давай организуем, мать! — моментально поддержала я, складывая маникюрный инструмент в ящик. — Имеем право, рабочий день окончен!

— А твой трындеть не будет? — засомневалась она.

— Может, и будет, мне абсолютно все равно. Куда пойдем?

Не буду утомлять вас подробностями, исход дела был таков.

В неком кафе мы познакомились с такими же скучающими парнишами. Через пару часов возлияний захотелось любви…

Манька пошла направо — к своему новому знакомцу в гости, а я налево — потянула моего кавалера в парикмахерскую, на массажный топчан, ибо у него апартаментов не имелось.

Долго ли коротко — не помню, сколько часов мы предавались плотским утехам, перемежающимся новыми порциями шампанского и взаимными жалобами на моего «козла» и его «дуру», как вдруг раздался громкий стук в двери.

Приехал Ромашка, искать благоверную!

А благоверная нагло открыла дверь. Муженек услышал очередную порцию проклятий в свой адрес, еще и по морде схлопотал от «жениха»… Чай, не Геракл, всего метр шестьдесят восемь в прыжке.

Тогда мне было очень смешно, и ничуточки не мучила совесть. Я посвятила себя тому, что мстила ему и мстила, делая как можно больней. Я не могла простить ему нашего первого года жизни, не могла простить моих разбитых иллюзий, наверное…

А он терпел, я таки смогла его убедить, что он это все заслужил.

А почему я выгнала его из дома, я и по сей день объяснить не могу. Нет, могу, пожалуй.

В какой-то момент я обратила внимание на то, что его уже не очень трогают мои выходки, и относится он ко всему как-то слишком равнодушно. Я устраивала скандал за скандалом, а нужного эффекта не наблюдала. И я «накрутила себя», что он окончательно меня разлюбил и просто ждет нужного момента, чтоб бросить меня. Несмотря на все мои похождения и свинское поведение, для меня он по-прежнему был «светом в окошке», и я понимала, если дойдет до того, что он сам уйдет… А не могло не дойти, слишком много гадостей я творила, и я не верила в то, что это все простить можно.

И если это вдруг случится, у меня просто остановится сердце! Вот так возьмет и остановится, в один момент…

И приняла я «соломоново решение». Я должна первой его выгнать, тогда мне не будет так больно! И сделала это самым отвратительным, подлым образом. В один прекрасный день, когда не подозревающий подвоха Рома ушел на службу, я набрала номер из газеты «Муж на час».

— Здравствуйте, а не могли бы вы сегодня мне замок поменять?

Замок поменяла, вещи упаковала и вынесла в тамбур… Управилась.

Я не знаю, но я почему-то верила, что с такой же легкостью он уйдет из моей жизни, из моего сердца, ведь не могу же я всю жизнь строить с оглядкой на него!

Я обманывала себя, продолжала гулянки, по инерции совершала эпатажные и вызывающие поступки, как будто нарочно разрушала и разрушала свою налаженную жизнь… Связалась с абсолютно ненужным мне человеком, тратила на него свои деньги, наживала долги…

А в один прекрасный день я просто поняла: да ведь мне теперь и неинтересно вовсе так себя вести!!! Мне уже не на кого производить впечатление! Он не видит всего этого, и ему все равно…

И что же я тогда наделала?! Я же просто преступница по отношению к дочке…

Ромы нет со мной и не будет…

Ведь в моей жизни всегда присутствовало чудо, и у меня очень сильный ангел-хранитель! И один выход рисовало мне мое нездоровое воображение. Кириякос, он спасет меня! Не может не спасти!

И вот я тут, на Кипре. Третий день жду и жду его, как посланника Божьего.

Мне уже совсем не смешно

Вечерело. В пабе прибывала и прибывала публика, но того, кого я так сильно ждала, все не было. Девчонки сновали туда-сюда, Мария еле успевала наливать стаканы, то и дело неодобрительно глядя в мою сторону.

А я сидела и делала вид, что не понимаю ничегошеньки. В конце концов, моя обязанность сделать четыре-пять стаканов за вечер. И когда я это сделаю, это мое личное дело! Ночь только начиналась, успею.

Если совсем уж честно, мне очень не хотелось, чтоб случайно зашедший Кириякос увидел меня в обществе клиента. «А вдруг он вообще не придет?» — то и дело мелькала мысль. «Придет», — тут же успокаивал внутренний голос.

В сумке тихонько запищал мобильный. «Как дела, подруга?» — высветилось на экране. Вандышева, жена Ромкиного друга, Баклан которая (о ней я писала в предыдущей книге).

«Ничего, какие новости?» — ввязалась я в переписку.

«Новости есть! Тебе Ленка Рудь ничего не говорила?» — тут же пришел загадочный ответ.

«Ничего не говорила, вчера только созванивались», — отписалась я.

Ленка Рудь — это моя лучшая подруга, если что. Дружим с ней с детства.

«Тогда позвони срочно!» — моментально «телеграфировала» Ирка.

Заинтригованная, я проверила баланс на счету. Вот зараза, денег нет для звонка!

— И что мы ждем? — Не выдержав, Мария плюхнулась рядом.

— Да ничего не ждем, — пожала я плечами, — всех клиентов расхватали!

— А вот и не всех! Вон, в углу барной стойки, видишь клиента? — указала она рукой. — Только что он отправил Ольгу, не заказал ей напиток… Иди, попробуй ты!

Я мельком взглянула на клиента, он сидел спиной к залу.