Милашка из магической общаги - Ева Финова

Костяшки пальцев саднили и кровоточили под бинтами, намотанными из отрывов собственной нательной рубахи, а в голову словно кувалдой ударило после недолгого сражения с болотными фуриями, пробравшимися в форт. Но всё это такие мелочи в сравнении с ощущением предательства, которое заставляло сердце в очередной раз перевернуться в груди, едва я услышал слова Бранда Элфрина:

— Алод Шеннод пошел на сделку с ведьмами. Он сделал две статуэтки, одну вам, другую им. А все для того, чтобы...

— Молчать! — заткнул его я, хотя и знал — без толку. Под действием магии Кирхарда, который также сидел и молча свирепел, заговорит кто угодно. Вот и маркиз добил остатки моего самообладания, а после станцевал на их надгробии своими следующими словами:

— Все ради своей жены, Вардии, которая была вынуждена вернуться в ковен.

— Я убью его, — констатировал очевидное. И в данном конкретном случае имел ввиду и Элфрина, и Шеннода, и Сезара. Последний, как выяснилось при «правильном» допросе оборотней, тоже был в сговоре. Более того, маркиз номер второй предоставил родовое поместье ведьмам, скрывающих свои темные делишки под видом служения культу Великих сестер. Ни много ни мало, а целый столичный особняк из-за финансовой нужды несносный выродок Уилли превратил в доходный дом, по факту же, в рассадник врагов королевства.

Однако вместо расправы, я лишь сплюнул на пол от переизбытка эмоций, заодно окинул взглядом бездыханные трупы болотных ведьм, решивших, что запросто сумеют проникнуть в форт и освободить пленников. Оборотней, которых те держали на коротком поводке из смесей. Если точнее — жутчайшего состава дурман травы, белены и других ядовитых растений. Правда, двое из болотных все-таки живы. Оставлены на допрос.

— Подожди, вначале пусть договорит, а после я уже сам займусь своим выпускником, уж поверь, смерть ему покажется сущим подарком. — В этот раз Оз решил поиграть в мистера спокойствие, вместо меня. Обычно бывало в точности да наоборот, если волей случая мы вдвоем кого-то искали. После чего Осберн кивнул Бранду, похожему сейчас на бездушную марионетку, а всё благодаря подчиняющему волю заклинанию из запрещенного списка в числе первых. — Продолжай.

— Первая статуэтка идеальная в рабочем состоянии. Вторая порченная.

Казалось бы, одно лишь только это предложение захватило всё мое внимание без остатка.

— Его приятель, Дутти, отнесет первую статуэтку королю Истмарка, — продолжил рассказывать Элфрин в полной тишине одиночной и довольно комфортабельной камеры, в которой его заперли, как аристократа. — Со второй он отправится в ковен, чтобы выторговать свободу для Вардии.

— Подожди, — вот тут я интуитивно почувствовал ложь в его словах. Ведь что-то явно не сходилось. — У него же уже есть жена, эта, Руала, разве не так?

— Она ему не жена, — ответил тот всё так же ровно, — её приставили к нему, чтобы следить за исполнением уговора.

— Какого уговора?

— Взамен на статую Мааргоша Алод взял с Селии обещание исполнить одну его просьбу.

— А ты откуда это знаешь? — и снова почему-то не мог поверить его словам. Поэтому допытался.

— Я присутствовал на нескольких тайных встречах Шеннода и Вардии.

— Все понятно, — вмешался в разговор Кирхард, — он — трал, марионетка Вардии, подчинен ей или же ворожбой, или же каким-нибудь зельем, а может быть и при инициации, поэтому она не беспокоилась о его присутствии, считая, что никакая магия не вытянет из него правду. — При этом Оз многозначительно посмотрел на меня. А я в очередной раз облегченно выдохнул, потому как сам чуть не попался в подобную западню. Как мне пояснил Осберн во время нашего с ним обстоятельного разговора при допросе оборотней, для инициации ведьм девушке нужно было выпить частицу Нешзрагатмы, которую Алод при встрече (судя по всему) сжег на полу, а после уже переспать с мужчиной, то есть мной. Так что, в этот раз нам с Эмилией очень повезло.

Однако это не умоляет того факта, что Мила потомственная ведьма, чуть не поймала меня в капкан. И главное ведь, как же хорошо она играла? Как искренне изображала недотрогу, пока не показала свою истинную личину.

Попытался вновь воскресить в памяти недавние события в комендантской, напрочь пропуская часть разговора.

Желваки заиграли на моих скулах, когда в очередной раз в ушах прозвучал, словно мяукнул, голос Милы, мол, ей больно. Может быть, она поняла, что инициация не состоялась и потому решила не продолжать бесполезное занятие? Хотя, помнится, она наоборот испугалась той мерзкой гадости на полу в углу. Собственно, поэтому и отправилась на наши поиски, разве не так?

«Ар-р-р, — прорычал мысленно и зажмурился. А после запустил пятерню в спутанные волосы, почесал затылок. — Ничего не понимаю! Ни чер-та!»

— Слышишь меня? — окликнул вдруг Кирхард. — Если этот суслик не врет, что, конечно, вряд ли, заклинание правды меня никогда не подводило. То фаворитка Хеймиля, Селия Винхорст — одна из болотных, которая заправляет всей ведьминой диаспорой Вурмграда.

— Ты сейчас серьезно? — не заметил даже, как удивленно разинул рот из-за его слов.

— Что? Тоже сомневаешься? — спросил меня друг. А я даже не знал на чем зиждилось моя защита в её пользу. Но память услужливо подсказала: — Подожди, так мы же сами сейчас выяснили, что ведьмы прикрывают свою деятельность в нашем королевстве под видом Великих сестер. Но Селия же она потомственная аристократка, она же не состоит ни в каких связях ни с сестрами, ни с вампирами, кроме одной конкретной связи с Хеймилем, о которой мы с тобой прекрасно осведомлены, ровно как все его приближенные.

— В том-то и оно. Просто так обвинить её мы не можем, нужны доказательства.

Мы оба не сговариваясь посмотрели на маркиза Элфрина. Бранд же продолжил невменяемо смотреть в одну точку, пока не выдал:

— Костесвет позволяет выявлять частицу Нешзрагатмы, он перерисовывает скелет человека на холст, а заодно все инородные тела.

— И где он? — воодушевлению Кирхарда не было предела. Я же раньше времени радоваться не стал и оказался прав, потому как мы тут же услышали:

— Он у мистера Аллода Шеннода, он позаимствовал его у меня, чтобы проверить свою дочь, а затем и жену, когда её отпустят.

Из услышанного радовало только одно. Аллод, видимо, не планировал связываться с болотными, а наоборот хотел искоренить эту заразу в своей семье. Не радовало другое, Эмилия сейчас неизвестно где, а вместе с ней и артефакты, статуэтки, а заодно и костесвет.

— Н-да, — проворчал Кирхард. И что мы имеем. Я, вместо того, чтобы наводить порядок в некрогородке из-за разбушевавшейся ведьмовской нежити, которую они как-то занесли к нам в общежитие, допрашиваю собственного студента, а все ради чего?

— Ради дела, Оз, ради общего дела. Сейчас же мы отправимся зачищать поместье Сезара и ловить остальных сестер культа. А после я найду Эмилию, найду костесвет, поймаю Аллода с обеими статуэтками, а уже после мы с тобой займемся Селией, и проверкой всех женщин Вурмграда, а в идеале, всего королевства на предмет пройденной инициации, точнее этой, как её там, частицы Нешзра…