Ты любишь сверху? - Лана Пиратова

- Кирилл, если ты не сбросишь скорость, мы все окажемся в больнице. В лучшем случае, - голос Анжелы с переднего сиденья возвращает меня в реальность.

- Дурацкая была идея ехать на пикник на таком сроке! - в очередной раз возмущается Кирилл.

- Но день рождения Антона, Кирилл! - у меня хватает сил только на эти слова и меня опять скручивает на заднем сиденье.

Мы так торопимся в роддом. У меня начались схватки прямо на турбазе, куда мы, несмотря на сопротивление Кирилла, приехали, чтобы поздравить моего брата.

К счастью, сейчас пробок нет - выходной день и до больницы остаётся совсем чуть-чуть.

С того дня, как Кирилл приехал за мной в аэропорт, прошло почти восемь месяцев. Да, оказалось, что улететь к монашкам я должна была уже не то что не непорочной девой, а ещё и с ребенком в животе. Даже сейчас от мысли о том, какой бы шок это вызвало в благочестивой английской школе для благопристойных девочек, мне становится смешно, но спазмы внизу живота не дают даже улыбнуться.

Все, на что меня сейчас хватает, свернуться калачиком и простонать.

- Что такое, Ксюша? - слышу я беспокойный голос Кирилла. - Потерпи, девочка, осталось совсем немного. Анжела, посмотри, как она там.

- Да, все нормально там, - отзывается Анжела, - ты за дорогой следи!

Когда папа узнал, что ни в какую Англию я не улетела, он сказал, правда, через Антона, что отказывается дальше содержать меня и, поскольку человека из меня все равно не получится, то он отступает и предоставляет мне полную свободу действий.

Антону, кстати, тоже досталось за то, что он позвонил в последний момент Кириллу. Отец даже грозился лишить его наследства. Потом, правда, отошёл и, по словам Антона, всякий раз интересовался, как у меня дела. Порой его вопросы звучали обидно, как, например, не бросил ли меня ещё Кирилл или не попала ли я опять за решётку.

Я знала своего отца. И знала, что он когда-нибудь снова назовет меня своей дочерью.

Я переехала жить к Кириллу. Ещё до того, как он узнал, что у нас будет малыш, он уговаривал меня зарегистрировать наши отношения. Почему "уговаривал"? Потому что я ни в какую не соглашалась. И дело даже не в том, что я не видела смысла во всем этом официозе. Мне хотелось, чтобы это радостное событие разделили со мной и мои братья, и Анжела, и, конечно, отец.

Когда на очередном УЗИ врач сказала, что у нас будет сын, Кирилл безапелляционно заявил, что его сын родится только в законном браке. После нескольких убедительных бесед я согласилась, но с условием, что мы просто распишемся. Без ресторанов, белого платья и толпы родственников. Единственное, что мы оставили из традиционного набора, - это свадебное путешествие.

И это было самым впечатляющим событием в моей жизни. Только я и Кирилл. И бескрайний океан. Уверена, что, если бы я к тому моменту уже не была беременна, то точно забеременела в наш медовый месяц.

После возвращения я поступила учиться, но не на ненавистный эконофак, а на архитектурный. Я сдала экзамены за первый курс досрочно, боясь, что не успею из-за родов. Отец бы мной точно гордился.

- Приехали! - вырывает меня из моих воспоминаний голос Кирилла. Он паркуется и берет меня на руки, несёт в клинику. Там нас уже ждут.

- Позвони папе, - прошу я его, прежде чем меня уводят в палату.

- Так, Вы - отец будущего ребенка? - спрашивает его врач.

- Да, - отвечает Кирилл.

- Тогда быстро переодевайтесь и в зал!

Я, кажется, говорила, что свадебное путешествие было самым ярким событием в моей жизни? Нет. Самым ярким событием стало и останется таковым навсегда момент, когда я впервые услышала крик нашего сына. И когда врач положила мне на грудь розовый комочек. Маленькую частичку большого счастья.

Наверное, если бы у меня остались силы, я бы расплакалась. Но все, что могла в тот момент, это почувствовать губы Кирилла на своем лице и услышать: