Грязная любовь - Меган Харт

Городок моего детства не слишком изменился. Те же широкие улицы, вдоль которых росли деревья. Дома, чей возраст переваливал за полтинник, – некоторые из них были переоборудованы в фирменные магазинчики и бутики. За то время, что меня здесь не было, бензоколонок и сетевых магазинов стало больше, но за исключением этого я могла легко представить себе, что снова вернулась в детство и качу на своем велике с волосами, собранными в косички, как когда-то ездила в библиотеку или в плавательный бассейн.

Я повернула машину на улицу, где стоял старый дом моих родителей. Дома были все те же, выкрашенные в тот же самый цвет. Деревья, правда, стали выше. Прибавилось веранд и подъездных дорожек. На когда-то пустом месте возвышался многоквартирный дом, который был здесь совершенно не к месту.

Я приехала навестить отца. Это правда. Моя мать, может быть, и любит изображать из себя мученицу и одновременно играть драматическую роль королевы, но если уж она заговорила о болезни отца, это могло значить, что он правда болен, может быть, даже неизлечимо. Мне нужно было с ним поговорить, пока не стало слишком поздно. Я хорошо знала, какую пустоту оставляет в душе смерть человека, которого любишь, но с которым не успеваешь помириться.

Но, оказавшись перед домом родителей, я не смогла взять и просто так заехать на подъездную дорожку. Я притормозила у тротуара, глядя на дом, в котором росла. Желудок вдруг взбунтовался, как если бы я перепила кофе.

Последний раз я была в этом доме в день, когда уезжала в колледж, который мать не одобрила. Она заявила, что если я уеду, то могу больше никогда не возвращаться. Я была счастлива. Со временем она изменилась и была уже не так категорична, зато я пластинку менять не захотела. Я ненавидела этот дом и то, что в нем происходило, а потому вернуться сюда не могла. Даже навестить моего, возможно уже умирающего, отца. Я отъехала от родительского дома, сделала разворот в конце улицы и вернулась в город, ставший мне родным.

Марси была несказанно удивлена, открыв дверь и обнаружив меня на пороге. Я понимала ее удивление. К тому времени, как я добралась до нее, наступила ночь, а я заранее не предупредила о своем визите. Она открыла дверь шире, предлагая мне войти, и я увидела сидящего за столом Уэйна.

– Извини, я не хотела вам мешать. – Я повернулась, но Марси загородила дверь.

– Не глупи. Мы просто решили перекусить. Давай, входи. – Она встретилась со мной взглядом. – Да входи же ты. Хочешь выпить?

Я уже успела пропустить несколько рюмок водки ниже по улице, но кивнула:

– Налей мне что-нибудь. Что у тебя есть.

Марси с Уэйном обменялись взглядами, которые нельзя было интерпретировать иначе, как «да ведь она уже пьяна!». Уйэн встал, подошел к буфету, вытащил бутылку водки и пару стаканчиков. Марси достала из холодильника лимоны и взяла сахарницу со столешницы.

– С лимончиком? – предложила она.

Я кивнула.

– Извиняюсь за вторжение. Наверняка у вас были свои планы на субботний вечер.

– Вообще-то мы просто ждем кое-кого из друзей, – с некоторым смущением произнесла Марси. – Собирались немного поиграть.

– Настольные игры? – Я даже моргнула, услышав такой невинный ответ, который как-то не вязался с образом Марси, который у меня сложился.

Уэйн засмеялся:

– Ну да. Настольные игры. В субботнюю ночку.

Он приобнял Марси за плечи и поцеловал в висок. Она игриво пихнула его в бок. Они улыбнулись друг другу, словно им был известен какой-то секрет. Я почувствовала себя чужой.

– Я лучше пойду.

– Нет, Элли, останься. Будет забавно, я обещаю. – Марси взяла меня за руку и притянула к себе. – Останься.

Я осталась. Мы выпили. Прибыли друзья Марси, и мы разложили на столе игры: «Надуваловка», «Гесстьюрес», «Рисумей», «Тривиал Персьют». Мы разделились на команды – мальчики против девочек – и стали играть, закусывая водку с лимоном начос и немецкими кренделями. Команда девочек выиграла две трети из всех игр, но мальчики вроде не очень-то расстроились. Я была единственной не имеющей пары, но это вроде тоже никого особо не волновало, по крайней мере вслух об этом не упоминалось, а если и были сочувственные взгляды в мою сторону, я этого не заметила.

Уже и не вспомнить, сколько времени прошло с тех пор, когда я в последний раз была в компании – чтобы просто разделить общество других людей, посмеяться, поиграть в игры. В общем-то, можно было даже поспорить, была ли я когда-либо частью коллектива. В школе я слыла тихоней, очкариком. Моя лучшая подруга Сюзан Дитц переехала, когда мы учились в десятом классе, а после этого… ну а после этого все изменилось. В колледже у меня были друзья. Мэтью втянул меня в свой кружок, я даже стала там своей. Мы могли смеяться, пить, играть в игры до поздней ночи. Целоваться и даже больше под одеялом, когда смотрели страшилки. Целый год я была окружена друзьями, вечеринками и любовью, прежде чем моя жизнь снова изменилась.

Я не впадала в депрессию, когда вспоминала о том времени. Все осталось в прошлом. Тем более что не все воспоминания навевали на меня грусть.

Все разошлись ближе к часу ночи, переобнимав друг друга и отпуская хмельные шуточки насчет «гениальности». Я также не избежала крепких объятий и похлопываний по плечу, так как друзья Марси, как и она сама, не слишком утруждали себя церемониями. Я не возражала, хотя и не любительница подобного выражения чувств.

– Я рада, что ты сегодня ко мне заглянула. – Марси обняла меня.

Я в ответ немного скованно похлопала ее по спине. Когда она поцеловала меня в щеку, я со смехом вырвалась из ее объятий.

– Спасибо, что позволила мне остаться.

– Ты сможешь добраться домой? А то Уэйн может тебя подбросить.

Уэйн выглянул из-за спинки кресла, в котором явно собрался ночевать, и вопросительно поднял брови.

Я покачала головой:

– Спасибо, я доеду на такси. Не стоит волноваться.

Может быть, я и пьяна, но не настолько, чтобы садиться в машину с Уэйном, который стабильно заливал весь вечер. Он вяло махнул рукой и с ухмылкой на окосевшем от алкоголя лице снова обратился к телевизору. Марси проводила меня до двери, вышла за мной и чуть прикрыла ее за собой.

– Хорошо, что ты сегодня пришла, – повторила она. – Ты в порядке?

Я кивнула:

– Просто подумала, может, мне к тебе заскочить, поинтересоваться твоими делишками. Я не хотела портить вам вечер.

– Ты ничего не испортила. – Марси глянула через плечо. – Не жалеешь, что осталась?

– Нет. – Я от души улыбнулась. – Я не играла в настольные игры уже… сколько?… Целую вечность.

– Тогда приходи еще раз. – Она помолчала. – И пригласи Дэна.

Мое лицо исказилось, прежде чем я смогла этому помешать. Я с трудом вернула себе спокойное выражение.

– Да, конечно.