Библиотекарша - Логан Белл

Черный «Мерседес» Реджина заметила сразу, как вышла из библиотеки. За рулем сидел сам Себастьян. Даже с такого расстояния Реджина ощущала на себе его взгляд. Себастьян приоткрыл для нее дверь, и впервые с момента увольнения Реджину перестала терзать тревога. Она почувствовала себя намного лучше.

Себастьян коротко обнял ее, и Реджина выпалила:

— Я пыталась дозвониться до тебя, но все время попадала на голосовую почту.

Себастьян кивнул, выруливая на среднюю полосу.

— Прости, я весь день проявлял пленки, печатал фотографии… Не хотел отвлекаться.

Повернувшись к ней, он улыбнулся от уха до уха.

— И как? Получились? — беспокойно спросила Реджина.

— Вот приедем ко мне — сама увидишь.

Реджине передалось его радостное возбуждение, и она слегка улыбнулась.

— Понятно, — произнесла она, и Себастьян накрыл ее руку своей.

— Ну так в чем дело? Что ты хотела сказать?

Можно ли нарушать такой момент и сообщать об увольнении? Видно ли по лицу Реджины, какое несчастье с ней произошло?

— Слоан меня выперла.

— У нее прав таких нет! — рассмеялся Себастьян.

— Еще как есть, — расстроилась Реджина. — Она же начальник. Тебе не понять, ты никогда не работал с девяти до пяти.

— Я с ней поговорю, — заверил Реджину Себастьян так, словно его разговор со Слоан решит все проблемы.

— Нет! — испуганно воскликнула Реджина. — Только не это, не говори с ней. Даже если

— если! — она снова примет меня на работу, представляешь, каким унижением это для меня станет. Надо просто… пережить это.

Переполненная в час пик Пятая авеню гудела. Себастьян повернул на запад.

— Не согласен с тобой, — сказал он. — Так ты хочешь назад к своей работе или нет?

— Ты не понимаешь, Себастьян, я облажалась. Так хотела стать библиотекарем, так мечтала…

— Ты ведь не заслужила увольнение.

— Слоан думает иначе. Она ревнует, и вот я дала ей повод. Глупо с моей стороны, — снова разозлившись, сказала Реджина.

— Сплошной харассмент, — сделал вывод Себастьян. — А ты? Жалеешь, что стала моей?

Реджина покачала головой.

— Нет, ни капельки.

— Ты еще больше убедишься в этом, когда увидишь фотографии.

* * *

Стол в обеденной был просто завален готовыми снимками. Реджина с трудом узнавала себя в красивом, уверенном и сексапильном создании, которое взирало на нее с глянцевых чернобелых изображений. Это была настоящая Бетти Пейдж, только в более темном и опасном своем воплощении.

Каждая фотография по-своему раскрывала грани Реджины. Себастьян выложил их в таком порядке, что создавалось подобие сюжета: запечатленная на снимках девушка показывала все больше властности и желания.

Глядя на новую, неизвестную доселе себя, Реджина одновременно испытывала беспокойство и трепет.

— Поверить не могу, — шепотом произнесла она.

— Зато я верил в тебя с самого начала, — сказал Себастьян, нетерпеливо прохаживаясь по комнате, то и дело заглядывая ей через плечо. — Я не тащил тебя к объективу силой, хотел, чтобы ты чувствовала себя естественно. Мне нужны были особенные снимки. — Присев рядом с ней, Себастьян взял ее за руку. — И я не ошибся.

— Ты сделал так много кадров.

— Обычное дело для фотосессии. Необычно то, что почти все они удачны и хороши. Порой из целой серии получается лишь очень малая часть, и полностью мне себя выразить не удается.

А эти… просто шикарны. — Он посмотрел на нее донельзя серьезно. — Не беспокойся ни о чем: ни о работе, ни обо мне, ни о нас с тобой.

Он обхватил ее лицо ладонями и заглянул ей в глаза с невероятной страстью (совершенно точно ожидая от Реджины точно такой же). В животе у нее защекотало; во взгляде Себастьяна вспыхнул огонь вожделения, который, казалось, не угасает ни на минуту. И еще Реджина уловила отблеск подлинного восторга и восхищения.

Себастьян поцеловал ее в шею, и по телу побежали мурашки.

Он обнял ее, и Реджина, задрожав, приникла к нему. Вдохнула его аромат. Несмотря на боль после вчерашних игр, в ней пробудилось желание.

Он жадно — так, словно неделю ее не видел — поцеловал Реджину в губы, принялся мять груди. Себастьян растирал прямо через блузку затвердевшие соски, пока Реджина не застонала.