Танго втроем - Янка Рам

Или нужно было сказать, что кончились?

— Купим маме шарик летающий?.. — у кассы связка гелиевых шаров.

— Выбирай.

Долго думает, держа в одной шар-панду, в другой шар-цыпленка.

— Ася?..

— Панду… Но цыпленок будет плакать… — горестно вздыхает.

— Возьми оба.

— Можно?! — округляет глаза.

— Можно.

Что-то шепчет в резиновый клюв цыпленка, гладит его.

— Так не честно, — разворачивается.

— М?

— Тебе нет подарочка! — взмахивает руками в такт каждому слову.

Даже не знаю, что сказать.

Девушки-кассиры поджимают губы, чтобы скрыть улыбки.

Хватает за руку, утаскивая опять вглубь магазина.

Тележка остается на кассе.

— Там, — машет рукой. — Скорее!

— Это… РО-БО-ТЫ, — шепчет заговорщицки. — Собачки…

— А аквариумов тут до кучи не продают? — вспоминаю я наш с Женей «Семья, ребенок, собака, аквариум…».

— Выбирай свою собачку, — улыбаюсь.

Женя, наверняка, повозмущается.

Но это месть, детка… Это месть тебе за твой неуместный Предел по финансовой автономности.

Забирает оранжевую.

Второй рукой тянет фиолетовую ванночку с противоположной полки.

— А вот и аквариум?

— Это с рыбками?

Киваю. С рыбками, да…

— Рыбки там! — пытается взмахнуть собакой, но она слишком тяжелая.

Забираю. Идем за рыбками.

— Тазик купать собачку… — поясняет. — Рыбки. Вот. Красивые…

Обтянутые пластиком наборы тропических рыбок с удочками.

— Это… — вспоминает. — Рыбачить!

— Ты хочешь взять?

— А денежки есть?… — заглядывает мне в глаза.

— Есть.

Интенсивно кивает, закусив губу.

— Бери парочку.

Просто чтобы выбесить Женьку!

— А?

Забираю с полки две упаковки разного цвета.

— Вместе будем! — радостно скачет она, роняя ванночку. — Ой…

Расплачиваюсь на кассе.

— У вас есть наша бонусная карта?

— Нет.

— Оформить?

— Оформляйте…

Не в последний раз, судя по всему.

— И с вашей суммы покупки три лотерейных билета на беспроигрышную лотерею.

Показывает на барабан. Там пластиковые шарики, в них бумажки.

— Ася? — отдаю ей. — Сейчас будут призы. Иди тяни шарики.

Долго вертит рукой в шариковой массе и по очереди достает три.

Барабан, резиновая утка с утятами на спине и книга со звуками животных.

Барабан… Жесть!

Закидываю все наши пакеты на тележку. Смотрю на часы. Время еще есть.

— Куда?

— Ты заслужил мороженное! — хитро улыбается.

— Ой, спасибо…

— Что это?! — оборачивается Женя на заднее сиденье. — Я же просила просто последить за ней, пока она играет в лабиринте!

— Форс-мажор, Женечка! Она плакала…

— Почему плакала?

— Девочки отобрали резиночку… — стягивает шапку.

— Мы пошли покупать, — киваю я.

— Купили?!

Нет…

— Отвлеклись.

— Олег! — рассматривает завал на заднем сиденье. — Ася… Что это?

Вытягивает из ее рук «жидкую конфету».

— Она сказала ей такую можно.

— Олег, ну ты же умный мужик! Она тебе и не такое скажет!

— Детка, не психуй. Выкинь все, что нельзя.

— Нет, — начинает хныкать Ася, оттягивая пакет с лакомствами подальше от Жени. — Это мне…

— А это что? Собака-робот?! — разъяренно. — Это ты специально!

— Это Шарик, — прячет его Ася.

— Так! Везем это всё к Олегу! Домой я вас не пущу.

— Мамуля… — начинает всхлипывать Ася. — Это же мне…

Женя сжав губы молчит, закрыв глаза и откинувшись на спинку сиденья.

Ася попискивая рыдает.

— Детка, сделай что-нибудь. Восхитительно мудрое. Ты умеешь, я знаю.

Делает глубокий вдох.

— Женечка, если для тебя это имеет значение, — снижаю я тон. — Мы хорошо провели время. И оба получили удовольствие от процесса.

— Сколько?

— Что?

— Сколько это всё стоит?

Теперь я закрываю глаза и пытаюсь дышать глубоко и ровно. Молчу…

Мне неприятно до тошноты.

Пока мы кипим, Ася потихоньку успокаивается, разговаривая со своим Шариком.

— Женя… Это — подарки.

— Олег. Я в курсе, что ты в состоянии завалить ее дорогими игрушками. Но… Каждый раз когда папа забирает ее. Они едут в магазин игрушек. Они что-то покупают. Потом в кафе-мороженное. Она счастлива проводить с ним так время. Как ты думаешь?… После твоих дорогих подарков, у них останется это их личное совместное счастье? Или ты хочешь отобрать у них и это?

— Я. БЫЛ. НЕПРАВ.

— Хорошо.

— Будем считать это разовым происшествием. Но не забирай у нее, пожалуйста…

— Два килограмма сладкой химии тоже оставить?

— Это забери.

— Нееет. Это ты сам дома заберешь. Обоснуешь ей. И решишь что с этим делать.

Ну пи**ц!