Дар оборотней - Василина Лебедева

Поскольку я так и стояла, молча смотря на него, он спросил:

– Можно войти? На улице мороз и холод заходит в дом.

– Да, конечно,– отмерла я и отпуская ручку двери прошла по коридору внутрь. Обернувшись, наблюдала: как он скинул дублёнку и повесил её на крючок, снял ботинки и выпрямившись посмотрел мне в глаза. Резко развернувшись, я прошла дальше, зашла в зал, щёлкнула кнопкой выключателя, разгоняя темноту.

– У тебя очень уютно,– проговорил Максим у меня за спиною, и от этого я почему-то чуть не шарахнулась в сторону, хотя хотелось наоборот прижаться спиной к его груди. Встряхнув головой, обернулась.

– Спасибо и здравствуй. Ты как здесь…– И замолчала не в силах продолжить.

– Если скажу: проезжал мимо, поверишь?– Он натянуто улыбнулся, следя за моим лицом, и я порадовалась, что постоянно ношу артефакт, без него все мои эмоции и чувства ему были бы уже известны.

Отрицательно покачав головой, попыталась улыбнуться, но у меня не получилось.

– Правильно,– он усмехнулся.– Приехал к тебе и смотрю: ты тут не скучаешь.– Теперь его взгляд словно впился в моё лицо.

Сначала нахмурившись, я только потом поняла: он видел меня и Артёма и то, как мы с ним…Ооо! Я растерялась, а потом разозлилась:

– Ты что следил за мною?– Шумно дыша, сделала шаг вперёд.

– Нет. Приехал сегодня вечером. Первым делом снял комнату у бабки на параллельной улице, сходил в больницу, где ты работаешь и узнал что ты дома. Так как дома тебя не оказалось, поэтому остался дожидаться тебя – вот и всё.– Закончил он, вгоняя меня сначала в краску стыда, а потом, обрушивая шквал непонятных чувств: радость, надежда, переплелись странным образом со страхом и неуверенностью.

– Зачем ты здесь?– Выдавила из себя шёпот, на большее сейчас была не способна.

– Вернее спросить: «Почему?».– Подсказал он, и я автоматически повторила:

– Почему?

– Потому что,– вздохнув, хрипло продолжил:– Лия везде, куда бы ни поехал, где бы я ни был – я думаю только о тебе! Потому что ни о чём и ни на чём я не могу сосредоточиться, потому что чувствую себя последним шакалом, так и не попросив прощения, хотя себя я простить, никогда не смогу. Потому что…– Он внезапно прервался, скользнув взглядом по моей шее и плечам. Хрипло выдохнув, ещё раз их осмотрел, а я зажмурилась.

«Создатели, он всё понял! Он увидел!», мне стало страшно, мне стало до безумия стыдно, я резко опустила голову, словно это могло что-то изменить.

Максим резко приблизившись, приподнял мой подбородок, не причиняя боли, но ухватил жёстко, не вырваться и не опустить головы. Второй же рукою провёл по шее и плечу. Наклонился, и провёл ладонью ещё раз, и словно не веря – ещё раз.

– Её нет.– Выдавила из себя.– Её больше нет. Создательница услышала мою просьбу и разорвала связь.

Только после моих слов, он резко отстранившись посмотрел мне в лицо. Самой мне бы лучше на него глаз не поднимать, потому как стоило это сделать, меня словно в грудь кувалдой ударили, выбив весь воздух: столько в его взгляде было эмоций! Сначала неверие, сменилось оглушающей болью, непониманием. Он смотрел мне в глаза не отрываясь и кажется даже не дышал. Мотнув головой, сделал шаг назад, хрипло выдохнул, ещё один и ещё, пока рядом не оказался стол, в столешницу которого он вцепился так, что дерево скрипнув, пошло трещинами.

Я не шевелилась и не потому что боялась его, потому что осознала: что я натворила!

–Я…– Начал он было, но потом хрипло выдохнув, мотнул ещё раз головой. Отвернувшись в сторону и смотря в пол, тихо произнёс:– Я ехал сюда в надежде начать всё сначала. Ухаживать за тобою, приглашать на свидания, попробовать разбудить или вернуть твою…– Замолчав, он прикрыв глаза шумно задышал, а потом резко развернувшись пошёл к выходу из комнаты, остановившись на пороге, словно вытолкнул из себя:

– Я понял тебя Лия и принимаю твоё решение.– Замолкнув на мгновение, выдохнул:– Прощай.– И вышел. Спустя несколько секунд, я услышала как хлопнула дверь, словно он вышел из дома не одеваясь и даже не обуваясь. Словно он сбежал. А может так и есть?

Хрипло задышав и обхватив себя за плечи, я осела на пол, не замечая, как по щекам бегут слёзы. У меня в голове только и билась мысль: «Что же я натворила!»