Сердцеедка для мажора - Алина Савельева

— Он купил эту студию тебе, можно не сомневаться в том, что Андрей сделал свой выбор, он не из тех, кто делает красивые поступки, чтобы набить себе цену или на показуху.

— Как ты для мамы? — внезапно меня посетила мысль, что папа не просто знает Андрея, но и очень хорошо его понимает.

Папа хитро приподнял бровь, типа удивлен, что я в курсе, как он ее балует разными сюрпризами. Хотя прекрасно знает, как мы любим посекретничать с мамой и Миленой, то забираясь в густой малинник, то в комнате сестры сидим с масками на лице и с вином в руке.

— Почему же он меня тогда прогоняет теперь?

— Не терпит жалости к себе. Тоже с детства, кстати. Я бы тоже не хотел, чтобы твоя мама видела меня жалким и немощным.

— Как в ту зиму, когда у тебя была температура тридцать семь и пять? — хихикнула я, вспоминая этого тяжелобольного.

— Не напоминай! Жуткие были времена! — дурачась, папа округлил глаза, изображая ужас. — Дай ему время, дочь. Ему не нужна сиделка и тем более не нужна таскающая ему контейнеры с котлетами женщина. Ты выбрала очень сложного человека, Вик. И если любишь, дай ему возможность снова стать сильным без твоих слез и сочувствия. Ты должна уметь верить и ждать, а не бежать впереди него, указывая, что ему делать.

— Тогда купи ему кресло, как обещал, — надула я губы, потому что знаю, что папа прав, Аристов всегда должен быть сверху, а жалость к себе воспринимает как принижение. Словно говоришь ему: «А у меня все в порядке, жаль, что у тебя так хреново!».

— Обойдется. До свадьбы он у меня уже бегать будет! — оптимистично заявил папа. — Заканчивай год в Одессе, остальное я решу. Хорошая, кстати, студия. Оставишь ключики? Хочу маме твоей кое-что напомнить!

— Меня замуж еще никто не звал, а ты уже готов доченьку отдать!

— У меня есть надежда, что Мирон сравняет счет с Аристовыми, — хмыкнул папа.

Так, обняв меня за плечи, папа сначала забрал меня домой, а потом и отправил обратно в Одессу.

Я не знаю, правильно ли меняться ради кого-то, но ради Андрея мне хотелось стать такой же мудрой как мама, такой же уравновешенной как Стефи, но остаться той дерзкой и веселой Малявкой, которая нравилась Андрею. Планов, конечно, миллион, но как их воплотить в жизнь, я не знаю, да и вряд ли получится из меня другой человек, но повзрослеть придется.

Не все получилось, как хотелось. Мне не удалось перевестись на ту же специальность — не было мест. Пришлось перевестись на смежную — киномаркетинг — где уже было не столько творческого, сколько обучения, как продвигать готовый продукт.

Мира со мной не поехала и я ее не осуждаю, она давно заработала себе репутацию там и найдет легко мне замену.

От Стефи я знала, что Андрей изменил свой прежний образ жизни, не выезжает ни на какие мероприятия и бывает только дома, у деда, на работе и у друзей.

— К нему попасть теперь сложнее, чем в Белый Дом. Он очень сильно ограничил круг общения, — делилась со мной Стефи в перерывах, когда не рассказывала о себе и Ромке.

Вряд ли Мажор оценит, если я приеду к Самойловым и, изображая случайную встречу, кинусь ему на шею, но в логове врага есть один очень серьезный союзник! Вот к деду Андрея я и отправилась за советом и заодно помочь ему любоваться на его закрома. А у него действительно в подвале огромные помещения, красиво отделанные деревом с прозрачными стеклянными дверями и разным температурным режимом, где стоят дубовые бочки и разные баночки с соленьями-вареньями. И целые стеллажи с разными бутылками в ромбовидных ячейках.

— Эту бутылку привез Максим от его бабушки в Италии, когда родился Андрей, — показал мне дед Вова, проводя экскурсию. — Всегда хотел открыть его, когда правнук родится, — добавил Владимир Александрович, хитро прищурив глаз.

— Я бы с радостью, но к вашему внуку строго по записи теперь, — ответила на хитрый намек этого лиса я, не меньше него прикинувшись рыжей лисой.

Дед покрутил бутылку в руке и переспросил:

— Говоришь ты на факультет менеджмента перевелась?

— Сфера совсем другая, — как старые заговорщики мы поняли друг друга без лишних слов.

— Какая разница? Азы везде одинаковые. Планирование, стратегия, мотивация, координация…

— Есть у меня в банке Аристовых один человечек… — повеселел дед и я за ним следом. — Внеплановая летняя практика у тебя, Виктория Александровна!

Весело мне было ровно до того момента, пока я не покинула резиденцию главы клана Аристовых, а потом начала сильно нервничать. Выгонит ведь сто процентов, если буду снова как глупая Малявка себя вести.

Я уже давно поняла, что такого опытного прохвоста одними сиськами невозможно зацепить, тем более не моим скромным размером, но все же в понедельник была во всеоружии на всякий случай. Под черной шелковой блузкой и юбкой с высокой талией комплект кружевного белья, который Милена называет «выключатель мужского мозга», в придачу к нему чулки с поясом и головокружительные шпильки.

Оставив меня в приемной, дед зашел в кабинет Андрея, заверив меня, что внук ему не откажет и мне придется теперь совмещать практику и свою работу.

— Заходи, — выглянув из дверей, позвал меня дед Вова и, поменявшись со мной местами за порогом, представил: — Виктория, наша практикантка, Андрей Максимович! Рад, что вы согласились лично ее курировать!

Весело мне подмигнув, дедуля закрыл дверь за моей спиной, а я не сразу смогла говорить, жадно ощупывая взглядом Андрея, но так как он был занят ровно тем же, кажется, молчание не вызвало ни у кого неловкости.

Мажор своим привычкам не изменил. Все так же безупречно выглядит в белоснежной, идеально выглаженной рубашке, галстуке и в стильных очках, которые ему безумно идут.

— Проходи, практикантка Виктория, — первым пришел в себя, мой куратор Аристов. — Расскажи, как фитоняшку занесло в серьезный бизнес? Перепутала двери с курсами оральных ласк?