Заноза для драконов - Елена Арматина

Открыла еще одну – вторая спальня.

- Моя эта комната, ты не против?

- Ну что, ты. Нет, конечно.

Не понимаю. Так внешний вид Аурики  не соответствовал ее характеру. Встреть я девушку с подобной внешностью в моем мире, сказала бы, что она волевая, властная, сильная духом стерва. А на самом деле она была тихой, покорной и неуверенной в себе плаксой. А потом я подумала, а какой она должна была вырасти рядом с деспотом-братом и развратником отцом?

- А ты драконица? – я решила немного поболтать, чтобы хоть чем-то занять себя.

- Я – женщина-дракон.

- И какая разница?

- У нас так принято говорить.

- Ну, ладно. Пусть будет так.  И ты можешь обращаться в дракона?

Девушка утвердительно кивнула. Чем-то мой вопрос ее крайне смутил, потому что глазки у Аурики забегали, а на щеках зажглись два алых пятна.

- Покажешь? – не отставала я.

- Я очень редко обращаюсь, - ответила она. – Мой дракон не совсем обычный.

- Двухголовый?  - я вдруг вспомнила рассказ мамы Алана и Марка, что когда-то они могут стать двухглавым драконом.

- Нет. Он у меня розового цвета.

И так она затравленно на меня при этом посмотрела, будто что-то постыдное мне открыла.

- Ух-ты. Мой дракон тоже розовый.

- Что, правда? Ты с такой гордостью об этом говоришь.

- Так здОрово ведь. Никто из моих подружек таким чудом похвастаться не может.

Думаю, еще чуть-чуть и я уговорила бы ее показать своего дракона, но за нами неожиданно пришли.

Открыв дверь, в проеме стояла все та же огромная тетка в сопровождении нескольких стражников.

- Ну что, курочки мои? Пойдем, - велела она, окинув нас обожающим взглядом.

С чего бы это? Откуда такие "теплые" чувства?

- Вы наша надзирательница? – я первой шагнула через порог и улыбнулась,   услышав,  как хихикнула Аурика.

- Меня зовут Аухлипопенья. И я – потомственная кормилица царственных драконов. Вашего папу, Виктория, я вскормила своей грудью. Возможно, буду кормилицей и у вашего ребенка.

Ага, щаззз…

- Но сейчас поговорим не об этом, - чопорно сказала Аух..попенья, важно вышагивая впереди нас.- Вы должны знать, как вести себя на ужине. Так называется это мероприятие весьма условно. Вы должны будете остановиться позади повелителя. Не разговаривайте, не смотрите по сторонам. Стойте, гордо выпрямившись и с достоинством, глаза опустите вниз.

- Это как понимать: с достоинством опустить глаза?

Аухпопенья остановилась так резко, что я не успела сообразить, и буквально впечаталась в нее. Не знаю, чем она там вскармливала драконов, но у меня создалось впечатление, что под платьем таится самая настоящая жесткая мужская грудь. Аурика налетела на меня следом. Если бы не стойка кормилицы, мы бы веселым бутербродом рухнули бы вниз.

- Не спорьте. Глаза опустить, на мужчин не пялиться, не комментировать, без разрешения не двигаться и не садиться. Если трудно сообразить что да как, смотри на Аурику и повторяй за ней. Она наши обычаи знает.

Расправив на мне платье, пригладив непокорные волосы, она критично осмотрела и Аурику. Довольно хмыкнув, открыла тяжелую дверь, у которой  мы остановились и бесцеремонно втолкнула нас вовнутрь.

- Глаза вниз-з-с-с-с… - раздалось позади нас шипение.

Легко ей приказывать, а сделать-то как?

Словно десятки  ножей, совершенно осязаемо полоснули по нам  мужские взгляды.

Я тотчас забыла напутствия Аухлипопении и во все глаза уставилась на мужчин, бесцеремонно глазевших на нас.

Вокруг щедро накрытого стола стояли, явно ожидая нашего появления, около двадцати мужчин. Я тотчас же выхватила взглядом ободряюще улыбавшихся мне Марка и Алана. Их было сложно не заметить – настолько они отличались от других. Явно ниже остальных гостей ростом, они, все же, вовсе не выглядели  хлюпиками.

Остальные же явно принадлежали к одному роду племени. Высокие, коренастые или поджарые, смуглые или светлокожие, они все же были очень похожи друг на друга. В то время, как мои драконы были одеты в джинсы и пиджаки поверх футболок, все прочие нарядились в темные одежды. То ли рубахи, то ли камзолы, обшитые камнями, выпущены поверх узких темных брюк.

Практически у всех черные волосы были стянуты в хвосты. Черные глаза с любопытством сверкали из-под крылатых бровей. Ноздри длинных  носов хищно трепетали так, что казалось, будто они принюхиваются.

В то время, как прочие лишь мимолетно скользнули по мне взглядами и дальше любовались Аурикой, двое молодых людей, стоявших рядом с моими драконами, внимательно рассматривали меня.

Какое там "опустить глаза"! Наоборот, я с вызовом посмотрела прямо на них. Не культурно рассматривать девушку, будто она какая-то диковинная зверушка!

Один из них недовольно при этом нахмурился, а другой, наоборот, изобразил  на лице своем явный интерес. Одна бровь поползла вверх, ярко сверкнув, прищурился один глаз. А на губах заиграла легкая улыбка.

- Прошу простить мою дочь за невоспитанность, - как гром среди ясного неба за моей спиной прозвучал смеющийся голос отца, - она росла среди людей и не знает, что так пристально смотреть на дракона очень опасно.

Я тотчас вспомнила о предупреждении Аухлипопении и опустила вниз глаза.  Смешки, раздавшиеся вокруг, едва не заставили меня заплакать от обиды.

- И так, дорогие гости. Позвольте представить вам мою дочь Викторию , - его рука легла мне на плечо и едва заметно, ободряюще сжалась, - и мою сестру Аурику.

Затем он представил и нам своих гостей. В то время, как Аурика, потупившись замирала возле каждого представляемого мужчины, я из-под опущенных ресниц пыталась их рассмотреть. Словно получив от повелителя команду расслабиться, они смотрели на меня с любопытством и достаточно дружелюбно. И все же меня не покидало  ощущение того, что они мысленно раздевают меня.

И только Марк и Итон были хмурыми и озабоченными. Так что в этот раз мне захотелось ободряюще им улыбнуться, но папик предупреждающе  сжал мое плечо так, что я едва не завопила от боли.

После всяческих взаимных реверансов, повелитель вдруг произнес то, что повергло меня в ступор.

- Я получил три предложения на руку и сердце моей дочери Виктории и три предложения на руку  моей сестры Аурики…

Кажется, я даже знаю, кто сделал мне такое  предложение.

- Все претенденты – представители весьма достойных семей. И чтобы не нанести кому-либо из вас оскорбления, я принял решение. Бороться за руку моих дочери и сестры вы будете на турнире. Победители получат в жены дорогих моему сердцу женщин. Турнир начнется завтра же.