Только с ним - Адалин Черно

– Мы когда возвращались, в моей тачке пакет с наркотой нашли. Хорошо, брат разрулил все раньше, а то был риск не выжить. Тебя тут, кстати, как? Не прессуют?

– Не особо. Да и чо меня трогать.

– Я также думал. Но причину нашли. В любом случае, сегодня тебя отпустят.

– В смысле?

– Я залог внесу. Мне адвокат позвонил, сказал, можно.

– Глеб… я не знаю, как отплачу. Отдавать буду долго.

– Отдавать не надо. Просто в эту херню больше не лезь, ладно? За тебя сестра с матерью переживают, пожалей их. Ну и поможешь мне найти того, кто мне подарочек в машине оставил.

– Помогу, – тут же соглашается Боря. – Я все сделаю.

Я киваю. Разговор сейчас продолжать нет смысла. Я говорю Боре, что приду к нему завтра и ухожу.

На выходе достаю телефон. Смс от Али:

“Ты придешь сегодня?”

“Пока не знаю. Часов в девять, может”

Сегодня много работы. Я итак в последнее время работаю хреново. С картой отца, конечно, могу себе позволить, но не хочу. Должен держать себя в форме. Быть в тонусе нужно обязательно. У отца настроение сильно переменчивое, сегодня денег дал, завтра забрал. Тем более с Алей у нас неопределенность, а он надеялся, что я стану семейным, за голову возьмусь. Последнее, кстати, реально, потому что уже сейчас меня не тянет на тусовки. Херово как-то.

После работы все же заставляю себя поехать к Але. Надо, она ждет. К моим визитам ежедневным она привыкла, да и мне спокойнее, когда я ее вижу. Сегодня встречает меня без пеньюара, в джинсах и свитере. Улыбается мне, пропускает в квартиру. У нас был с ней разговор, после которого она сказала, что не уедет, останется. Я настоял, она собралась в квартиру съемную к Боре. Даже денег хозяйке заплатила.

– Привет.

– Привет, – отвечает. – Я там запеканку приготовила, будешь?

Желудок урчит, подводит меня, зараза. Я не ел с обеда, поэтому киваю. Аля улыбается шире и тащит меня в кухню. Пока накладывает запеканку на тарелку, я ее рассматриваю. Жадно впитываю каждый сантиметр тела. Похудела немного, поэтому когда ставит передо мной тарелку, незамедлительно спрашиваю:

– А сама?

– Не голодная.

– Аля…

– Правда. Я только поела.

– Покажешь, в чем готовила?

Она смущается и говорит, что тоже поест. Громко сказано. Когда я доедаю все до последней крошки, ее тарелка все так же заполнена. Но вилкой она содержимое расковыряла. Сердце подсказывает, что я творю какую-то дичь и пора бы заканчивать это все. Забирать ее к себе, в шикарную трехкомнатную квартиру с идеальным видом и огромной террасой. О таких квартирах мечтают все девочки, а мне там пусто и холодно, хотя раньше она нравилась. Пафосная такая.

– Глеб… – она откладывает приборы и смотрит на меня. – Я все обдумала. Я поступала неправильно.

В уголках ее глаз собираются слезы. Я сглатываю тугой ком, возникший в горле из ниоткуда. Не проходит. Стоит и мешает.

– В чем неправильно?

– Я не должна была… с ним танцевать и вообще… я не буду больше, только возвращайся, ладно?

Она мне этими словами душу рвет на ошметки. И эти слезы в глазах застывшие. Я с трудом держусь, чтобы к ней не подойти. Хуже будет. Я потом уйду все равно.

– Ты думаешь, я ушел, чтобы тебя проучить и прогнуть? Чтобы ты вот это теперь мне говорила?

– А что? – она шмыгает носом.

– А то… это мне нужно подумать и измениться. Не тебе.

– Но я с ним танцевала. Ты сказал, или с тобой или ни с кем.

Она в отношениях совсем неопытна, а я ушел от нее недалеко. Свалил, толком не объяснив ей, в чем причина. Она подумала, что в ней и терзала себя все время.

– Во мне проблема, маленькая, – говорю спокойно. – Во мне, понимаешь? Ты… нормально всё, понимаешь? Гулянки, тусовки, общение с другими – это нормально. Я должен тебе доверять. Знать, что ты не сделаешь глупости. Это – нормальные отношения. А я не могу, сломан. Смотрю на тебя с другим и всё… крышу рвет.

– Проблему можно решить, – упрямо. – Я просто буду дома.

– Нет, не будешь.

– Ты мне не веришь?

Искренне так спрашивает. На полном серьезе.

– Я. Тебе. Верю. Но это не выход. Ты не можешь сидеть дома. Я такого требовать не стану. У меня проблема, я должен ее решать.

– А ты решаешь? – интересуется, прикусывая губу. – Или просто… мне знать нужно, Глеб. Я же…

Замолкает и ни слова не говорит. Я сам все понимаю. Смотрю в эти глазищи огромные влюбленные и понимаю. То, что упускал ранее. Любовь. Не знаю, когда она случилась. Может, была еще в тот вечер, когда Аля ко мне подсела, а может, появилась гораздо позже, но сейчас она там… в ее глазах.

А моя меня пожирает. Живьем и по кусочкам. Я поэтому бегу от нее, потому что не умею нормально любить. Так, чтобы только счастье дарить – не запрограммирован. Она там в клубе танцевала, ей было хорошо, а я пришел и все испортил, до слез довел. Так не должно быть. Это – не нормальные отношения. Такие, дикие, безумные, зависимые. Жестокие. С моей стороны очень. Я так не хочу.

– Дай нам время, ладно? Мне и себе. Алин…

Я решаюсь прикоснуться к ее руке. Пальчики холодные сжимаю.

– Время, понимаешь? Мы должны понять. И ты, и я.

Я работаю над собой. К психотерапевту хожу. Пока ощущения, что этот мозгоправ нихуя не помогает и тупо тащит из меня бабки. Но я ведь должен успокоиться? Рано или поздно? Вдали от нее меня ломает, рядом – тоже. Когда вижу с ней другого – хочется пальцы ему в обратную сторону повыворачивать. То ли характер от отца, то ли я просто не научен держать себя в руках.

Я встаю, Аля следом. Провожает меня до прихожей. Стоит в стороне и грустно на меня смотрит. Пора что-то решать. Или прекращать эту херню с расставанием и возвращаться или все… держать ее в подвешенном состоянии не вариант. Она сама сказала – ей знать нужно.

– Я за Борю залог внес, так что жди его в гости.

– Правда? – ее глаза округляются, Аля делает шаг, но тут же замирает.

Останавливается. И добавляет сдержанно:

– Пока. Ты завтра придешь?

– Да.

Из подъезда я выхожу в хреновом расположении духа. Послать все к херам и вернуться – отличное решение, но я себе обещание дал, что не трону, пока с тараканами не разберусь. Что душу ей травить не стану, хотя ежедневные мои походы к ней – то еще испытание.

В машину сажусь на взводе. Бью ладонью по рулю, но двигатель все же завожу и выезжаю на трассу. Разгоняюсь, но быстро сбавляю скорость. Знаю, что Аля бы сказала – с ума сошел, такой херней страдаешь. Жить надоело?

Воспоминания о ней заставляю развернуть автомобиль и поехать в обратном направлении. Припарковавшись под окнами, выбираюсь. Иду решительно к подъезду, но меня вдруг окликает женский голос.