Заточение - Джейн Генри

Сердце бьется слишком быстро. Я не хочу отпускать ее. Я был так близок к тому, чтобы потерять. Если бы только Хавьер не хотел, чтобы я почувствовал боль от ее смерти…

Среди хаоса и срочности я нахожу в ней силу. Закаленные огнем, через боль, чувствую, что мы непобедимы. Вместе мы встретим любую бурю, а после создадим наше будущее.

Оставляем безжизненное тело нашего врага позади, переступая через окровавленный пол.

— Мы на месте, — говорит Михаил. — Ждите.

Изабелла закрывает глаза. Мы так близки. Так, близки. Она кладет голову мне на плечо, а я обнимаю ее стройную спину.

— Они видят Карлоса. Олли и Никко уже там, и Виктор недалеко. С ним брюнетка...

Глаза Изабеллы округляются.

— Рената! О Боже! Будьте осторожны с ней!

Михаил ругается. Характерные звуки перестрелки доносятся из телефона, но глаза Изабеллы полны ужаса. Она прикрывает рот руками и шепчет молитву на испанском. Мое сердце бьется в унисон с ее.

Я хочу дать ей покой, тишину и безопасность. Ключи от ее королевства.

— Я поймал его! — кричит кто-то на заднем плане.

— Это Карлос, — шепчет Изабелла. Она закрывает глаза, и слеза скатывается по щеке. — Но что с Ренатой? Боже мой, как он мог ее привести?

Он привел ее, потому что она была последним козырем в переговорах, как я понимаю. Я сжимаю челюсть.

— А женщина? — спрашиваю Михаила. Мое сердце бьется быстрее вместе с сердцем Изабеллы.

Ответа нет.

— Рената? — говорит Изабелла сдавленным голосом. — Ты ее нашел?

Теперь она сильнее плачет. Изабелла всегда держится храбро, но когда она любит, то любит очень сильно. Она прошла через многое, моя храбрая, красивая девочка.

Она задерживает дыхание, и я задерживаю свое вместе с ней. Прижимаю ее к груди. Ее дыхание прерывистое, но сердце бьется так же сильно, как и прежде.

Наконец, голос раздается в трубке.

— Я нашел ее.

Это Олли.

— У тебя Рената? Дай ей трубку! — требует Изабелла.

Слышны шорохи и тихие голоса, прежде чем слабый женский голос появляется на линии.

— Изабелла?

— Рената! Ты в порядке?

— Sí, estoy bien, no te preocupes por mí. ¿Se fue? El tipo grande mató a Carlos. Gracias a Dios. Diles, Isabella19.

Глаза Изабеллы сияют от облегчения.

— Черт возьми, женщина. Что она говорит? — нетерпеливо требую я.

Изабелла делает прерывистый вдох.

— Она сказала, что с ней все в порядке. Она спросила, ушел ли Хавьер. Она сказала, что «большой парень» убил Карлоса, слава Богу. Это, должно быть, Виктор. — Она сглатывает. — А потом она сказала передать...

— Передать что?

Изабелла качает головой, ее глаза полны боли, но победы.

— Передать Los Sangre Dorado, что их лидеры мертвы. Сказать, что теперь они обязаны своей верностью мне и тебе.

В тусклом свете склада она включает камеру и демонстрирует торжествующую улыбку.

— Я Изабелла Моралес-Романова, — провозглашает она. — А это мой муж, Лев Романов. Хавьер Моралес мертв. Сегодня заканчивается одна эпоха, завтра начинается новая. Я требую, чтобы все, кто верен картелю Los Sangre Dorada, немедленно явились ко мне. Мы соберемся сегодня вечером.

Сообщение отправлено, она опускает камеру, ее выражение яростное и решительное.

— Лев, отвези меня домой.

Когда она опускает камеру, замечаю, как напряжение покидает ее плечи. После смерти Хавьера мы еще не в безопасности, но она достигла того, к чему стремилась.

Решительность проступает на ее лице, и я знаю, она готова встретить все, что будет дальше.

Она справится.

Мы справимся.

Тишина в комнате почти оглушает, воздух густой от тяжести наших действий. Я смотрю на нее, настороженно, но с облегчением.

— Никаких сожалений о брате? — спрашиваю я, изучая ее лицо.

— Никаких, — отвечает она без колебаний. — Сомнения? Сожаление о брате? — Она фыркает, откидывая голову. — Как будто ты меня совсем не знаешь. Это конец эпохи, которая должна была закончиться. Мой брат был ужасным человеком, который ни заслуживал ни власти, ни почестей, которые получал, — ее глаза холодны, полны решимости. — Мне было больно делать это, но он причинил бы боль еще большему количеству людей, — она качает головой. — Это нужно было сделать.

— Понимаю, — тихо говорю я. — Мне жаль, что все так вышло, но я горжусь тобой. Думаешь, у него остались преданные последователи?

— Время покажет, но я сомневаюсь, — отвечает она. — Он был тем лидером, смерти которого желали другие.

Она выглядит измотанной, и я вижу, как тяжесть всего происходящего начинает давить на нее.

— Теперь, Лев, — говорит она с тяжелым вздохом. — Отвези меня домой. Пожалуйста.

Я смотрю ей в глаза, чувствуя прилив желания защитить.

— В какой дом, красавица? — спрашиваю я, целуя ее в лоб.

Ее глаза закрываются от поцелуя.

— Сначала тот, что здесь, в Америке. Потом нам нужно будет отправиться в Колумбию.

Киваю, обнимая ее за плечи.

— Команда по зачистке уже в пути. Есть особые пожелания насчет тела?

Она бросает последний долгий взгляд на безжизненное тело брата.

— Убедись, что его похоронят. Моя мать хотела бы этого.

Мы направляемся к выходу, переступая через следы битвы. В конце концов, он был просто плотью и костями, больше не имеющим власти ни над ней, ни над кем-либо другим.

И когда мы выходим в ночь, я понимаю, что мы перешли черту, после которой нет возврата. Но вместе мы справимся со всем, что будет дальше.

Когда приближаемся к выходу, звонит мой телефон. Виктор.

— Все спокойно? — спрашиваю я.

— Все чисто, Лев. Никаких признаков угрозы.

Выдыхаю. Моя жена была права. Они сами себя уничтожили изнутри, мы лишь нанесли последний удар.

Тем не менее, сегодняшняя встреча будет интересной.

Мы выходим в ночную тьму, где нас ждет колонна черных внедорожников с работающими двигателями.

Хорошо. Наконец-то кто-то признал, что моя жена — королева.

Я помогаю Изабелле сесть в ближайший автомобиль и устраиваюсь рядом.

Обратная дорога домой проходит в тишине, каждый из нас погружен в свои мысли. Изабелла кладет голову мне на плечо, и я чувствую, как напряжение постепенно покидает ее тело. Проверяю, не спит ли она. Почти, но она держится. Она сильная, но даже самым сильным нужен момент,