Нимфа - Мишель Яффе

— Должна заметить, что вы с Констанцией Гросгрейнсоставляете красивую пару.

— М-м, — промычал в ответ Криспин, занятый тем,что хватал губами ее непослушный локон и старался завести его за ухо.

— Я говорю вполне серьезно, милорд, — строгозаявила Софи. — Вам следует жениться на ней.

— Жениться на ком? — Суровый ее тон привлекнаконец его внимание.

— На Констанции.

— Жениться на Констанции? — переспросил он, неожидая такого поворота разговора. — Ты говорила с тетушками?

— Нет. — Софи изо всех сил старалась не обращатьвнимания на то, какой жар исходил от его тела, и упрямо смотрела втемноту. — Вам будет хорошо вдвоем.

— М-м. — Криспин снова занялся игрой с ее локоном,не видя смысла в этом разговоре.

— Этот брак сделает счастливыми многих людей, —рассуждала вслух Софи. — И вы будете не последним в их числе.

— Счастливым? — Это слово, единственное из ееречи, оторвало Криспина от созерцания ее восхитительного затылка и вернуло кдействительности. — Счастливым я могу стать прямо сейчас, если сорву ссебя одежду, нырну в воду и буду любить тебя, глядя на звезды, а потом засну втвоих объятиях. Я грязный, влюбленный и очень уставший.

— Могу себе представить. Вы, должно быть, потрудилисьна славу.

— Да, — подтвердил ничего не подозревающийКриспин, — спина разламывается. А коленей и плеч я вообще не чувствую.

Софи снова увидела перед собой Криспина, стоящего на коленяхперед Констанцией, склонившего голову между ее лог, и задрожала всем телом.

— А почему вы не легли? — не удержалась она отехидного вопроса.

— Не лег? Потому что было много дел и мало времени. Ипотом, мне хотелось поскорее вернуться к тебе.

— Ко мне? — глухо вымолвила она. — Вы хотеливернуться ко мне?

— Да, чтобы рассказать тебе обо всем. Я догадывался,что тебя это развлечет.

— В этом нет необходимости, — ледяным тономотозвалась Софи. — Я уже достаточно слышала.

— Но я ведь еще ничего не рассказал. — Криспинудивился, что она не проявляет никакого любопытства. — Мне пришлосьпреодолеть серьезное сопротивление…

— Мне так не показалось, — тихо пробормотала Софи,отстраняясь от него.

— Что?

— Ничего.

— В конце концов мне удалось справиться с замком ипроникнуть в главное помещение, и ты не поверишь, что я там нашел! —продолжал Криспин.

— Рай, подобного которому никогда прежде незнали? — вяло предположила Софи.

— Рай? Нет, я бы не сказал. Внутри оно…

— Оно? — вышла из себя Софи. — Как вы можетеназывать ее «оно»?

— А как же это назвать иначе?

— Можете назвать ее по имени. — Софи резкооттолкнула Криспина, но не решилась повернуться к нему лицом.

— Что за имя? Я не знаю никакого имени, но если тынастаиваешь, изволь. Она оказалась огромной и готовой.

— Как вы можете рассказывать об этом? Как вы можетеотноситься к ней как к пустоте, нетерпеливо ждущей, когда вы ее наполните?

— Ничего не понимаю. — Криспин потер лоб. — Акак еще относиться к пустому складу?

— Склад? — Софи в ярости развернулась кнему. — Вы называете ее складом? Может быть, для вас любая женщина — этосклад, место, куда вам не терпится поместить свой… свой товар?

— Мой товар? О чем ты, черт побери, говоришь?

— О том же, о чем и вы. Хотя я не ожидала, что такойсветский человек, как вы, лорд Сандал, станет прибегать к непомерномуколичеству эвфемизмов.

— Эвфемизмов? Каких?

— «Замок», «главное помещение», «склад», —перечислила Софи, загибая пальцы на руке. — Почему вы просто не сказали,что занимались любовью с Констанцией Гросгрейн в ее гардеробной?

— Чем я занимался?

, — Я вас видела. Видела вашу голову у нее между ног.Когда вы «старались проникнуть в ее склад», если использовать вашутерминологию.

Криспин с минуту молча смотрел на нее. Смысл их разговорапостепенно дошел до него, и вдруг он начал хохотать.

— Бог мой, Софи! Мой товар! Ты подумала, что я… —сквозь смех вымолвил он.

— Это вовсе не смешно, милорд. — Софи стараласьдержаться непринужденно. — Разве вы не взломали сегодня ночью замокКонстанции Гросгрейн?

— Меня удивляет ваш вопрос, Софи. Честно говоря, ядействительно это сделал. Но совсем не в том смысле, на который вы намекаете.

— Что вы имеете в виду?

— Я взломал замок, который принадлежал покойному мужуКонстанции, вашему крестному. Настоящий замок, — поспешил уточнитьон. — Замок на двери его лаборатории.

— Это было до или после того, как вы занимались сКонстанцией любовью в ее гардеробной? — без обиняков спросила Софи.

— Софи, я не занимался любовью с Констанцией Грос-грейнв ее гардеробной, — ответил Криспин, сдержав улыбку, так как видел, чтоСофи на самом деле расстроена.

— Ни к чему отрицать. Я вас видела.

— Меня? Сегодня? В гардеробной? С Констанцией? —раздельно повторил ее слова Криспин, надеясь, что так они обретут смысл. —Но я даже близко не подходил к ее будуару.

— Где же вы были?

— В Сент-Мартин-Филдз. На складе фальшивомонетчика.

— Вы же сказали, что были в лаборатории лордаГрос-грейна. Или это еще одна метафора для описания прелестей Констанции?

— Прошу тебя, Софи, оставь в покое Констанцию и ее…замок. — Криспин снова чуть не рассмеялся. — Это не имеет никакогоотношения к нашему разговору. Я отправился в лабораторию лорда Гросгрейна, аобнаружил там склад со множеством оттисков монет разных стран и мешки сфальшивыми золотыми, готовые к вывозу из страны.

— Вы хотите сказать, что мой крестный былфальшивомонетчиком? — недоверчиво вымолвила Софи.

— Боюсь, что это так. Во всяком случае, он имелотношение к крупнейшей в Англии организации фальшивомонетчиков.

— Но это невозможно. Он никогда не разбирался вденьгах.

— Что не помешало ему сколотить внушительное состояниена угольных шахтах, — заметил Криспин.

— Я не могу в это поверить, — отмахнулась от егослов Софи. — Крестный не мог быть фальшивомонетчиком.

— Организация, которую я разоблачил сегодня,колоссальна, и если он не был ее идейным руководителем, то наверняка возглавлялкакую-нибудь ее часть. Например, ведал тем, что касалось химии.

— Но как он… — Софи осеклась, решив задать болееинтересный вопрос: — А как вы догадались заглянуть на склад?