Его трофей - Лора Вайс

— С возвращением, — раздалось справа от него.

Волк с недоверием глянул на молоденькую медсестру. Откуда она тут? Из воздуха, что ли выросла?

А девушка тут же склонилась к нему, обдав ароматов весьма приятных духов, посветила фонариком в глаза, проверила реакцию зрачков. Хотя, зачем? Раз очухался и так понятно, что не сдох.

— Мира, — первое, что сорвалось с обветренных губ.

— Простите? Меня зовут Есения, — постучала по бейджику. — Я сейчас приглашу доктора.

Но Рик схватил медсестру за руку, подтянул к себе, а та и сопротивляться не стала.

— Где моя подопечная? Она здесь? — мысли все еще путались.

— Нет. Здесь только ваши друзья. Их я тоже приглашу, но сначала доктора.

— Не нужен мне твой доктор, — попытался подняться, и сейчас же запищали аппараты.

— Прошу вас, лягте обратно. Или придется вколоть вам успокоительное.

— Ты кто вообще такая, чтобы меня успокоительным пугать? — вытаращился на нее пожелтевшими глазами.

Благо, в этот момент в палату вошел лечащий врач.

— О! Уже буяним? — усмехнулся. — Значит, идем на поправку, — проделал все то же самое своим фонариком.

— Хватит уже меня просвечивать, — Рик снял с себя датчики. — Я в норме.

— Ну, в норме да не в норме. А чтобы пришли в эту норму, мы продержали вас некоторое время в искусственной коме.

— Некоторое время, это сколько? — и заметил в отражении очков доктора, длину бороды.

— Три недели.

— Сколько? — аж вперед подался.

— Три.

— Так, мне срочно надо домой, — собрался подняться, но волк уложил его обратно.

— Спешить не стоит. Мы еще МРТ вам контрольное сделаем, только потом будем о чем-то говорить. А сейчас, если хотите, пригласим ваших друзей. Они все это время были рядом.

На что Рик кивнул.

— Есения, — доктор посмотрел на сестру, — пригласите.

Спустя пару минут, в палату вошел Беркут, за ним следом Ксана.

— Оставлю вас, — и врач поспешил откланяться.

А Самсон кинулся к Рику, обнял и сжал так, что у того ребра затрещали.

— Живой, пес.

— Привет, — тут Ксана подоспела, тоже обняла. — С возвращением.

— Спасибо вам. За все спасибо…

— Не благодари. Волки должны помогать друг другу, — Беркут сел в ногах.

— Что с Мирой? — этот вопрос дался тяжелее всего. Три недели! Три гребаные недели он провалялся в несознанке.

— Мы не знаем, — волчица опустила взгляд. — Ее забрал новый протеже Баройнича, а что потом, — пожала плечами.

— Я решил сосредоточиться на тебе, Рик. Никто не должен был знать, где ты. Гарик отдал приказ грохнуть тебя, я со своими волками перехватил его охрану, пришлось разодрать пару-тройку глоток.

— У тебя будут проблемы?

— Могли бы быть, но я все уладил. Так что, об этом даже не думай. Ты исчез для всех. Не умер, но исчез. А вот с твоей девушкой, — покачал головой. — Мой совет, уходи. Уезжай из города и начинай жизнь с чистого листа.

— Так и сделаю, но сначала… — и поднялся.

— Эй? Ты куда это? — тоже встал.

— Самсон, я перед тобой в неоплатном долгу. Хотя. Если деньги все еще на месте, покрою все расходы. Но без своей женщины я не уйду.

— О деньгах думать забудь, нам ничего не нужно возвращать, — даже обиделся.

— Рик, — вступила Ксана, — ты слишком рискуешь.

— Рискую? — уставился на нее. — А если бы ты попала в беду, думаешь, Самсон не рискнул бы всем, что есть, чтобы тебе помочь?

— Рискнул, — взяла мужа за руку.

— Я бы за тебя убил любого, — подмигнул ей. — Удачи, Зверь. Надеюсь, Мира в порядке и ждет тебя. Вещи ждут в машине. Уж не серчай, если провоняли бензином. Мы их так с собой и возили, на случай твоего внезапного пробуждения.

Войтов быстро нацепил на себя халат, чтобы не светить голым задом.

— Да не прячься, — усмехнулась Ксана, — весь здешний состав медсестер обхаживал тебя так, что Самсон слюной изошел. Разве что собой тебя не грели по ночам.

Но Рику было не до улыбок. Он желал сейчас только одного — оторвать башку Баройничу, а потом и Филу — суке продажной. Время… слишком много упущено времени. За три недели могло случиться все, что угодно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И они покинули палату. Войтов переоделся уже в машине.

— Куда едем? — Самсон сел за руль.

— Ко мне домой.

— Не боишься спалиться?

— Я выйду раньше, у леса, дальше на четверых побегу.

— Задумал вендетту?

— Да. Эти падлы живыми от меня не уйдут.

Весь путь Рик думал только о ней и о том, что могло с ней произойти за три недели. И мысли эти — страшные мысли изъедали, душили, рвали на части, отчего глаза без конца желтели, когти и клыки просились наружу.

— Тебе бы успокоиться для начала, — Самсон покосился на него, — месть, сам знаешь, блюдо такое. Его идеально холодненьким да под стопочку водки.

— Беркут, лучше молчи, — мотнул головой и в очередной раз поборол желание перекинуться.

— Я все понимаю. И да, вел бы себя на твоем месте точно так же, но пойми ты, в таком состоянии навредишь и себе, и ей.

— Если она еще жива, — прорычал не своим голосом.

— А если жива? Если ждет тебя? Кого она увидит? Разъяренного пса, у которого из пасти пена идет? И чем же ты ей поможешь тогда?

Слова друга немного привели в чувства, но перед глазами так и возникали жуткие образы. Все из-за него…

— Да хватит себя изводить! — ударил кулаком по рулю. — Ты волк или койот подстреленный, в самом деле?

— Ты хоть осознаешь, что с ней могли сделать за столько времени эти ублюдки? — процедил сквозь зубы.

— Осознаю. А еще осознаю, что она отчаянно нуждается в тебе.

— В том, кто ее подвел, — принялся тереть глаза.