Мой муж — дракон - Екатерина Вострова

Сколько себя помнила, Маргарита всегда видела странные сны. В них было много огня и мало смысла. В детстве они вызывали ужас, оставляя после себя пугающие ощущения. Тело не желало слушаться, грудь сдавливало, не давая толком сделать вдох, а вокруг роились неясные тени.

Отец приводил докторов, те проводили диагностику, пичкали лекарствами, заставляли делать медитативные упражнения — но ничего не менялось.

Как-то после очередного «обследования» она подслушала вызванного специалиста, сообщающего родителям поставленный диагноз:

— Ее магический потенциал слишком велик. Если бы мать не была человечкой, вероятно, организм девочки бы справился. Гены, переданные ей матерью, слишком слабы, чтобы выдержать такую мощь, и в итоге внутри нее образовался кокон. По крайней мере, не вижу других причин для подобного явления.

— Кокон? — Родители были не на шутку встревожены.

— Недоступная часть магического ядра. Не могу определить, что там. Но вполне вероятно, что симптомы — это просто попытки силы пробиться. Организм сопротивляется, поскольку это может его разрушить.

Доктор говорил еще что-то, родители переспрашивали, уточняя детали, пытаясь выяснить способ лечения. Но ей ничего не помогало, и Маргарита, видя переживания мамы и папы, просто перестала рассказывать им о приступах. Да и постоянная необходимость в приеме лекарств и совершении дыхательных упражнений ужасно злила.

Как ни странно, но после того, как доктора перестали ей досаждать — сны стали беспокоить ее куда реже. Последние два года и вовсе не снились.

Вот только родителям было все равно. Они, памятуя о «коконе», были непреклонны — никакой учебы. Должно быть, боялись, что постоянные магические практики расшевелят ядро, и высвободившаяся сила навредит ей.

Для девушки это было ударом. Все ее способности ограничивались вскрытием замков и снятием чужих чар, кому она нужна будет в этом мире без образования? Да ее же ни на одну работу не возьмут! Перспектива сидеть всю жизнь сначала на шее у отца, а потом мужа — не очень-то прельщала.

Хотелось свободы, приключений. Но по законам Шитара полукровки могли считаться дееспособными и, соответственно, имеющими право самостоятельно определять свою судьбу, только после окончания академии.

И вот, когда до желаемой цели оставался всего один шаг, в дело вмешался Элигос Дивуар.

В этот раз ей снился он. Злость, которую она к нему испытывала, требовала выхода, и во сне девушка заставляла его извиняться перед ней. Падать на колени, вымаливая прощение. Это было приятно. Вид поверженного дракона, смотрящего снизу вверх, целующего ее ноги, завораживал. Все-таки стоило признать, что Дивуар был невероятно хорош собой. Но в какой-то момент сон изменился. Стало душно и жарко, воздух наполнился огнем, вызывая приступ удушья. Маргарита запаниковала, царапая горло руками, нужно было звать на помощь, но она была одна. Одна в тесной маленькой комнатке, запертая изнутри и снаружи.

Она проснулась, мгновенно сбросив наваждение, слушая, как колотится сердце, и мысленно уговаривая себя, что все, что привиделось — всего лишь плод воображения. Как же давно ее не беспокоили эти сны… неужели это началось снова?

Отдышавшись, девушка приподнялась, осматриваясь вокруг. Маленький кабинет с кожаной мебелью и книгами в стеллажах по периметру стен. На столике в углу — бронзовый бюст императора размером с три больших мужских кулака.

Виски и затылок жутко ломило, а по телу разливалась слабость.

— Сударыня Хелвин! Наконец-то вы очнулись, я сейчас же приведу вашего отца.

Она повернулась на голос — это оказался тот самый агент Валентин, уже виденный ей в лесу. События вчерашнего дня тут же всплыли в голове — побег из дома, бар, в котором ее чуть не споили силком, Уном анимам, побочный эффект, из-за которого она и Элигос превратились во влюбленную парочку, облава на маленький домик… Гера! В какую задницу она угодила. Она опустила глаза, осматриваясь — на ней было новое платье. Хорошо хоть ее переодели, но сколько же времени она была в отключке?

— Постой… Валентин, правильно? — Тот кивнул, вопросительно глядя на нее, — Прежде, чем ты позовешь папу, может, расскажешь, что произошло? И вообще, где я?

Мужчина выглядел слегка озадачено, но все же кивнул:

— Вы в главном здании канцелярии, в столице. Мы спасли вас от похитителя. Что-то еще?

— А где похититель сейчас? — Осторожно уточнила она. Не то, чтобы она беспокоилась за Элигоса, вот только последствия ритуала уже давали о себе знать, не хотелось бы, чтобы его снова начали пытать.

— Возможно, он уже мертв. Или скоро будет мертв, вам не о чем беспокоиться. Шеф, то есть ваш отец, решил не ждать официального судебного решения. Так что из камеры отправится сразу на погребальный костер.

— Его нельзя убивать! — Это вырвалось прежде, чем она подумала.

— Почему? — Валентин подозрительно оглядел ее.

Маргарита несколько раз открыла и закрыла рот, но ничего сказать так и не сумела. Они не знают о ритуале? А еще называются «профессионалами»! Ну и как ей самой о таком рассказывать? С другой стороны, вид, в котором ее нашли, вполне ясно говорил о том, что над ее честью надругались. В конце концов, постороннему легче о таком рассказать, чем родному отцу. Оставалось столько стиснуть зубы и, стремительно краснея, произнести:

— Он провел ритуал.

— Следов магического воздействия обнаружено не было. Вы переволновались, так что вполне естественно, что…

— Подождите, послушайте!

— Давайте я позову вашего отца, и вы все расскажете ему.

Валентин развернулся на каблуках и, не прощаясь, вышел из кабинета. В этот же самый момент кто-то словно пнул в живот. Она согнулась пополам, хватая ртом воздух. Проклятье Геры! Да она умрет прежде, чем кто-то придет сюда. А даже если и нет, как объяснить что с тобой, если от боли и говорить не можешь?