Саит - Валентина Кострова

По идеи я должна была не спать ночь, вздрагивать от каждого шороха, бледнеть-краснеть, едва дышать, если почувствовала чье-то приближение к двери в комнату. Ничего подобного. Захлопнув за собой дверь после того, как этот напыщенный, самовлюбленный индюк меня выпустил из своей спальни, я закрылась на замок. Я довольно быстро повторно уснула, забыв, что хотела пить. А вот забыть, что видела в спальне этого придурка не получалось. Более того мне снились неприличные сны. Снилось, что это сидела на кровати полностью голой и мечтала облизать Я вздрагивала во сне от обжигающего желания, которое заставляло учащенно биться в груди мое сердце и просыпаться, чтобы потом вновь погрузиться в этот сладостный ад.

— Дева! — слышу голос парня, имя которого я до сих пор не знаю.

Дергает ручку, я застываю на кровати и испуганно пялюсь на дверь. Вдруг решит ее выломать, что мне делать? Кричать? Выбрасываться из окна не собираюсь. С другой стороны, что-то я паникую раньше времени и не по делу. Вчера отпустил, хотя я видела, что был на взводе и мог запросто меня изнасиловать возле стенки, пока его любовница сидела в ванной.

— Рекомендую открыть дверь, иначе вышибу, — его спокойствие обманчиво, его угрозе я верю на сто процентов. Такой вряд ли будет по пустякам пугать. Дверь жалко. Красивая и, скорей всего, дорогая. Нечего портить имущество.

Встаю с кровати, одергиваю свою одежду на себе, уверенно подхожу к двери, поворачиваю замок и воинственно смотрю в грозные глаза. Не улыбается, хмурится, явно не в настроении. Видимо плохо ночь провел. Губы против воли изгибаются в насмешливую улыбку, он прищуривается, угрожающе двигает челюстью.

— Завтракать будешь?

— А здесь кормят?

— Чай или кофе?

— Предпочитаю апельсиновый сок.

— Есть только яблочный.

— Он не бодрит, — скрещиваю руки, не срываю своего веселья. Мне нравится дразнить этого угрюмого молодого человека, испытывать его терпение и чувствовать, как хожу по лезвию опасности. Это оказывается так приятно щекочет нервы.

Мне ничего не отвечают, просто разворачиваются и уходят. Я некоторое время любуюсь его силуэтом, вздыхаю и плетусь за ним. В этот раз красавчик не голышом ходит передо мной, на нем идеально сидят темно-синие джинсы и белая футболка. Непослушная челка нависает на глаза, чуть длинноватые, чем я привыкла видеть у мужчин, волосы влажные и зачесаны назад. Этакий царь зверей.

— Как спалось? — присаживаюсь на тот самый стул, на котором вчера сидела и наблюдаю за парнем, которых с хищной грацией перемещается по кухонной зоне. Судя по тому, как без суеты, спокойно наливает в две чашки кофе из кофе машины, поджаривает яичницу и тосты — он привык готовить для себя простую еду.

— Ешь, — ставит передо мной тарелку с аппетитной глазуньей, чашку кофе, два тоста с сыром на другой тарелке. Сам устраивается напротив.

— А молоко есть?

— Зачем? — берет вилку, на меня даже не поднимает глаза.

— Я не пью кофе без молока.

— Кофе не пьют с молоком.

— А я пью! — выдерживаю опасный прищур.

Сглатываю, сжимаю кулаки, чтобы скрыть дрожь. От ледяного, ничего хорошего обещающего взгляда мне становится немного не по себе. Понимаю, что играю с огнем, встаю и подхожу к холодильнику. К счастью, молоко есть. Возвращаюсь и под тем же ледяным взглядом, наливаю себе молоко, только после этого беру вилку и с аппетитом начинаю есть. В моей семье за столом всегда шумно, особенно, если дедушка в настроении, поэтому есть молча не в моем стиле, но сейчас я молчу. И глаза не поднимаю от тарелки. Я чувствую, как меня внимательно разглядывают и над чем-то думают. Когда на моей тарелке ничего не остается, кофе выпито, на блюдце только крошки, я вынуждена встретиться с глазами парня, у которого провела немного неприличную ночь. К счастью, честь и достоинство не пострадали.

— Как тебя все же зовут?

— Саит.

— И все?

— А что тебе еще нужно знать? — насмешливо кривит губы, ставя чашку рядом с тарелкой. — Может еще банковский счет сказать и его баланс?

— На такси хватит? — склоняю голову на бок, отражаю его улыбку.

— Я тебя отвезу. Надеюсь название отеля помнишь, — убирает тарелки, загружает посудомоечную машину. Я ловлю себя на мысли, что не хочу сейчас уходить из этой квартиры и от этого красавчика. Ведь это значит, что скоро моему приключению придет конец. Но благоразумно молчу о своем желание и послушно иду за хозяином квартиры, когда он направляется на выход. Сдергивает с вешалки черный модный пиджак. Уверена, он стоит как вся моя поездка в Лондон. Напыщенный индюк похоже родился с золотой ложкой в зубах, вряд ли в столь молодом возрасте можно заработать столько денег, чтобы позволить себе шикарную жизнь. Если, конечно, эта жизнь не в кредит.

— А кем ты работаешь? — любопытствую, когда мы проходим пост охраны, направляемся на парковку.

— Лишаю девственниц невинности, — похабно улыбается, распахивая передо мной дверь машины. Я на секунду задерживаюсь, смотрю в его смеющиеся глаза и понимаю, что он просто издевается надо мной. Строю ему издевательскую рожицу, ныряю в салон. Он захлопывает и неторопливо направляется к водительской стороне. Я называю ему отель, он кивает.

— А ты забавная, — замечает, когда мы трогаемся с места.

— Ты тоже похож на милого львенка, когда не демонстрируешь свое богатство, — смотрю на утренний Лондон, впитывая его очарование и атмосферу.

— Понравился?

— Делать мне больше нечего, как рассматривать твой член, — если голос мой звучит ровно, то смущение выдает мое лицо, которое от воспоминаний начинает пылать.