Принцесса и деспот - Василина Осипова

Остаток дня Дана старалась общаться с Рози по минимуму. Не потому что испытывала к той неприязнь, скорее наоборот, трогательная в своей неловкости девушка начинала нравиться все больше и больше. Поэтому следовало отгородиться, ведь в Бейде и его нраве Дана не сомневалась ни секунды. Лишь надеялась, что сможет уговорить его не убивать Розали. Зла волчице она не желала.

Про участь Зака не хотелось даже думать. Но что-то в его ярости и обиде в глазах при упоминании действующего альфы заставляло насторожиться. Эти чувства были сильнее простой борьбы за власть, Дана это чувствовала. Что-то до такой степени болючее и знакомое, что Дана невольно начинала вспоминать время, когда сама была зла на весь мир из-за своей неполноценности.

— Ты такая задумчивая, точно не хочешь подкрепиться? — Розали невинно похлопала глазами и протянула Дане только что вымытое красное яблоко.

После той минутной истерики она вела себя как ни в чем не бывало. Даже улыбалась Заку, как и до этого, словно он ничуть не обидел ее своими грубыми словами. Своим пренебрежением.

— Такое чувство, что я тут уже вечность, — пожала плечами Дана. — Зак ничего не говорил о моем папе? Или стае? — она понизила голос.

— Не-а, — помотала головой Рози. — Они вряд ли найдут тебя здесь. Если только Блэквилл не приведёт.

— Не хочу, чтобы вмешивалась моя семья, — вздохнула Дана. — Это их не касается. И меня тоже, если уж на то пошло, — насупилась она.

— Не волнуйся, Заку не нужны проблемы с твоим отцом, он постарается даже не глаза ему не попадаться, когда все закончится.

— Вряд ли папа поддержит его решение, — хмыкнула Дана. — Он не такой пацифист, как я.

— Не пацифист? — светлые брови сошлись на переносице. — Вы же родственники…

Дана наклонила голову, рассматривая девушку. Если скажет папе, что Рози умственно-отсталая, он не попытается наказать и ее. Жаль, что с Бейдом такое не прокатит. Хотя попробовать стоит…

— Скоро он уже свалит? — пробурчала Дана, растирая затёкшую шею и кидая взгляд на сидящего в углу комнаты Зака. Его лицо было сосредоточенным, а в ногах лежали две пустые колбы. За ухом парня находился карандаш, пока он листал какие-то записи в тетрадях. Только сейчас Дана заметила блеснувшую в ухе сережку.

— Надеюсь, что нет, — прошептала Рози, заправляя выбившийся из прически светлый локон. И поправила вновь съехавшую с головы синюю ленту.

Дана мученически застонала, откидываясь на подушку. Она мечтала избавиться от платья и надеть наконец что-то другое, Розали наверняка бы нашла что ей предложить. Но переодеваться перед Закари не было никакого желания, хоть он и выказывал ноль интереса с момента той вспышки ярости.

— Волнуешься за него? Зря, — пожала плечами Дана, гипнотизируя погрустневшее лицо девушки. — Ты слышала его сегодня.

— Прекрати, — неуверенно отозвалась Рози, отворачиваясь.

— Расскажи мне, почему он такой? Что Бейд сделал ему? Может, был несправедлив? Или нехорошо поступил с каким-нибудь его близким человеком?

Рози легко пожала плечами, отводя взгляд.

— Не могу тебе сказать. Прости, — в глазах промелькнуло стеснение.

И Дана поняла, что она не знает. Ни черта не знает о человеке, ради которого рискует свободой и жизнью. Ради чего? Зачем? Женская любовь иногда бывает настолько глупа, настолько слепа, что даже представить трудно. Особенно безответная, она толкает на безумства.

Дана навсегда запомнит это. Как пример. И никогда не позволит никому так с собой обращаться, использовать и вытирать об себя ноги.

Она кивнула Рози и приподнялась, чтобы размять спину — все тело затекло от долгого сидения. Особенно пострадала пятая точка.

— Может, можно хотя бы пройтись… — начала Дана, разминая затёкшую шею и прикрывая глаза от удовольствия.

А потом произошло сразу несколько вещей: где-то слева раздался оглушительный хлопок и железная дверь ударилась о стену; Закари чертыхнулся и мгновенно поднялся на ноги, собирая из под ног свой хлам, в считанные секунды оказался в другой части комнаты, возле девушек. Рози громко ахнула ещё не успев обернуться, вокруг все словно завибрировало от вторжения. А потом на них опустилась странная тишина. Чтобы взорваться гулом громких голосов и неразборчивых криков в приказном тоне.

Их нашли. Дану нашли!