Змеиный хвост - Таис Буше

Ави закончила узел плетения и откинулась на стуле, чтобы лучше разглядеть площадку около оранжереи. Она вся была усыпана гравием и защищена от солнца прозрачным затемненным полимером, в отличие от крыши самой оранжереи. Но жарко в ней становилось только в обед. И тогда Ави с удовольствием помогала распахивать большие стеклянные двери, впуская ароматный воздух, смешивая его с оранжерейным ароматом цветов.

На площадке же строго по расписанию занимались Эрсах и Ларисс. Иногда с той стороны доносилась ругань, и Ави сдерживала улыбку — подруга возмущалась излишней муштре. Но вечером в спальне Эрсах жаловался, что настолько боится за ребенка Ларисс, что тормозит обучение. В такие минуты Ави радовалась, что у нее талантов к телепатии нет и не будет — если уж приученная к военной жизни Ларисс находила занятия тяжелыми, то она бы точно испустила бы дух уже после первого урока.

— Я больше не могу! — зашипела Финарэль и вскочила со стула. Ави сразу же вернулась из своих мыслей в реальность, осознав, что совсем забыла про притихшую княгиню эс Бунгар. — Вот, древо слышит, доплету этот подвяз для горшка и на нем же повешусь! Ави, цветочек мой, как тебе не надоедает?

Ави улыбнулась. Ей никогда не надоедало. Сидишь, плетешь, думаешь о своем. Или, например, слушаешь книгу. Порой во время плетения макраме на нее находило такое спокойствие, что она ощущала настоящую гармонию с космосом.

— У меня, видимо, такой склад характера. Я, наоборот, люблю уединиться и побыть с собой.

Финарэль села обратно на свой стул и вздохнула:

— Терри с тобой несказанно повезло. Пока мои росли, я поседела на добрую половину головы. Хотя Леука была другой, более спокойной, но упрямой, хоть вешайся. Кстати про повешение... — Финарэль подергала немного кривой подвяз и спросила: — Нормально вышло? Или лучше не позориться перед Сошарром?

Ави встала со своего места и подошла к Финарэль. Пробежалась пальцами по узлам, кое-где подправила и ответила:

— Вот теперь отлично. Его величество будет доволен.

— Его величество совсем распустился, — горестно проговорила Финарэль. — Совсем осатанел. Посадил меня за плетение. Хорошо, не за вязание.

— Зато мы можем подглядывать за Ларисс, — сразу добавила плюсов их положению Ави. И Финарэль улыбнулась.

— Еще и умненькая. Настоящее золотко. Августа — ты должна занять трон Канисиана. Просто обязана. Иначе Марис своим пузом тебя подви... нет... — на последнем слове Финарэль снова вскочила со своего стула и пораженно замерла. — Точно! Марис! — почти прокричала Финарэль и схватила Ави за плечи. — Мне срочно нужно к твоей маме. Прикрой меня. — И не услышав ответ, вылетела из оранжереи. Ави только покачал головой. Да какой, космос побери, трон! Ей бы со своим замужеством справиться бы.

Она доплела часть панно и снова откинулась на спинку стула, закинув голову. Она вынула шпильку из волос, позволяя им рассыпаться из тугого узла, и умиротворенно выдохнула. Хотелось посидеть в одиночестве и подумать о том, когда же все-таки проводить церемонию. Эрсах ее не торопил, и Ави в последние дни почему-то стала видеть в этом не только акт заботы. Может быть, она чего-то не знает...

— Сейше Сареффа, какой приятный сюрприз, — этот голос Ави узнала сразу — только жрец Мейшу говорил столь музыкально приятно, усыпляя бдительность. Настоящий коварный змей. Ави его и боялась, и уважала. Как и многие на Атлее.

Она выпрямилась на стуле и обернулась, посмотрев тому в глаза.

— Добрый день, ваше святейшество.

— Ох, зачем такой церемониал, моя дорогая Августа. Вы же будущая супруга нашего уважаемого аттера. Кстати почему же ваш жених не торопит вас с датой ритуала? — вдруг спросил Мейшу и посмотрел так хитро, с прищуром, будто успел залезть в голову к Ави. Та даже машинально снова скрутила пучок из волос и заколола его, не желая демонстрировать свою минутную расслабленность.

— А почему он должен торопить меня, Мейшу? — Ави не стала уклоняться от предложения перейти окончательно на неофициальные обращения друг к другу.

— Разве вы не в курсе? — притворно удивился Мейшу. — К нам поступил сигнал тревоги с дальних рубежей. Истинное зло приближается к нашим мирам, и вскоре все отправятся на войну.

Сердце Ави больно сжалось от страха. Война! Великое Древо, как она могла так беспечно прожигать их совместные дни! И ведь заметила же, что тренировки усилились.

— Значит, не в курсе, — как-то устало выдохнул Мейшу и сел рядом с Ави. — Вы мне нравитесь, Августа. Вы не прожженная интриганка, не отравлены ядами алчности и тщеславия. И вы поистине опора для супруга. Но хотите того или нет, зубки вам отращивать придется. Послушайте старика и не обижайтесь на мои слова, но вы слишком чисты и добры для высшего круга Атлеи. Наращивайте броню, если хотите быть с Эрсахом. Враги есть у всех.

Мейшу встал и поклонился Ави, не дождавшись ее ответа, а потом также бесшумно скрылся за стеклянными дверьми оранжереи. И Ави была ему благодарна за то, что не поставила ее в еще более неловкое положение. Она привыкла, что ее считали наивной и доброй. В конце концов, она ведь и была такой по своей натуре, но еще она хорошо этим маскировалась. Мама растила ее не летним беспечным цветком, а зимним устойчивым терновником. И уж она никому не позволит разрушить свою семью.

***

Рейн стоял на коленях и молчал. Дверь крохотной комнатки-каюты на исследовательской станции оставалась заперта уже сутки. Рик заперся в ней как только получил сигнал о прибытии оцелотов. Сначала немногочисленная команда ученых-исследователей подумала, что это прибыли вархи — переговоры о совместном анализе дальнего космоса были подписаны еще до его отлета. Но стоило ему увидеть по визору передачу видеосигнала с нижней палубы, как его в ту же секунду сдуло в свою каюту, где он благополучно и забаррикадировался.

Но Рейн был упрямее многих и не отступал. Стоял на коленях как последний солдат перед своим королем и не сдвинулся ни на миллиметр.

— Кэп, попейте ройсуба, вы же ничего не ели, — присел рядом с ним Эсте Даст, протягивая высокий стакан с дымящимся напитком.

— Не нужно, Эсте. Я выдержу еще пару суток. Не переживай за меня. Лучше помолись нашему Двуликому за меня. И мою удачу. Без Рика я отсюда не улечу.

— Хорошо, кэп, — со вздохом ответил Эсте. Он встал, но потом все же наклонился и поставил рядом с его принцем напиток.

Рейн криво усмехнулся, но к напитку не притронулся. Какая разница, ведь он все равно сдохнет, если Рик от него откажется. Собственно, он это и заслужил. Жаль, что перед уходом не сможет увидеть его глаза.

— Проходи, — глухо сказал Рик, открыв дверь своей каюты. Рейн, погрузившись в свои мысли как в медитацию, даже не услышал ни звука открывающейся двери, ни шагов Рика. Лишь увидел его высокие сапоги в проходе. Поднял голову и застыл, не в силах отвести взгляд. Глаза Рика сверкали яростью. Горели как два драгоценных камня. И будь Рик хоть каплю псиоником, то, наверное, выжег бы птичьи мозги Рейна к варховой заднице!