Не бывшие - Ольга Джокер

Денис

Я сразу понимаю, что с Юлей что-то не так.

Грёбаная интуиция буквально кричит об этом, когда мы садимся в автомобиль и едем ко мне. Юля отворачивается к окну и не произносит ни слова. Прямая спина, гордо вскинутый подбородок, но заметно подрагивающие пальцы на руках.

Я не пытаюсь расшевелить её, потому что у самого настроение дерьмовое, а всё из-за, мать его, Романенко. Давно пора разорвать с ним контракт, да только проблема в том, что он единственный поставляет конструкции в три раза дешевле. Не всегда качественные — вот основной косяк. В целом у меня к нему нет претензий. И старый хрен прекрасно об этом знает.

Оказавшись в квартире, Юля сразу же проходит в гостиную, без лишних сантиментов снимает одежду и осторожно вешает её на спинку стула. Повернувшись ко мне лицом, даёт оценить фигуру в шёлковом охуенном белье: плоский живот, длиннющие ноги и аккуратную упругую грудь. Распускает собранные в пучок волосы, откидывает их за спину и делает шаг навстречу.

Не дав мне времени как следует всё рассмотреть, она подходит ближе и кладёт ладонь на мою натянутую до предела ширинку.

— Ты куда-то торопишься? — спрашиваю я с усмешкой.

Потянув молнию вниз, она опускает боксеры и встаёт на колени.

— Аня дома ждёт, — отвечает тихо и глухо.

Вскинув на меня полосующий гневом взгляд, Юля проводит ладонью по члену и, облизав губы, подаётся вперёд. На лице при этом ни единой эмоции, зато раздражительность и нервозность читаются в каждом движении и жесте. И мне это ни хрена не нравится.

Перехватив её за запястье, дёргаю на себя. Ставлю на ноги, смотрю в глаза. Юлька непонимающе моргает, наблюдает, как я натягиваю боксеры, застёгиваю молнию. Приподняв пальцами её острый подбородок, пытаюсь понять, что, чёрт возьми, происходит.

— Денис, пусти. — Она отворачивает голову. — Давай просто займёмся сексом, и я уеду.

— Ты же не хочешь.

— Зато ты хочешь, — кивает на твёрдый орган.

— Обойдусь. Меня, блядь, не вставляет, когда ты делаешь минет с таким выражением лица.

— Каким таким?

Юлька шумно дышит, раздувая ноздри.

Я подхожу к бару, достаю бутылку виски и два бокала. Плеснув себе и ей, выпиваю залпом. Юля к своей порции не притрагивается.

— Сегодня последний день, Денис.

Она стягивает тонкие лямки бюстгальтера, оголяя небольшую грудь с маленькими розовыми сосками. Яйца поджимаются от возбуждения, а в голове долбит одна-единственная мысль: «Трахни её, трахни».

— В каком смысле последний день? — переспрашиваю, тряхнув головой.

— В том самом. Мы договаривались на два месяца, помнишь?

С силой сцепив зубы, я слышу противный скрежет. Так, блядь, значит… Ладно. Налив ещё виски, пью. Много пью, потому что ни хрена не понимаю. Потому что чувствую себя настоящим идиотом. Я и думать забыл о каком-то там уговоре, считал, что Юлька стебётся, а я подыгрываю. Забавно, интересно. Игра. Заводило даже.

Последнюю неделю я не мог решить одну дилемму: дом или квартира? Квартира или дом? По-хорошему, нужно было у Юли спросить, но я хотел устроить сюрприз. Сделал всё по-своему. Объездил десяток домов, пока не нашёл тот самый, где, как мне показалось, бывшей будущей жене должно понравиться. Я же, сука, видел, с каким напряжением Юля находилась на моей территории. Будто в любой неподходящий момент из-под кровати может вылезти рота моих любовниц. Хотя это совсем не так. Здесь бывали женщины, да, но не настолько много, как кажется Юле. На ночь, максимум две. Я запрещал им прикасаться к вещам бывшей жены в этой квартире.

Сделав глоток виски, я понимаю, что хватит.

— А дальше? Что дальше, Юль?

— Я увольняюсь, Денис, — сообщает, задрав свой курносый нос.

— Отлично.

Тру ладонью щетину, по-прежнему ни хрена не соображая. Злость буквально кипит в венах, и как бы я себя ни настраивал на то, что нужно успокоиться, не получается.

Я терпеть не могу, когда из меня делают идиота.

Не позволяю этого сотрудникам и жене своей тоже не позволю.

— Решила, где будешь дальше работать?

Я щёлкаю пряжкой ремня, тяну вниз молнию.

Член тяжёлый и заметно дёргается от возбуждения.

Опустив взгляд ниже, Юля нервно сглатывает и терзает зубами нижнюю губу.

— Решила, — отвечает чуть тише. — Максим предложил перейти к ним.

— М-м. К ним — это куда?

— «Глобал Логик».

Максим, значит. Максим. Аллергия у меня на этого парня. Блевать хочется, услышав его имя.

Сука. Сука. Сука.

Сдавив пальцами бокал, я швыряю его в стену, с каким-то особым удовольствием наблюдая за тем, как мелкие осколки разлетаются по гостиной.

Делаю шаг, ещё один. Юлька обнимает себя руками за плечи и мелко дрожит.

— Ты чего? Испугалась?

— Н-нет.

Кивнув, я натянуто ей улыбаюсь.

— Ну раз последний раз, Юль, тогда снимай свои верёвки и вставай на четвереньки. Отрабатывать — так до конца.

Хорошенькое личико Юли покрывается багровыми пятнами.

— Ты… Ты охренел, Денис!

— Да неужели?

— Будешь со своими любовницами так разговаривать, ясно? Кристиной, Дианой или любой другой бабой!

Она осторожно обходит битое стекло, чтобы не пораниться, прикрывает ладонями грудь и пытается проскользнуть мимо меня в сторону прихожей.