Омерта. Книга вторая - Лана Мейер

— Ты что-то вспомнила? — обеспокоенно спрашивает Майкл, отследив растерянное выражение моего лица и то, как подкашиваются и дрожат мои колени.

До меня начинает медленно доходить нечто страшное, жуткое. То, во что не хочется верить. То, о чем не хочется думать.

Нет. Я не хочу смотреть туда. Не хочу заглядывать в правду.

— Нет. Ничего…продолжай, — едва дыша, бросаю я.

— Я почти все сказал, Мия. Препарат твоего отца — маниакальная мания всех семей, потому что обладатель «цветка бессмертия» сможет остановить всю преступную деятельность семьи, снизить все свои риски и до конца своих дней заниматься одним делом — поставлять «наркотик» дарующий долгую жизнь и исцеляющую от любой заразы тех, кто может себе это позволить. Не говоря уже о том, что можно изготавливать дорогостоящие вакцины, с помощью препарата. Например, в период мировых эпидемий. Представляешь, сколько это денег? Власти? Черт возьми. Обладать «цветком бессмертия» — все равно что вертеть планету Земля на пальце, баскетболисту как шар.

— Ты имеешь в виду…?

— Президенты, политики, короли. Арабские шейхи. Самые богатые люди мира, которые подарят семье полную неприкосновенность и позволят ей творить любое беззаконие и упиваться частью мировой власти.

Звучит чудовищно.

— Твой отец создал то лекарство с единственной целью — спасти свою жену от гибели, и случайно запустил целый ураган, который по сей день засасывает в свою мясорубку сердца и разумы. И конечно, та авария, в которой ты спаслась…спланированная акция. Убийство или инсценировка смерти? Почему спаслась ты, но погибли твои родители? И ты не видела их тел. Никто не видел. Я расследовал их смерть, любопытства ради. Но если они живы, то где твой отец, Мия? Почему до сих пор не вышел из тени, чтобы защитить тебя? — задает риторический вопрос Майкл, окончательно увлекая меня в лабиринт загадок и тайн, в котором не видно ни одного просвета.

— Я полагаю, информация о «цветке» стала известна семьям, и все это началось, благодаря тому, что Джеймс невольно стал частью семьи Ди Карло. Да, не по кровному родству, но в кланах всегда ценился пытливый ум, не говоря уже о выдающихся талантах. Я полагаю, еще отец Доменика всегда пытался привлечь Джеймса к более активной жизни клана. А Джеймс был явно не рад вынужденному родству с Итальянской мафией. Тем не менее, произошло то, что произошло — мир преступности пересекся с научным и созидательным миром.

— Но что насчет истинной эффективности «цветка»? Неужели все так сильно поверили в его свойства только из-за того, что мама исцелилась? Всего один человек во всем мире?

— Хороший вопрос, Мия. Ведь исцелилась не только твоя мама, — слегка поджав губы, продолжает погружать меня во все тайны, что он знал, Майкл. — Около сотни человек полностью исцелились от болезней, признанными в мировой медицине неизлечимыми. Джеймс и Мелодия собирали тайную группу для дальнейшего исследования препарата, и все участники этой группы были исцелены на молекулярном уровне. Их органы…были будто обновлены, все процессы в организме начали работать, как часы. Их клетки ДНК стали образцами ДНК здорового человека, которому можно хоть завтра улетать в космос. Твой отец создал философский камень нашего времени, Мия. Камень, который стоит триллионы долларов и дает безграничную власть его обладателю.

У меня в горле пересохло, позвонки будто слоем льда покрылись.

— Но это же бред. Невероятно. Звучит как нереальная фантастика… — заикаясь и закрывая лицо руками, шепчу я.

Мама полностью выздоровела и это факт. Я видела снимки, видела историю ее болезни. Но то, что существует еще около ста таких же случаев…это же магия, разве нет? Как мой отец изобрел это вещество? Что в него входит? Космическая пыль и кровь русалок?

— Нет, не фантастика, Мия. Не ты первая, кто не верит во все это. В частности, семьи мафии не верили. Поэтому, комиссия провела целое расследование еще пять лет назад, и нашла некоторых лиц, что участвовали в проекте Джеймса. Они были волонтерами, принимающими лекарство. Пытками, кланам удалось вытянуть из них некоторую информацию. Обчистили все возможные истории исцеления. И они подтвердились. Джеймс и Мелодия действительно нашли и создали уникальный препарат «цветок бессмертия», и никто до сих пор так и не может его найти, после смерти Джеймса. Думаю, ближе всего к разгадке твой муж.

— Почему? — едва слышно спрашиваю я, стараясь заставить себя не осознавать, на что намекает Майкл.

— Потому что он ближе всего к тебе, — жестко отрезает Майк, сжимая ладони в кулаки.

— Зачем ты мне все это рассказал? — упавшим голосом задаю вопрос я. Я нахожусь в таком шоке, что мне кажется, будто моя голова существует отдельно от тела и катается сейчас на «мёртвой петле» американских горок.

— Ты мне не безразлична, Мия, — Майк обхватывает меня за плечи, слегка встряхивая. Поднимаю на него взгляд, читая в его глазах абсолютное спокойствие и искренность.

Он не лжет. Майклу я могу доверять.

— Хочу, чтобы ты была максимально вооружена и понимала, кто тебе друг, а кто враг. Кто любит тебя, а кто использовал с самого начала. Теперь ты знаешь правду о своем отце, и то, что Дэниела Кинга и Доменика ди Карло интересовала не денежная часть твоего наследства.



— Ты намекаешь на то, что Киан…? Он руководствуется теми же мотивами, что и они?

— Нет, ни на что я не намекаю, — выплевывает Майкл, пытаясь быть объективны. — Абсолютно. Лишь даю тебе пищу для размышлений, Мия. Возможно, Киан Морте действительно любит тебя. А может быть, все это время ты была лишь картой к «кольцу всевластия».

Я не нахожу слов для ответа.

Мозг словно начинает вращаться сам по себе внутри пульсирующей головы. Виски набухают, меня кружит со скоростью штормового ветра. Резкая тошнота подступает тлетворным комом к вершине горла.

Брачный договор.

Нехорошее предчувствие нарастает, овладевает моим сердцем слишком быстро. Подобно беспощадному пожару, за минуты способным поглотить живой лес.

Черт, нет.

Как я могу сомневаться в Киане?

— Спасибо, что рассказал все, Майкл. Но я думаю, мне пора идти. За мной наблюдает охрана, — наспех обнимая Майкл, так и не переодевшись и забив на продолжение кастинга, я быстрым шагом направляюсь к охране.

Уже в машине, сотню раз набираю Киану, но мне отвечает автоответчик. На душе становится противно и мерзко, веки воспламеняют горячие слезы.

Я не знаю собственного мужа.

Черт возьми, что я вообще о нем знаю?

Кто он? Почему я ему интересна? Нужна ему?

Я понимаю себя. Я юная, наивная…мне не так трудно влюбиться и выдумать себе чувства до самой смерти. Но Киан — взрослый мужчина, который вдруг, ни с того ни с сего, бросается меня защищать от Энтони, от Доменика, от многих других угроз. А что насчет того маскарада? Наше знакомство — спектакль? Быть может и избиение меня Стефаном — фарс? С целью замылить мой взор. Сделать Киана «спасителем» в моих глазах, в которого я, воспитанная на дебильных сказках, не знающая реальной жизни, способна быстрее влюбиться?