Жена на четверых - Ксения Кожина

Что же получается? Акеша не отступит даже под страхом смерти. Это Маргарита у нас хорошенькая, плохому не наученная. А нагаасурий с детства подготавливают к деньгам и власти. И если материальное положение Акеши пошатнулось из-за незапланированного рождения сестренки, то она сделает все, чтобы уйти отсюда с подписанным договором. Даже «нож к горлу» приставит, если потребуется. И тема для нее больная. Попробовать расшевелить ее сильнее? Вывести из себя, чтобы допустила ошибку?

— Вторая девочка в семье, — я стал медленно приближаться к нагаасурии, — и старшенькая осталась без средств.

— Не подходи! — кэрра выставила руку передо мной, перестав контролировать огненное кольцо вокруг веревки и усилив перед собой щит. Он замерцал ярче и нагаасурия успокоилась, напомнив: — Ты должен подписать договор и тогда мы мирно разойдемся.

Я замер. Бесконтрольный огонь колыхался. Один вдох и он с жадностью накинется на предложенное. Краем глаза уловил смазанную тень. Слишком быструю, чтобы нагаасурия заметила и слишком медленную, чтобы я не понял кто.

Всего секунда на принятие решения.

Я буду себя ненавидеть.

— Нет, — прозвучало четко, и огонь все-таки коснулся веревки.

— Что?! — кэрра Акеша завизжала так, что уши заложило.

И я дернулся в сторону врага, вместо того чтобы попытаться поймать свою душу.

Маргарита

Я не сразу смогла прийти в себя и осознать, что происходит. Утро было замечательным. Норайо с Кэйташи слишком перестарались прошлым вечером и по пробуждению у меня болела каждая клеточка моего тела. Оторваться от подушки и доползти до мыльни в таком состоянии было тяжело. Так что нет ничего удивительного, что забежавший разбудить меня муж легко догадался о моих трудностях. Норайо вообще оказался ответственным помощником, хотя от младшего из мужей я такого не ожидала. Да, он перестал контролировать прием нагаасуров, но каждое утро успевал наведаться в мой кабинет, просмотреть уже подписанные бумаги и подправить их, если что-то не так. «Не так» бывало не часто, но забота была приятной и ненавязчивой. По крайней мере проверял мои решения муж не при мне и в неудобное положение не ставил. И массаж от его теплых, сухих ладоней был приятным. Таким, что я кончики пальцев на ногах поджимала от восторга и тихо постанывала от сильных уверенных движений.

— Лучше? — со смешком шепнул Норайо прямо на ушко, обдав его горячим дыханием.

В ответ только промычала, надеясь, что вышло выразительно и утвердительно. Это всех нагаасуров такому учат или мне просто повезло с братьями? Если первое, то женщины моего родного мира могут смело начинать завидовать женщинам этого мира. Просто когда один муж из четверых имеет золотые руки, еще куда не шло, а когда все, то это напоминает коварный план по захвату внимания. Вот и я в этот момент всецело принадлежала ухмыляющемуся нагаасуру, не протестовала, когда меня перевернули на спину и бессовестно подставила грудь и бедра по умелые, бодрящие ласки.

Мой тихий стон совпал с глубоким вдохом мужа.

— Если тебя через полчаса не будет на рабочем месте, а меня через пять минут около наших «гостей», то Кэйташи меня прибьёт по возвращению.

Расслабленность мигом испарилась. Что значит «по возвращению»?! Двое уже уехали, теперь еще и Кэйташи испарился?

— Куда он? — попыталась совладать с собой, но голос все равно выдавал обиду.

Норайо шутливо щелкнул меня по носу.

— Акайо попросил встретить Атсуши. Они слишком задержались в шахтах, а там… — он замялся, подбирая слова, — климат плохой. Отсутствие магии плохо сказывается на организме, появляется слабость, головокружение. Не смертельно и даже привыкнуть можно. Но видимо брат посчитал, что так будет лучше.

— А он сам? — Я имела в виду Акайо.

— Он не маг. Даже с пробудившейся сущностью. Не такой как я или Атсуши. Так что вреда для него нет.

Я сосредоточенно кивнула. И нахмурилась еще сильнее.

— А к «гостям» зачем?

Муж поморщился.

— Панику устроили. Что-то там у них не сходится. С утра спальню атаковали, наплевав на личное пространство. По-хорошему было бы лучше, если бы я поехал за Атсуши, а Кэйташи тут со всем разобрался, но…

— Он уперся и сказал, что тебе нужно учиться, — понятливо закончила за него.

Свидетелем непростого разговора я стала практически сразу после отъезда мужей в шахты. Старший отчитывал младшего брата и настаивал на том, что пора бы приобщиться к семейным делам. Из-за того, что Норайо попался водному духу и долго находил с ним общий язык, его обучение затянулось. И получилось так, что к «взрослой, самостоятельной» жизни он один оказался не подготовлен. Братья почему-то решили, что навёрстывать нужно начинать прямо сейчас. Я в разговор не лезла, но Норайо искренне сочувствовала. Судя по его виду, он бы еще трех келпи себе подчинил, лишь бы не совать нос туда, где ничего не понимает.

Настойчивый стук в дверь прервал разговор. Нагаасур тяжело вздохнул.

— Не смогу проводить, — он медленно очертил пальцами контур моего лица и задержал взгляд на губах. — Комната защищена, еще Атсуши перед отъездом постарался, но в коридор одной лучше не выходить. Я пришлю охрану. Договорились?

То есть ту самую, которая караулит меня перед рабочим кабинетом. Знала я, что мужья у меня параноики, но не думала, что настолько. В собственном доме бояться! Стук повторился, и мне пришлось заверить Норайо, что не сделаю и шага без сопровождения, потому что он косился на дверь и нервничал, а мне было не сложно. И поначалу я именно так и хотела поступить! Только вот я успела позавтракать, умыться, одеться и даже закрутить волосы в широкую косу, а охрана все еще не пришла.

И я решилась.

В конце концов до кабинета идти было недалеко, большая часть «гостей» давно в шахтах, а остальным все это время не было до меня никакого дела, да и клан меня вроде бы полюбил. По крайней мере неприятия ни от кого я не чувствовала.

Дура!

Я успела пройти два поворота, прежде чем виски заломило, и я упала в обморок. Судя по всему, принудительный и очень длительный. Голова раскалывалась, словно по ней стучат молоточками, руки горят огнем и в отдалении слышатся какие-то голоса. С трудом разлепив глаза, поняла, что я не просто дура, а идиотка. Причем конченная. Руки действительно горели, вернее огонь был около веревки, которая их связывала. Я была подвешена к потолку… крыше… пещере? Внизу была темнота, словно я вешу над пропастью. А голос… он принадлежал Акайо. То, что дело пахнет жареным и говорить не стоит, все признаки на лицо. Единственное, что я могла сейчас сделать это прикрыть глаза и прислушаться к разговору, не показывая, что я очнулась. Хорошо еще, что страх сковал горло и я не издала и писка после пробуждения.

Висеть с закрытыми глазами — то еще удовольствие. И неизвестно, что произойдет раньше: веревка сгорит или руки оторвутся от тела. По крайней мере, ощущение было именно такое. Я прислушивалась к разговору, пытаясь унять дрожь и хоть немного отрешиться от происходящего. Сначала получалось плохо, но годы проведенные в храме все-таки дали свои плоды. Страх не отступил, но притаился где-то на затворках моего сознания и тлеющим огоньком в моей груди. Болезненное покалывание на одной руке стало меньше. И только тут до меня дошло.