В плену его власти - Софи Росс

Своей истеричкой

Но сути это не поменяло.

В общем, мой бойкот продолжился, Адам злился сильнее с каждым днем, и где-то в конце третьего дня мы начали ругаться. Из-за всяких пустяков.

Сегодня, например, он нарочно сжег яичницу, которую я готовила. Мне казалось, что у меня еще есть время, и я ушла в душ. А он сидел на кухне и наблюдал, как на сковородке все горело, потому что я завозилась с волосами.

Я его, видите ли, не просила выключить.

Ну вот что за скотство?

Слово за слово, накричали друг на друга… Адам уехал, а я теперь сижу здесь одна и трясусь так, будто меня держат на мушке.

— Курс на три часа. Вот и маменька с папенькой, — Денис кивает в сторону входа. — Держись, сестренка.

— Ты же мне поможешь? — смотрю на него щенячьим взглядом.

— Не-не, у меня нейтралитет, — мой брат вскидывает ладони и качает головой. Мелкий предатель.

Мама выглядит как всегда идеально, у отца между бровей залегла складка, свидетельствующая о его недовольстве и разочаровании.

— Денис передал нам твою просьбу о встрече. Постарайся не отнимать наше время глупой болтовней, Ева, — начинает мама.

Я тут же сжимаюсь в комок под этим тоном. Зря я все это затеяла, зря хотела просто увидеться с родителями. Давно нужно было запомнить, что я для них лишь средство достижения определенных целей.

— Я всего лишь хотела узнать, как у вас дела… — выдыхаю едва не шепотом.

— А как у нас могут быть дела, дочь? — отец закипает. — Ты знаешь, что стало с моей компанией?

Вспоминаю разговор с Альбертом Семеновичем. Он обещал, что моего отца не арестуют, но дедушка Адама ничего не говорил про бизнес папы.

Он забрал его в счет долга?

Я боюсь представить, какая там сумма, если отец сговорился за моей спиной с Александром и не гнушался любыми методами.

— А ч-что с ней? — я начинаю заикаться от волнения

— У меня ее забрали. Мне пришлось переписать дело всей жизни на другого и уйти…

— Подумать только, менеджер среднего звена! — тут уже в разговор вмешивается мама, перебив нас. — Твоему отцу предложили какую-то жалкую подачку, бросили обглоданную кость. Его зарплата не смогла бы покрыть даже расходы на дом!

— Меня бы засмеяли собственные сотрудники, — отец подливает масла, мама подхватывает его и начинает театрально охать.

— Ну, вообще-то они уже не твои, пап, — одному Денису весело.

— Денис, думай, что ты говоришь. Твоя сестра подставила всю нашу семью. Ты думаешь, что это смешно? Мы лишимся нашего дома, я даже не могу представить, где мы будем жить…

Я не могу продолжать это слушать.

Особенно после того, как мама спрашивает меня, не поздно ли еще все исправить. В конце концов, свадьба же состоялась, я официально еще замужем за Александром. Говорить о том, что документы о расторжении брака уже практически готовы, я не стала.

Почему-то казалось, что отец снова ударит меня, услышав это заявление.

Не уверена, что смогу спокойно выдержать такое унижение во второй раз.

— А ты куда собралась? — мама хватает меня за руку, когда я поднимаюсь со стула, намереваясь выскользнуть из ресторана.

— Я хочу уйти. У нас не получается нормальный диа…

— Мало ли, что ты там хочешь. Сядь, Ева, ты выслушаешь все, что мы о тебе думаем.

Пытаюсь выдернуть руку, но мама давит ногтями на кожу. Она удерживает меня на месте, сверлит темным, полным презрения взглядом.

Я дергаюсь, когда с улицы раздается громкий звук сигнализации, и на запястье выступает несколько алых капель, потому что мама усиливает свою хватку.

— Это же моя машина! — отец быстрым шагом идет к двери.

На улице я замечаю Адама.

С бейсбольной битой в руках.

Он разбил отцу на автомобиле лобовое стекло, а после того, как мы все вышли на улицу — ударил по зеркалу заднего вида.

— Ты что творишь, паршивец?!

— Не советовал бы подходить ко мне, — Адам отвечает моему отцу, прокручивая серебряного цвета биту в руках. Если честно, выглядит он жутковато.

Растрепавшиеся от ветра волосы, широкая, слегка безумная улыбка. Даже мне становится не по себе.

— Извини, Принцесса, немного опоздал, — Адам подходит ко мне и целует на глазах у моих родителей.

А я не сопротивляюсь. Потому что где-то внутри мне дико нравится все, что сейчас происходит.

— Я вызываю полицию! — рядом визжит мама, заставляя нас оторваться друг от друга.

— И это тоже я не включу в список своих советов. Вы ведь не хотите, чтобы у вас забрали еще и дом? — Адам заслоняет меня собой, я выглядываю из-за его плеча и наблюдаю за реакцией отца.

Все-таки без его одобрения мама ничего не будет делать.

Мне кажется или он боится Адама?

Боже, мой отец действительно его боится.

— Хочешь ударить, малыш?

В моих руках оказывается бита.

Я быстро, не думая, опускаю ее на лобовое стекло и заглушаю свой визг, уткнувшись в грудь Адама. Ну и пусть оно уже было разбито. Главное, что мне ужасно понравилось.

Отец когда-то ударил меня, а я — его машину, которую он любит явно больше своих детей.

— Поехали домой, Принцесса, — Адам наклоняется, шепчет мне в губы, а я пытаюсь держать себя в руках, чтобы не растечься довольной лужицей перед ним.

Слабо получается.

Сажусь в машину Адама, на родителей больше не смотрю. Только Дениса замечаю, который показывает мне большие пальцы и расплывается в одобряющей улыбке, переводя взгляд на разбитое лобовое стекло.

— Бойкот окончен?

Мы встреваем в пробку, я вздрагиваю от хриплого голоса Адама.

Киваю.

Машинально.

— Да, — тут же исправляюсь. — Ты приехал… Как ты вообще узнал, я же тебе ничего не говорила?

— Ну, ты кричала. Мне оставалось выяснить место и время, твой брат помог.

Дважды маленький предатель. Еще и издевался там надо мной. Денис, зараза, у меня еще получит.

— В последний момент решил, что будущую тещу все-таки надо уважить цветочками. Пришлось возвращаться за вторым.

На заднем сиденье, оказывается, лежат два потрясающих букета.

— Не реви, — вовремя поддевает меня Адам. — А то знаю я, весь салон мне соплями измажешь. Лучше бардачок открой, Принцесса.

Я прикусываю губу до боли, чтобы и правда не разреветься.

Открываю.

И тут же захлопываю обратно.