Я тебе не по зубам. Часть 2 - Юлия Леманн

«Свободу! Сво-бо-ду!!!», — стучал по воображаемой решетке Голос. — «Нас подставили! Мы невиновны»

Замерев по центру камеры, куда ее завели несколько минут назад, Тоня с недоверием качала головой и усмехалась. Она поверить не могла, что оказалась в обезьяннике. В обезьяннике, черт возьми!

А все из-за Дениса.

«Чисто технически, копа ударила ты», — отвлекся от своих стенаний Голос, а затем снова завел свою шарманку, требуя немедленного освобождения, либо еды, на худой конец. — «Нас будут пытать голодом», — мрачно представлял он свое будущее. — «Еще и с Дёней разделили».

— Не разделили, а он сам ушел, — фыркнула Тоня. — Реализовывать свое право на телефонный звонок.

«И нам нужно позвонить», — зажегся Голос. — «Наберем Тему, и пожалуемся на этот беспредел».

Беспредел? Вот уж точно. Именно об этом и заявил Денис. Спокойный как удав, сел в машину, и начал сыпать фразами, достойными хорошего адвоката, напомнив о том, что полицейские не представились, и удостоверение не показали, а значит, обвинение в нападении при исполнении не актуально. Да и не было там никакого нападения, коп под локоть сам подставился. И нарушение общественного порядка еще доказать нужно. И права им их не зачитали. Так что лучше гражданам полицейским не продолжать нарушать права законопослушных членов общества, и по приезду в отделение сразу позволить ему сделать положенный звонок.

Дэн усмехался, сыпал еще какими-то фразами, которые, не любящая юриспруденцию Тоня, видимо, пропустила на лекциях, а затем и вовсе назвал фамилию хорошего знакомого, при которой мужчины малость побледнели и весьма дружелюбно пообещали выполнить все, что должны.

— Не разговаривай ни с кем до моего возвращения, — подмигнул Денис, стоило им оказаться в отделении. — И ради Бога, не ввязывайся в еще большие неприятности, — красноречиво посмотрел он на застывшую от возмущения Тоню, прежде чем удалиться.

От столь несправедливого упрека хотелось взять, и затеять драку, чтоб хоть как-то оправдать свое пребывание в обезьяннике. А от представления совсем незавидного будущего, в котором Олег узнает об ее аресте, и снова читает свои нотации, зубы сводило оскоминой. В общем, пребывала Тоня в не самом доброжелательном настроении, а потому и своих сокамерников заметила не сразу.

«Кажется, мы не одни», — удивился Голос, когда девушка села на скамейку, и осмотрелась по сторонам.

И в самом деле, неподалеку сидело еще двое парней. Высокий накаченный хмурый брюнет, и, словно впавший в транс, рыжий, комплекция которого была далеко не такой впечатляющей. Тихо покачиваясь, рыжий вдруг открыл глаза, и в упор посмотрел на рассматривающую его Тоню.

«Да он обкурен!», — оценил его расширенные зрачки Голос, мгновенно обозвав парочку Бугаем и Укурышем. — «Чудесно, просто чудесно, нас посадили к наркоманам», — решил включить он усиленный режим паники. А рыжий тем временем продолжал сверлить Тоню глазами, а затем улыбнулся, встал, и пересел к ней на скамейку.

— Ты тоже все узнала, да? — заговорщицки прошептал он так, словно являлся ее старейшим, но давно потерянным другом.

«Не разговаривай с ним», — отодвинулся Голос. — «Дёня велел молчать»

«Да пошел твой Дёня», — закатила глаза Тоня, и из чистого упрямства поинтересовалась, что, по мнению укурыша, она должна была узнать?

— Про эксперименты над людьми, — воодушевился тот ее вниманию.

— Возможно, — пожала Тоня плечиками, стараясь скрыть невольную улыбку.

— Тогда тебе крышка, они нас не отпустят.

— Всегда можно сбежать, — подмигнула она.

«Ой, ненормальная», — застонал Голос.

— Да, но ковер… его ворсинки, — парень вздрогнул, засмотревшись куда-то вдаль.

— А что с ним? — теперь девушку охватило любопытство, и она слегка наклонилась, надеясь, что ее укуреный друг не впал в транс и не замолчит.

— Я могу сказать тебе, но только на ухо, — нахмурился он. — За нами следят, — добавил еле слышно.

— Ты тоже заметил? — едва сдерживая смех, Тоня еще немного наклонилась к собеседнику, и тут же вскрикнула от неожиданности: парень схватил ее за руку и они дружно упали на не самый чистый пол.

— Эй!

— Тс-с-с, — приложил он палец ко рту. — Ты знаешь о пингвинах?

Тоня много чего знала о пингвинах, но делиться этим не собиралась, с ужасом оглядывая грязный пол. Желание общаться с рыжим мгновенно исчезло. Девушка попыталась встать, чем вызвала в своем друге бурю негодования.

— Нет, нет, ты не должна делать это!

— Заткнись, — вдруг ожил бугай. — А то помогу.

— Ты один из них, — насупился укурыш, переключив все свое внимание на нового собеседника. — Тебя посадили следить за нами.

Воспользовавшись моментом, Тоня быстро поднялась и вернулась на скамейку, решив больше не ввязываться в разговоры. А вот укурыш и его собеседник прекращать диалог, кажется, не собирались. Тоня с удивлением выслушала о том, про какие ужасы жизни знал укурыш, и угрозы второго парня, прибить своего собеседника, если тот немедленно не закроет пасть и не даст ему отдохнуть после бурной ночи. Однако ее недавний друг, кажется, был непробиваем, либо считал себя бессмертным, и продолжал нарываться, решив обозвать своего врага не самыми ласковыми словами, в результате чего навлек на себя его гнев.