Виновник завтрашнего дня - Арина Александер

Мне не оставили выбора. Конечно, можно было послать Скибинского куда подальше, забаррикадировавшись у себя в комнате или поехать с ночёвкой к Тасе, но то ли здравый ум не позволил совершить очередную глупость, то ли элементарный упадок сил, воспротивившийся намечающейся схватке.

До полуночи просидела на полу, приходя в себя после общения с сестрой. И только спустя несколько часов, когда вышла из ступора, смогла прочувствовать весь масштаб катастрофы.

Это уже не слухи, не догадки, а самая настоящая констатация факта — меня в открытую готовили для Олега, ничуть не беспокоясь о моем мнении.

Хотелось встать, пойти среди ночи к Павлу Олеговичу и устроить «свадебный переполох», но благодаря титаническим усилиям воли сдержалась. Опять же, по непонятно каким причинам. Хотя внутри, не смотря на внешнюю заторможенность и отстраненность, разбушевался самый настоящий ураган.

За всю ночь я так и не уснула. Я то наматывала круги по комнате, строя мстительные планы, то мечтала бросить универ и сбежать к тётке, лишь бы не сдаваться, не прогибаться под обстоятельства.

Рассвет встретила на ногах. Чтобы хоть как-то сбросить нервное напряжение, решила пробежаться к лесу.

Петляя вдоль высоких сосен вспомнила о Найде, о постигшей её участи и чем больше думала о своем жестоком окружении, тем больше распалялась. В итоге — не успокоилась, а ещё больше накрутила себя.

Вернувшись в комнату, кое-как приняла душ и стиснув зубы, нанесла на поврежденную лопатку крем от ушибов. Темные круги под глазами скрыла с помощью тоналки, а на содранную кожу костяшек, дабы отсечь ненужные вопросы одногруппников, надела кружевные перчатки без пальцев. В ансамбле с чёрным блейзером, коротким топом и приталенными брюками получилось весьма неплохо.

В семь часов утра я уже была в университете, готовясь к сдаче первого экзамена. Не смотря на столь ранний приезд, в аудиторию зашла самой последней, ближе к обеду. Куда спешить?

Экзамен сдала, но чувствовала себя будто под толстым полиэтиленовым куполом. Чудом сдала на пятерку и то, если бы не усидчивость и настойчивость в стремлении не лишиться повышенной стипендии — давно бы забросила учёбу.

Потом, в состоянии сомнамбулы, пошла с одногруппниками в кафе. Все пили пиво, я — сок. Все смеялись, строили планы на лето, я — смотрела на их лица, наигранно улыбалась, поддакивала в нужных моментах, и мысленно содрогалась от предстоящей поездки к Олегу.

Не дай бог Вика что-то затеялась за моей спиной… Боюсь даже думать о возможном браке с Турским. Во-первых, я не люблю его. Во-вторых — ни разу не дала повода и не ответила на ухаживания. В-третьих — а мое мнение разве ничего не значит? Нет?

Домой приехала в подавленном состоянии. Семёновна порывалась узнать причину, взирая на меня с тревогой. Рассказывать о вчерашней перепалке с сестрой не было никакого желания. С трудом запихнула в себя самодельный бутерброд, отказавшись от предложенного полноценного обеда и поднялась к себе, на всякий случай попросив разбудить меня в шесть часов вечера.

К Турским всё-таки опоздали. Как ни странно, не из-за меня. Я-то что? В чем была с утра, в том и поехала, правда, сменив удобные мокасины на нарядные туфли. А вот сестра… произвела целый фурор. Я, конечно, понимаю, что на дне рождения Олега будут все сливки криминального общества, но не настолько, чтобы выряжаться в пух и прах.

Вика вырядилась. И не скажу, что плохо, наоборот, выглядела потрясающе. Длинное приталенное платье из темно-синего бархата выгодно оттеняло легкий загар и подчеркивало соблазнительные изгибы фигуры. Высокая грудь отсвечивала перламутром в v-образном вырезе, а длинные стройные ноги загадочно мелькали в боковом разрезе, притягивая к себя взгляды едва не всех мужчин. Я по сравнению с ней выглядела такой себе замухрышкой, что не могло не радовать. На то и было рассчитано.