Момент - Катрин Корр

Кассандра нервно хмыкнула и опустила руки. Они смотрели друг другу в глаза и никто из них не пошевелил и пальцем.

– Три недели назад ты сказал, что тебе ничего не нужно, а следовательно, ничего ты не хочешь. По крайней мере то, что связано со мной. Не надо идти наперекор своим желаниям и планам только потому, что я жду от тебя ребенка. Я этого не хочу и мне это не нужно.

– Дело не в ребенке. А в том, что я чувствую. Я не испытаю страх, если в процессе работы столкнусь с большими проблемами. Я знаю о бизнесе всё и даже больше и любой даже самый малый риск уже найден и разобран по частям. Несмотря на мое низкое происхождение у меня были прекрасные и достойные учителя, а так же огромная вера в самого себя. Да, я живу своим делом. Да, ничего другого я не умею, но это вовсе не значит, что я…не хочу научиться. Но эта, другая сторона жизни… Она очень пугает меня, Кассандра. Потому что там ничего невозможно просчитать. Там не работают формулы и единственное, на чем может быть основан прогноз – личные ощущения, чувства и эмоции. Это всё абстрактно.

– Чего ты боишься? – спросила она шепотом.

Клим усмехнулся и опустил голову.

– Скажи, как есть.

– Что ты исчезнешь, – посмотрел он на нее. – Что с тобой что-то случится. Что тебе будет больно. Мне продолжать? – Кассандра молча смотрела на него. – У меня отлично получалось обходить всё это стороной, пока не появилась ты. А теперь ты беременна. И все те страхи, о которых я сказал и умолчал, приумножены. Я вовсе не бесчувственный, Кассандра. Но иногда очень хочется им быть. – Клим прочистил горло и снова поставил руки в боки. – Извини, что меня не было так долго. Я вовсе не отдыхал, просто один мой очень хороший друг переехал на Бали, а мне очень нужно было с ним поговорить. Это отец Славы.

– Ясно.

Клим опустил взгляд.

– Если ты позволишь мне стать частью вашей жизни хоть немного, я буду…благодарен тебе.

– «Благодарен»?

– Счастлив, – поправился Клим, выпрямившись.

– Как именно ты хочешь стать частью нашей жизни?

– Я хочу быть рядом.

– Прям хочешь? – с деланным сомнением уточнила она.

– Очень.

– Честно, я не знаю, как это сделать…

– Я знаю, – перебил он, глядя в её глаза. – Мы могли бы жить вместе.

Кассандра отпрянула назад.

– …Чт… Что? Ты на солнце перегрелся? – засмеялась Кассандра. – Нет. Нет!

– Ты ведь любишь меня.

– О! – вспыхнула она тут же. – Серьезно?! Какой же ты…

– А я люблю тебя, тогда в чем проблема?

– Может быть в том, что ровно три недели назад ты говорил обратное?

– Я не говорил этого.

– Да! Но ты ясно дал понять, что я могу катиться куда подальше со своими дурацкими чувствами! Думаешь, я поверю, что за три недели ты вот так взял и изменился? Или, что рождение детей творит чудеса и в мужиках-ледниках просыпается любовь? Послушай, – со вздохом произнесла Кассандра, – я действительно очень сожалею, что будучи маленьким мальчиком ты пережил столько боли и зла. И я, правда, много думала об этом и… Знаешь, я понимаю тебя. Поняла. Окажись я на твоем месте, то наверняка поступила бы так же. Я бы оградила себя от всего, что может меня ранить и упрямо бы протаптывала свое собственное счастье. Как ты. Я всегда буду гордиться тобой и рассказывать о тебе нашим детям, чтобы они были такими же целеустремленными, как их отец. Но я не хочу, чтобы ты выходил из собственной зоны комфорта, считая, что «должен». Мне, детям или ещё кому-то. Ты вправе быть счастливым так, как тебе хочется. И совершенно неважно, чего хотят другие. От этого никому лучше не станет.

– Но я люблю тебя.

– Клим!

– Черт возьми, я люблю тебя, Кассандра! – закричал он. – Люблю. И я прошу тебя, пожалуйста, давай сделаем это? Потому что я… Я действительно хочу этого. И ты тоже.

– Чего именно?

– Наши моменты. Которые никогда больше не повторятся, но они непременно будут порождать другие и так до самого конца. Бесконечно.

Кассандра тряхнула головой. На глазах навернулись слезы, но она отчаянно пыталась не дать волю эмоциям.

– Уйди, Клим!

– Я не могу, – спокойно ответил он, надвигаясь на нее.

– Клим!

– Я не хочу уходить. И ты не хочешь, чтобы я уходил. – Он подошел к ней и заглянул в глаза.

– Ты делаешь это, только потому что…

– Люблю тебя, – перебил он. – Дело не в ребенке, а в том, чего я хочу, – повторил Клим. – Он всё равно бы получился, рано или поздно. Потому что мы с тобой всё равно были бы вместе.

– А мы что, вместе?

– Уже да.

– Нет.

– Да.

– Нет, Клим.

– Да, Кассандра.

Он с вызовом взглянул на нее.

– У нас будет двойня.

Его брови медленно поползли вверх.

– Вижу, об этом говорливый Слава тебе не сообщил. Ах, да! Он же сам не знал!

– «Двойня»? – отшатнулся Клим и обхватил голову руками.

– Что? – усмехнулась Кассандра. – Прошла любовь, завяли помидоры, да?

– Любовь не прошла, помидоры поспевают, а вот с квадратами у нас проблемы.

– …С какими квадратами?

– Твоя квартирка слишком тесновата, а в моей нужно заново делать ремонт, потому что, в том холодном виде, каком она есть – тебе точно не понравится. Нет ничего удивительного в том, что у нас будет двойня. Это по моей линии.

– Клим, я не собираюсь жить с тобой! Я не хочу! Я…

– Тише, тише, – подошел он близко и обхватил её лицо ладонями. – Я никогда не сделаю то, что тебе не нравится. Только то, что ты сама хочешь. – Кассандра вздохнула, слабо улыбнувшись его шутке с переездом. – Какого цвета ты хочешь кухню?

– Клим!

– Я шучу!

– Дурацкая шутка!

Он обнял её и крепко прижал к себе.

– Но я очень хочу этого.

– Посмотрим.

– Хорошо, – прошептал он. – Только смотри быстрее. Квартиру нужно успеть подготовить к рождению детей.

Кассандра испугалась. Слишком скоро и неожиданно стала меняться действительность, с которой она заставляла себя свыкнуться. Её сердце неумолимо колотилось в груди. Она чуть отпрянула от Клима и заглянула в его глаза.

– Ты правда здесь?

Он улыбнулся той загадочной и манящей улыбкой, что свела её с ума при первой их встрече.

– А ты?

– …Да.

Клим оставил нежный поцелуй на кончике её носа. Она едва не задохнулась от переизбытка охвативших её эмоций!