365 дней - Бланка Липинская

Свадьба проходила в живописном особняке в тридцати километрах от города. Комплекс состоял из нескольких зданий, гостиницы, конюшни и зала, где был приготовлен прием. Мы подъехали последними, так как я упорно настаивала, чтобы мы больше не привлекали к себе внимания, и Черный послушался меня. Почти незаметно мы проскочили через зал и добрались до круглого столика, за который нас усадили. Я вздохнула с облегчением, увидев, что Яков тоже сидит там. У моего брата была привычка приходить на такие вечеринки в одиночку и охотиться. Он любил, когда женщины обожали его, поддавались ему и в результате шли с ним в постель. Он был стопроцентным коллекционером. В моем случае тема секса была более сложной, и случалось, что я страдала от мужчин. Единственным страданием моего брата был случайный отказ, портящий ему статистику.

Когда мы сели за стол, оказалось, что рядом одно место пустое. Я посмотрела на знакомые лица, которые сопровождали нас, пытаясь понять, кого не хватает. И не могла догадаться. Когда принесли закуски, я набросилась на еду - со вчерашнего дня я ничего не могла проглотить, поэтому, когда наконец почувствовала голод, аппетит взял верх над разумом.

- Приятного аппетита! - услышала я знакомый голос и подняла глаза от тарелки.

Я чуть не выплюнула на стол еду, которую держала во рту. Пустой стул напротив отодвинул мой бывший парень, с которым мы несколько лет были танцевальными партнерами. «Черт возьми, могло быть хуже?! - подумала я, вглядываясь в него.

Мой брат с нескрываемой радостью от сложившейся ситуации наблюдал за мной из-за тарелки, иронически улыбаясь. Массимо, к счастью, ничего не заметил, или, по крайней мере, так мне показалось. Меня спасал тот факт, что он совершенно ничего не понимает по-польски.

Петр занял место и медленно принялся есть, не сводя с меня глаз. У меня пропал аппетит. Я с отвращением отодвинула недоеденный тыквенный крем, поймав под столом бедро Черного. Он нежно погладил мою руку и пристально посмотрел на меня; он читал во мне, как в открытой книге, поэтому я знала, что рано или поздно мне придется познакомить его с мужчиной из прошлого.

Петр был той частью моей жизни, которую я предпочла забыть. Мы познакомились, когда мне было шестнадцать, все началось с танца и, как это обычно бывает, закончилось отношениями. Сначала он был моим инструктором, потом партнером и, наконец, я стала его жертвой. Ему было тогда двадцать пять лет, и его любили все женщины, которые смотрели в его сторону. Галантный, красивый, спортивный и уверенный в себе, плюс танцор. К сожалению, у него тоже были свои демоны, и главным из них был кокаин. Сначала я не видела в этом ничего плохого, пока его привычка не начала сказываться на мне. Когда он был под кайфом, его не интересовало, что я чувствую, что я думаю или что я хочу, он был важен. А мне было всего семнадцать, и я смотрела на него, как на картину. Я не знала, в чем заключаются отношения и как следует относиться к ним.

Конечно, я не выдержала бы и пяти лет этой абсолютной патологии - когда он был трезв, он старался угодить мне, щедро извиняясь за свое поведение. Именно из-за него, вернее, от него я бежала в Варшаву. Я знала, что иначе не смогу освободиться от него. Из приятных воспоминаний меня вырвал его голос.:

- Красное, если я правильно помню? - спросил Петр, склонившись над столом с бутылкой вина.

Его зеленые глаза гипнотически впились в меня, а чувственные губы изогнулись в тонкой улыбке. Нельзя было не заметить, что он ничего не потерял от своего магнетизма. Сильно очерченная челюсть и совершенно лысая голова никак не вписывались в образ танцора, но от этого он казался еще более интригующим. Видно, теперь он тренировался меньше, чем раньше, потому что его тело набрало вес.

Я сделала глоток из бокала и нахмурилась.

- Какого черта ты здесь делаешь? - процедила я сквозь зубы с глуповатой улыбкой, чтобы остальные гости, и особенно один, не догадались, что происходит.

- Меня пригласила Мария, вернее, ее муж. Я целых полгода готовил с ними их первый танец, и мы полюбили друг друга. Кроме того, я встретил их однажды на годовщине свадьбы твоих родителей, если ты не помнишь.

Я кипела от злости, удивляясь, как моя кузина могла так поступить со мной, когда почувствовала, как рука Черного скользнула по моей спине.

- Вы можете говорить по-английски? - спросил он раздраженно. - Меня раздражает, что я ничего не понимаю.

Я слегка поморщилась и закрыла глаза, мечтая умереть.

- Мне плохо, давай пройдемся, - бросила я, вставая с места, и Массимо двинулся за мной.

Мы прошли в сад рядом со зданием и направились к конюшне.

- Ты ездишь верхом? - спросила я, желая отвлечь его внимание от моего настроения.

- Кто этот человек, Лаура? Когда он появился, ты вся напряглась.

Он остановился и уставился на меня, засунув руки в карманы.

- Мой партнер по танцам. Ты не ответил мне, ездишь ты на лошади или нет, - продолжила я, не останавливаясь.

- Только партнер по танцам?

- Господи, Массимо, какое это имеет значение? Нет, не только и я не хочу об этом говорить. Я же не спрашиваю тебя о бывших девушках.

- Значит, вы были вместе? Долго?

Я глубоко вздохнула и попыталась справиться с раздражением.

- Несколько лет. Я напоминаю тебе, что когда ты встретил меня, я не была девственницей, и как бы ты ни старался, ты не изменишь этого. У тебя нет машины времени, так что просто не думай об этом, и не заставляй меня вспоминать об этом!

В ярости я вернулась в зал. Я пропустила начало танцев, и гости уже неистовствовали на танцполе. Когда я прошла через дверь, моя кузина сбежала с танцпола и схватила микрофон.

- Наш первый танец был заслугой фантастического инструктора, который сегодня здесь с нами. Петр, я приглашаю тебя к себе. И так забавно, что здесь его давний партнер по танцам - моя кузина Лаура.

Услышав это, я подумала, что потеряю сознание. Какого хрена она делает!

- Доставьте нам удовольствие и покажите, как надо танцевать.

В зале раздались аплодисменты, и Петр схватил меня за руку и потянул в сторону танцпола. «Меня сейчас стошнит!» - подумала я, скользнув за ним.

- Энрике Иглесиас, Бейламос, пожалуйста, - крикнул он ди-джею и поднял брови, самодовольно бросив пиджак на стул.

Я встала рядом с ним, благодаря Бога за то, что он не выбрал танго. Когда мы еще были вместе, наше танго каждый раз заканчивалось в постели.

Из динамика донеслись первые звуки гитары, и я посмотрела в сторону двери, где, прислонившись к косяку, стоял Массимо с горящим от гнева взглядом. Рядом с ним я увидела своего брата, который наклонялся к нему, что-то объясняя ему. Я понятия не имела, рассказывал ли он ему, почему мы сейчас стоим на танцполе, или они просто разговаривали, но взгляд Массимо по-прежнему был переполнен яростью. Я вырвала руку у Питера и подбежала к Черному, поцеловала его, как могла, так, чтобы он чувствовал, что я только его, и с улыбкой, в окружении аплодисментов вернулась на танцпол. Диджей снова отпустил Бейламоса, и я заняла позицию. Это были самые длинные три минуты в моей жизни и самые большие усилия, которые я когда-либо вкладывала в танец. Когда я наконец склонилась в поклоне, в зале разразилась буря аплодисментов и приветствий. Мария подбежала ко мне, целуя и обнимая нас обоих, а мама принимала от гостей поздравления. Я медленно отступила к Массимо.