Арбин - Амина Асхадова

Так какой покорности ты хочешь от меня?

Я встречаю взгляд его странных глаз и замираю. Вот и все, вот мне и конец.

- Вернемся к насущному. Как же все-таки меня зовут, Влада? – цедит он, а его рука с силой сжимает мою грудь, вырывая стон боли и получая в ответ слабое, жалкое по его меркам сопротивление».

Накидываю на влажное тело махровое большое полотенце нежного цвета. Включаю фен, чтобы не казалась подозрительной тишина. Мужчина сказал, что может лечь в другой спальне и первое время позволить нам привыкнуть друг к другу. Он не хотел уходить, я видела это по его янтарным глазам, но предложил.

Потому что чувствовал мое состояние.

Я не могла настаивать на раздельных спальных местах. Это было бы странно услышать от собственной жены, не так ли? К тому же Артем непременно задался бы вопросом: а было ли все хорошо у нас до потери его памяти?

Марат говорил даже об интимных подробностях. Чертов психолог…

Не стесняясь, Марат готовил меня ко всему. Он предупреждал, к чему нужно быть готовой, если я намерена вернуться обратно к Арбинскому – к человеку из прошлого. Говорил, что если нет - если я не готова, то значит нужно вовсе отказаться и даже не пытаться что-то изменить в своей и его жизни. А если пошла на это, то не дай ему усомниться в красоте и идеале нашей супружеской пары.

Благородный поступок Артема, когда он сказал про раздельные ночи, совсем не вяжется с тем Арбином из прошлого, и я еще больше удостоверяюсь в измененной аварией действительности. Не верила все эти дни, пока не познакомилась с другим, совершенно другим мужчиной.

Вскоре темные мокрые локоны вернули свой яркий рыжий цвет. Волосы высушены, кладу фен на место и вновь медленно возвращаюсь взглядом к зеркалу.

И тут же вздрагиваю.

Замечаю в дверях стоящего незнакомца по имени Артем и замираю от неприятного предчувствия. Но оно выступает ложно, как и на протяжении всего дня, потому что я пока не привыкла видеть - Арбина, а ощущать - незнакомца. Не привыкла бояться Арбина и одновременно стараться полюбить в нем другого мужчину.

Я тихо спрашиваю:

- Что-то случилось? – мой голос охрип от волнения.

Сложенные на груди руки Арбина не дают мне покоя, его расслабленная поза с широким расставлением ног пугает меня до дрожи, потому что я беспрестанно жду и ожидаю, когда вернется Арбин, но внутри понимаю, что…

Это не Арбин. Это незнакомец.

Врачи, если и гарантировали излечение и восстановление памяти, то не раньше пройденных тяжелых месяцев. Пока – точно рано.

- Ты отстригла волосы? – бархатный баритон разносится по всей просторной ванне.

Я вновь кидаю на него взволнованный взгляд. Мне не было так страшно даже в том доме и с Арбином, как теперь – с незнакомцем, от которого я не знаю, чего ожидать.

- Откуда ты знаешь? – спрашиваю я и тем временем прохожу щеткой по волосам, ловлю кончики волос пальцами и вспоминаю, что волосы мои, некогда длинные, отстрижены почти по плечи. Еще перед возвращением я сделала это, но до сих пор не привыкну к тому, что длинных рыжих волос более нет.

- Идеально ровные концы, - как само собой разумеющееся произносит незнакомец с фамилией Арбинский, - к тому же, я наблюдал за тобой по фотографиям. У тебя были прекрасные длинные волосы.

- Они быстро отрастут, ты скоро вновь сможешь их увидеть, - улыбаюсь я уголками губ и только сейчас начинаю ощущать, что стою в одном лишь полотенце.

Наверное, быть обнаженной перед Арбином за многие месяцы настолько вошло в привычку, что сейчас для меня это было нормой. Под его взглядом я часто была обнажена, для меня это было привычным делом в две тысячи пятом году. И это играет только на руку, ведь мы по легенде женаты четыре года.

- Я буду рад вновь увидеть их, - искренне улыбается незнакомец, не делая попытки приблизиться.

Даже улыбка у него другая. Другой человек. Я сковано улыбаюсь в ответ, это остужает и меняет настрой мужчины:

- И все же, пожалуй, я лягу сегодня в другой спальне. Я сейчас слишком чужой даже для самого себя, прости.

Оглядев Артема, я лишь кивнула. Если бы в эту секунду я заговорила с ним, то точно не смогла бы скрыть облегчения, которое после его слов затаилось глубоко внутри меня. Мужчина в последний раз оглядел мое тело, собравшись уходить, и я было расслабилась, однако он повернулся и сделал несколько шагов ко мне, заставив застыть мое тело в напряжении.

- Спокойной ночи, жена… - проговаривает он, не касаясь.

- Спокойной, - отвечаю я и чувствую внезапное прикосновение губ к своей коже.

От неожиданности хватаюсь за бортики раковины и упираюсь в нее спиной, чтобы найти опору. Ноги подвели от страха и неожиданности, я замираю в объятиях мужчины.

- Я совсем не помню тебя, но чувствую, что я безумно скучал. Прости, если я напугал тебя резкостью, Влада.

Я мотаю головой:

- Мне просто нужно время привыкнуть. Ты совсем другой, - признаюсь я.

В молчании незнакомец отступает от меня, я пытаюсь исправить возникшее недоразумение в виде собственного напряжения:

- Я тоже… скучала.

И не понимаю я уже - где правда, а где ложь.

- Спокойной ночи, - несколько подавлено произносит мужчина, но его улыбка сглаживает все мои переживания.

А затем Артем выходит из ванной и из нашей спальни, оставляя меня наедине со своими мыслями. Слышу, как он спускается вниз на первый этаж, направляясь в одну из спален. На втором этаже был оборудован личный кабинет, рядом находилась наша спальня, внутри которой была отдельная ванная комната, и еще одна комната тоже была расположена на втором этаже чуть поодаль. Необычно было вначале, когда я только узнавала квартиру, но затем мне понравилась такое зонирование. Личное – на втором этаже, все места и комнаты для гостей – на первом.

Вот только та комната, расположенная рядом, вызывала во мне противоречивые эмоции. Это была детская спальня, но ни я, ни Арбинский пока не решались ни о чем спрашивать друг у друга.

А он хотел поговорить и хотел спросить о многом. Я чувствовала, что тема детей немного волнует его, ведь по легенде вместе мы уже четыре года.