(Не)моя Днк - Диана Рымарь

Потихоньку она выучится, может еще удастся заработать денег в качестве модели. Потом начнет работать таргетологом, получит первые заказы, откроет ИП, обрастет клиентами. Может, даже создаст рекламное агентство. Ну это так, в голубых мечтах. В общем, на кусок хлеба с маслом и даже икрой заработает. Все же таргетолог — это очень востребованная профессия.

Аню мучила мысль, что, возможно, она поступала с Лейлой не совсем справедливо, ведь отказываясь от средств Тиграна, ущемляла в первую очередь ее. Однако взять деньги ей мешало одно серьезное обстоятельство. Если она примет от мужа хоть что-то, то даст ему повод снова делать свои грязные предложения, диктовать условия, вести себя с ней как с комнатной собачкой, которая должна слушаться.

Аня не комнатная собачка.

К тому же она всерьез боялась, что Тигран станет настаивать на встречах с Лейлой, ведь недавно он даже хотел забрать ее домой вместе с Аней. И уже не раз упоминал совместные встречи.

Возможно, и правда скучал, хотя Аня в это не слишком верила. Но встречаться им нельзя.

Если они начнут видеться, для ребенка это будет ужасный стресс! Аня ей объясняла-объясняла, что ошиблась, когда посчитала Тиграна ее папой. А Лейле все нипочем. Если они начнут общаться регулярно, то потом, когда муж исчезнет из их жизни, дочь еще больше пострадает. Ей придется второй раз переживать этот стресс.

В том, что Тигран исчезнет, Аня не сомневалась. Ведь она не собиралась идти на уступки, становиться его любовницей или возвращаться к нему в дом, чтобы он всю жизнь ее упрекал. А вечно крутиться рядом он не станет. Поймет, что не получит свое, и отчалит. Наверняка кого-нибудь заведет, с его-то темпераментом.

Аня обязана уберечь себя и Лейлу от этого типа. Пусть ищет себе новую жену и делает другую дочь. Теперь уже с его ДНК. У нее не получилось ему родить, к сожалению.

Аня увидела его машину, как только вышла из подъезда. Подошла и сразу села на переднее пассажирское сиденье, игнорируя нервную дрожь.

— Привет, — буркнул Тигран.

Очень грустно это буркнул, даже обреченно как-то.

— Что-то случилось? — спросила она.

И тут в салоне вспыхнул свет. Тигран уставился на нее хмурым взглядом.

— Это позиция, Ань… — прогудел он так же невесело.

— Что ты имеешь в виду? — не поняла она.

— Ну как что? — развел он руками. — Взять, надуть губы, посчитать мужа последним козлом и сидеть в углу, ждать, когда он сам догадается, что он козел.

— Ты про что? — снова не поняла она.

— Я вот про что, Ань…

С этими словами Тигран потянулся к заднему сиденью, достал пакет, положил Ане на колени.

Она открыла и охнула, увидев там свою шкатулку с драгоценностями.

— Скажи мне, какого хрена ты не сказала, что оставила их дома? — возмутился он.

— Ну… Я много чего оставила, — пожала она плечами.

— Я тебе все вещи выслал, почему ты не сказала, что среди них нет драгоценностей?

— Ну… Я подумала, что ты решил их не отдавать… — последнюю фразу она произнесла очень тихо, почти неслышно.

Однако взрыв все равно произошел.

— Серьезно?! — тут же зарычал Тигран. — Я был уверен, что ты их забрала еще в ту самую ночь!

— Почему? — удивилась Аня.

— Какая нормальная баба не заберет? — еще больше разозлился он. — Это же драгоценности!

— Значит, вот такая я ненормальная, — вздохнула Аня. — Не вспомнила про них в тот момент.

Тигран продолжал пыхтеть:

— Ты серьезно подумала, что я хочу зажать твои побрякушки? Я их тебе дарил! Скажи, я хоть когда-то тебе что-то жалел? Хоть раз выставил себя таким жлобом, чтобы ты могла подумать обо мне подобное? Ну? Ответь!

В этот момент Ане вспомнилось, как она считала копейки, когда покупала продукты в первые недели своего пребывания у Саши. Да что там, до сих пор эти копейки считала и еще долго будет. Ведь на ноги встать — это дело долгое.

— У меня были причины так подумать, — наконец ответила она.

— Это какие такие причины? Я ради тебя в лепешку расшибался все годы нашей совместной жизни. Я для тебя жил! Для Лейлы… Ничего не жалел для вас, и не пожалею. Все, что тебе нужно было сделать, — это попросить.

И тут Аню прорвало:

— Ты выгнал нас из дома без денег! Не забыл? Как я могла у тебя что-то просить? Выгнал в никуда! И документы подсунул, чтобы я на имущество претендовать не могла! Ведешь себя как султан, который готов нас облагодетельствовать, если я стану вести себя как твоя дрессированная собачка. А я не собачка тебе, ясно?

Муж опешил, задышал часто, прерывисто. Ане на секунду показалось, что сейчас огонь из пасти изрыгать начнет.

Но вместо этого он почти спокойным и почти разумным тоном произнес:

— Давай не брать в расчет последний месяц. Но до этого я ведь ничего для тебя не жалел! Как ты могла подумать так про меня? Ты как будто не со мной жила, а с каким-то другим типом, которому ты ни хрена не доверяла.

О, живя с ним в браке, Аня доверяла, еще как. Всю себя ему доверяла. Единственное, что доверить не смогла, — тайну зачатия Лейлы. И то потому, что не была уверена до конца. Теперь же…

— Нет, Тигран, я буду брать в расчет последний месяц. За это время ты показал себя совершенно другим человеком, и этому новому человеку я совершенно не доверяю.

— Бред! — Муж хлопнул ладонью по рулю. — Аня, я это, прежний я!

— Ты кто угодно, но не прежний ты! Я понятия не имею, чего от тебя ждать, я как на вулкане! Мне это не нравится.

— Я хоть когда-то тебя обижал раньше? — не сдавался он.

Аня смерила мужа убийственным взглядом и тихо спросила:

— Тебе перечислить все разы?

— У меня были причины поступить с тобой строго. Разве ты с этим не согласна? — прогремел он, ничуть не смутившись.

Ах вот это как называется — поступить строго, наказать. Ну, наказал. Аня на всю жизнь запомнит его наказание.

— Ты привез полис, Тигран? — спросила она, тяжело вздохнув.

Муж открыл бардачок и достал оттуда папку с документами. Там Аня нашла полис и кое-какие медицинские бумажки, выписки из больницы, в которой она лежала вместе с Лейлой.

— Все было вместе с драгоценностями, — буркнул Тигран, снова превращаясь в угрюмого ворчуна.

— Спасибо, — выдохнула Аня.

А потом достала из пакета шкатулку, открыла, порылась как следует. Отыскала сережки, цепочку и колечко, которые ей дарила на шестнадцатилетние мама. Положила найденное в карман, а взамен выложила сапфировое колье и карточку.

— Мне не нужны ни твои подарки, ни твои деньги, — сказала Аня угрюмо.