Омерта. Книга вторая - Лана Мейер

— Что ж, тебе остается лишь вспоминать об этом, не так ли? Киан мой мужчина. Мой муж. Не живи прошлым, Пэм. Это всегда так…жалко, — пытаюсь быть сильной я, четко выражая свою позицию и уверенность в Киане. — У тебя все? Выговорилась? — с трудом сдерживаю свои внутренние порывы. Резко разворачиваюсь и дергаюсь в сторону, до тех пор, пока дрянь не хватает меня за запястье. Приходится остановиться. Охрана не спешит мне на помощь. Они стоят слишком далеко, чтобы услышать нас с Пэм и понять, что мы ведем не задушевную беседу, а холодную войну.

— Ты никуда не уйдешь, — шипит сквозь зубы девушка, обдавая мой затылок своим дыханием с запахом нескольких видов алкоголя.

— Попробуй заставить меня остаться. Я позову охрану, — предостерегаю я.

— Сначала ты меня выслушаешь. Собственно за этим, я тебя и нашла, — воркует Пэм. В момент, когда я хочу вырваться из ее хватки и дать деру, девушка приставляет нечто холодное и крошечное к моим волосам.

Я уже хорошо знаю, как ощущается дуло пистолета, прижатое в аккурат к коже.

Меня бросает сначала в горячий пот, затем в холодный…сердце мчится в диком и перебойном танце. Я не верю, что она выстрелит в меня.

Она пришла сюда поиграть с моей психикой.

И все же инстинкт самосохранения, не позволяет мне больше вырываться или пытаться уйти. Нужно было сделать это сразу, черт возьми, а не выслушивать ее бредни.

— Я не стану убивать тебя, малышка. Если просто помолчишь и послушаешь меня, хорошо? Это не сложно. Я просто хочу причинить тебе боль. Не убить. Просто поиздеваться. Ты мне позволишь? — маниакально успокаивающим шипением, объявляет Памэлла.

— Полагаю, теперь у меня нет выбора, — сквозь зубы бросаю я.

— О да детка, так и есть.

Чертова сумасшедшая семейка. Нам с Кианом нужно бежать отсюда и как можно скорее, неужели он не понимает? Если муж не собирается защитить меня от этого ужаса, и продолжит вместо личного внимания и присутствия приставлять ко мне свору бесполезной и раздражающей охраны, я так долго не выдержу.

Сыта по горло.

Сначала дядя держал меня в дурдоме семь лет, теперь муж. Честное слово, я разведусь, если Киан ко мне не прислушается. Как бы сильно его не любила…себя нужно любить больше.

И мне стоит поберечь свои нервные клетки. В последнее время меня тошнит и мутит от постоянных переживаний. Еда в рот не лезет, как следствие — минус три сантиметра в талии и в груди.

— Я тебе кое-что покажу. Хочешь увидеть, как проводит досуг твой любимый муж, пропадая холодными вечерами и ночами? — Пэм выводит ладонь с телефоном вперед. Ткнув меня дулом в спину, она заставляет меня посмотреть на экран и увидеть запись с камер видеонаблюдения. Достаточно четкую, чтобы увидеть мужчину в маске «Призрака Оперы», что заходит в одно из злачных заведений Нью-Йорка. Призрак снисходительно ведет себя с одной из шлюх борделя, после чего импульсивно хватает женщину, одетую в развратный костюм с высокими собаками, за горло. А потом запись обрывается.

Как и мое сердце. Обрывается с артерий, будто падает вниз без страховки, вместе с веревками вен. Губы непроизвольно начинают дрожать, слезы болезненно жгут уголки глаз.

Я не поведусь на подобную провокацию. Эта запись ничего не значит. Киан даст мне логичное объяснение этому видео. А если нет…я уйду, клянусь. В любом случае, нам предстоит серьезный разговор. Нам. Я дам ему шансы мне все объяснить и возьму с него клятву, что мы покинем этот чертов клан.



— Он брал тебя в подобные места, детка? Рассказывал о своих экспериментах в групповом сексе? Или решил оставить тебя такой нежной и невинной только для себя? — вслух рассуждает коварная злодейка.

— У тебя все? — гордо вскинув подбородок, продолжаю со спокойствием мертвеца, противостоять Пэм. Доля правды в этом есть. Каждый раз, когда я узнаю о Киане что-то плохое, или чувствую, как он отдаляется…часть меня будто бы умирает, вместе с верой в наше светлое и безоблачное будущее.

— Подожди, моя радость. Это еще не «вишенка» на торте, что я для тебя так усердно готовила. Как я говорила, я люблю Киана. И сначала, я просто сходила с ума от ревности, когда он привел тебя в этот дом. А потом поняла…он женился на тебе, только потому что ты всего лишь инструмент по достижению к его цели. Своеобразный мешок с деньгами, который приятно иногда трахать. Не знаю, Мия. Осведомлена ли ты о «цветке бессмертия»?

Осведомлена, черт возьми.

Больше тебя, дура. Я почти расшифровала послание мамы. И я уверена, что близка к разгадке созданного папой препарата, как никогда.

— Он женился на тебе только ради того, чтобы украсть этот загадочный препарат, крошка. Как я об этом узнала? Очень просто. Риккардо Сандерс такой забавный, когда накачаешь его самыми веселыми наркотиками, — продолжает капать на мозги девушка, ритмично постукивая по моим позвонкам кончиком пистолета. — Все-таки Киан не зря его избил. За дело, детка. Ведь дружок действительно его предал, точнее…я ему помогла. Напоила одним зельем, трахнула хорошенько, сделала ласковым и покладистым…вот он и выдал мне все секреты моего мальчика. А я их передала папочке, упокой Господь его душу. Конечно, Рик о том, что согрешил, ничего не помнит. Но зато все помнит моя прекрасная камера.

И снова характерный щелчок на телефоне, после которого на злополучном экране включается довольно качественная запись.

Я опускаю взгляд, и вижу Риккардо, растянувшегося в спальне (предполагаю, принадлежащей Пэм) на постели обнаженным. К моей радости, его пах прикрыт простыней. Мой взгляд тут же заостряет внимание на лице парня: не нужно быть психологом, чтобы понять, что мужчина находится в невменяемом состоянии. Риккардо лежит на кровати в позе царя положения, закинув руки за голову и курит так, что почти все пространство вокруг него, превращается в один сплошной сгусток дыма.

— Расскажи мне, все его секреты, Рик. И я сделаю тебе очень приятно, — смотреть на это чертовски мерзко, но манипуляции Пэм довольно банальны. Она воздействует на Риккардо через стимуляцию его мозговой активности…той, что находится ниже пояса.

— Я уже все тебе сказал. Да…шлюха. Сильнее. Глубже, — меня бросает в ужас от того, что я вижу. Я больше не могу смотреть на это, но звук выключить невозможно.

Только отвести взгляд.

— Обвел эту малявку вокруг пальца. Она подписала все так быстро. Киан сам не ожидал настолько быстрой победы и подобной глупости от девчонки Ди Карло, — блаженным голосом, хрипит Рик. К его речи добавляются неприличные звуки, и мне просто хочется провалиться на месте, лишь бы это прекратилось.

Боль зарождается в эпицентре сердца, и подобно набирающей обороты музыке, увеличивается, распространяясь по всему телу. Парализует и отравляет каждый атом. Изнутри заражает, отправляет своей неприглядной правдой.

Бастионы моих иллюзий рушатся. По щелку пальцев. Мгновенно. Все обращается в прах: то, чем жила и во что слепо верила все это время.