Леди ангел - Сьюзен Джонсон

— Сэр, здесь — мисс Саския.

Эта новость оказалась неожиданной для Кита. Находясь рядом с Анджелой, он словно забыл о существовании на свете каких бы то ни было других женщин.

— Смотри-ка, такие же вазы, как в нашей столовой в Истоне, — произнесла Анджела, с восхищением рассматривая китайские вазы эпохи Минь, стоявшие на столике в прихожей.

— Возьми их с собой, когда поедем обратно, — предложил Кит, однако мысли его в этот момент метались в поисках выхода из сложившейся неловкой ситуации. Он пытался сообразить, как можно избежать неизбежного, казалось бы, скандала. Внезапно прямо рядом с ними послышался стук женских каблучков по паркету и раздался голос:

— Уитфилд, я никак не могу найти в столе у Кита эту книгу. Она нужна мне, чтобы Джонсон…

Вошедшая в прихожую Саския внезапно умолкла на полуслове, изумленно воззрившись на Кита и Анджелу. Уезжая из Лондона, Кит сообщил ей только то, что собирается провести несколько дней в Истоне.

— Я пришла забрать гроссбух по поставкам с Жемчужной реки, — срывающимся, неверным голосом стала объяснять женщина. — Управляющий складом… Она ему нужна. Уитфилд, подайте мне плащ.

— Не беспокойся, Уитфилд, — пробормотал Кит. Их дружба с Саскией длилась давно, и сейчас ее робость обеспокоила его. — Анджела, — сказал он, подводя возлюбленную к женщине, — познакомься с Саскией Вандервейл. Саския, познакомься с графиней де Грей.

«Какая она маленькая!» — подумала Саския, глядя на стоявшую рядом с Китом женщину и неожиданно почувствовав себя слишком большой и неуклюжей. Вслух она вежливо произнесла:

— Очень приятно, графиня. Извините меня за это вторжение.

— Добрый день, мисс Вандервейл, — сердечно ответила Анджела. Ее удивила даже не столько красота Саскии, сколько ее грация. — О каком вторжении может идти речь! Кит ведь тоже заинтересован поскорее найти этот ваш гроссбух. Разве тебя в Лондон привели не дела? — с улыбкой обратилась она к хозяину.

— Конечно, — мягко ответил тот, испытывая видимое облегчение. — Уитфилд, приготовьте нам в кабинете чай и что-нибудь выпить. Прошу вас, леди, — закончил Кит, беря Анджелу под руку и приветливо улыбаясь Саскии.

Квартира была просторной, с высокими потолками и прекрасно декорированной. Все здесь было выдержано в приглушенных синих, коричневых и зеленых тонах, стулья и диваны — обиты бархатом и кожей, а по стенам — развешаны дагеротипы и картины художников-маринистов.

Пройдя через гостевые комнаты и миновав коридор, они вошли в большой кабинет, расположенный в задней части дома. Его окна выходили в сад, весь белый от осенних хризантем.

Усадив Анджелу на софу, Кит достал из нижнего ящика письменного стола кожаный фолиант гроссбуха, и они с Саскией углубились в дискуссию по поводу товаров, которые как раз в этот момент разгружались на пристанях в Челси.

«Потрясающая женщина!» — думала Анджела, наблюдая, как Саския показывает Киту на какие-то цифры в гроссбухе. Высокая, изящная, стройная, с огромными темными глазами, в изящном шерстяном платье цвета красного вина. Ее золотые волосы были уложены в соответствии с последней модой. Однако мало того, что Саския была такой элегантной, судя по их разговору, она еще прекрасно разбиралась в торговых делах. Цены, вес, наименования различных товаров так и сыпались с ее языка — деловито и профессионально.

«Интересно, как долго они знакомы?» — подумала Анджела, видя, как гармонично общение этих двоих. Часто, когда Саския начинала какую-нибудь фразу, Кит заканчивал за нее предложение, а случалось так, что он хотел обратить на что-то ее внимание, но она кивала, перебивая его на полуслове, и договаривала за него. Один раз он засмеялся, а Саския улыбнулась и добавила что-то на незнакомом для Анджелы — вероятно, китайском — языке.

Однако когда дворецкий принес поднос с чайными приборами, Кит в ту же секунду прекратил обсуждать дела и, подойдя к Анджеле, сел возле нее на маленький диванчик, обтянутый зеленой кожей, открыто, на глазах у слуги и второй женщины, обняв ее за талию.

— Извини нас, дорогая, — обратился он к ней с нежной улыбкой, словно только что до конца осознал, как любит ее. — Я волновался об этом грузе, но теперь вижу, что причин для беспокойства нет.

— За это надо благодарить Джонсона, — заметила Саския, располагаясь на стуле с уверенностью человека, давно изучившего эту квартиру и чувствующего себя как дома.

— И тебя — тоже, — возразил Кит. — Не забудь выплатить себе премию за те статуэтки Танг, которые ты уговорила меня вывезти из Шанхая. Саския обладает подлинным нюхом на произведения искусства, — добавил он, поворачиваясь к Анджеле. — В этом ей нет равных.

«И — не менее хорошим нюхом на настоящих мужчин», — про себя подумала Анджела. Впрочем, она была настроена вполне доброжелательно по отношению к этой восхитительной женщине, знавшей Кита задолго до нее. Саския покинула Кита по его собственной просьбе, и поскольку Анджела сама безумно любила этого мужчину, она испытывала по отношению к своей сопернице скорее сочувствие, нежели ревность.

Они выпили чаю, а затем — шампанского, поговорили о работе, сделанной на «Дезире», о том, как они проводили время в Истоне. Саския лелеяла планы поселиться в Париже, поэтому они подробно обсудили, в каком районе ей лучше жить и какую квартиру выбрать. Затем, взглянув на часы, Кит обратился к Анджеле:

— Я должен повидаться с Чамберсом прежде, чем закроется банк. Ты не возражаешь, если я ненадолго отлучусь?

Конечно же, она не возражала. Она все понимала — понятие долга было знакомо ей слишком хорошо. Нежно поцеловав любимую в щеку, Кит поднялся, чтобы уйти. Отставив свой стакан, встала и Саския.

— Оставайтесь, пожалуйста, если хотите, — остановила ее Анджела. — Если у вас еще есть какие-то дела, не стесняйтесь. Я найду, чем заняться.

— Действительно, Саския, ты могла бы сверить счета с цифрами, которые указал Джонсон, — поддержал ее Кит. — Если хочешь, конечно, — вежливо добавил он, не зная, что на самом деле на уме у обеих женщин.

— Если вы не возражаете, я бы и впрямь задержалась на несколько минут. Я не нашла тюков с тайским шелком, но точно помню, что где-то видела упоминание о них.

— Вот и чудесно. А я поспешу. До свидания, дорогая. Если тебе что-нибудь понадобится, позови Уитфилда. Спасибо, Саския… — И, помахав женщинам на прощание, Кит вышел из комнаты.

Саския было снова направилась к письменному столу, однако Анджела внезапно остановила ее вопросом:

— Вы любите его?

— Да, но не так, как вы.

— Что вы имеете в виду? — как можно доброжелательнее спросила Анджела, слегка раздосадованная тем, что ответ собеседницы был начисто лишен эмоциональной окраски.

— Вы любите его чересчур сильно. — Саския подошла к письменному столу, положила пальцы на кожаный переплет гроссбуха и добавила: — Впрочем, не тревожьтесь, он любит вас точно так же.