Мой сводный мерзавец - Милана Стоун

— Мы?! Ты ничего решать не будешь.

Сдурела совсем. Я это все заварил, мне и расхлёбывать. Самое главное сейчас, это не допустить, чтобы с ней что-то случилось.

— Но…

— Я все сказал, — говорю грубо и пихаю в машину к другу. — Забери ее к себе и глаз не своди.

Вопросов не задаёт. Котов всегда готов помочь тем, кто ему дорог, я могу только радоваться, что у меня есть такой верный друг.

— Понял, будет нужна помощь, звони, — отвечает со всей серьёзностью, и я могу быть уверен, что с Лизой ничего не случится. — Ты же знаешь, кто мой отец.

— Да, помню.

Отец Макса слишком важная шишка, обратиться за помощью к нему означает все поставить на кон. Да и я знаю, как дорого может Максу обойтись его помощь. У них слишком натянутые отношения. Поэтому этот вариант я оставлю на самый крайний случай, а для начала я попробую решить все более «мирным» способом. 

Олег, значит. Какого черта он творит.

Это я и решаю выяснить, сразу после того, как мне зашили порез на боку и проверили не поломаны ли рёбра. Подобные осмотры прохожу не в первый раз, я частый гость в такого рода заведениях.

По итогу проведенного обследования врач настаивает на госпитализации, но я знаю, что со мной все в порядке, поэтому пишу отказную и еду на свою бывшую работу.

— Мне жаль, мужик, но шеф сказал тебя не пускать, — более чем серьезно заявляет охранник, стоящий на входе.

— Я должен войти, — отвечаю сквозь зубы. Кулаки снова чешутся набить чью-нибудь рожу.

— Ты не сможешь, посмотри на себя, ты на ногах еле стоишь.

Не правда, мне вкололи мощную дозу обезболивающего, и я чувствую себя намного лучше.

— Все нормально. Серёг, отойди по-хорошему, — снова пытаюсь пройти, но он по рации вызывает помощь. — Так значит.

Выходят ещё двое, и тут я понимаю, что силы не равны, тем более в моем нынешнем состоянии, но сдаваться я не собираюсь.

Приходится провести в тачке не один час, дожидаясь, пока Олег соизволит выйти, правда делает это с целой оравой охранников, что бывает только в редких случаях.

Из бардачка достаю травмат, хотя и знаю, что, если выстрелю, меня сразу убьют, но и кулаки в случае чего тут не помогут.

Вылезаю из машины, иду прямо на него, а он словно ждал этого, встречает с улыбкой на противной роже.

— Какого х*я ты натравил на меня своих псов? — стараюсь говорить, как можно спокойнее, хотя так и хочется огрызнуться и накинуться на него.

— Князев, тебе здесь больше не рады. Тебе и твоей любимой шлюхе.

Морщусь, потому что мне становится неприятно, когда он называет Элю моей.

— Я не брал твой товар, — говорю, смотря ему в глаза. — Я только недавно узнал, чем занимается Эля. Вернее, чем вы занимались за моей спиной.

Олег начинает смеяться. Выглядит это странно, особенно на фоне мужиков с серьезными лицами, которые сейчас его окружают. После он делает жест, словно смахивает слезу и тут же оскаливается.

— Думаешь, я такой лох? Думаешь, я не знал, что ты планировал меня подставить? Рыл под меня и сливал прокурорским? Только ты не понял одного, менты давно уже куплены, — достает из кармана фотографии и кидает под ноги. Тут я понимаю, что его люди были в моей квартире. П*здец. — Решил напоследок поиметь с меня бабла и при этом еще и уйти целым? Не получится.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я все понял. Объяснять ему, что я не брал товар, бесполезно. А то, что сливал информацию, это правда, только, видимо, впустую.

Сжимаю в кармане рукоятку ствола, рука так и дергается вытащить и засадить Олегу пулю в лоб. Убьют. А я жить хочу, моя жизнь совсем недавно наполнилась смыслом, и терять ее не хочется. Ослабляю хватку. Пока я жив — все решаемо.

— Я достану деньги с процентами, но ты больше не появляешься у меня дома и не будешь иметь претензий, — решаю пойти на сделку. Однако не так все просто. Интуиция подсказывает, что не в деньгах дело, а по его мнению в предательстве. — Я знаю, где ты живешь, знаю, где живет твоя любовница с дочерью…

Даю ему понять, что я тоже не лопух. У меня есть еще козыри, о которых он не знает, а те фотографии, что он нашёл у меня в квартире, это мелочь, малая доля того, что на него имеется.

Олега это задевает, он всего на секунду еле заметно дергается, потому что даже у такого гондона есть те, кого он любит.

— Значит, решил играть грязно, Князь, но знай, ты можешь проиграть. Тронешь мою семью, и я вернусь к старым, добрым методам решения всех проблем, — говорит кровожадно. — Уходим.

Олег со своей свитой грузятся по машинам и уезжают. А я уже знаю, что следует ждать подставы, и мне нужно к ней подготовиться, продумать все до мелочи.

Хрена с два я сдамся.