Безжалостный принц - Софи Ларк

Я вообще не считаю себя героем. Но, думаю, Бэтмен — хороший выбор в этом отношении. Он стратегичен, расчетлив, практичен. Не бойскаут, как Супермен.

Я не могу сдержать легкой улыбки от игривости Аиды. Наверное, я и есть тот богатый бизнесмен, который днем играет одну роль, а ночью другую.

Это будет идеально для благотворительного мероприятия. Теперь мне остается только беспокоиться о том, как Аида собирается одеться, чтобы соответствовать. Я могу представить, как она придет в образе Пингвина, просто чтобы поиздеваться надо мной.

— Вам помочь надеть его? — с надеждой спросила Эванджелин.

Эванджелин вдвое старше меня и является бабушкой троих детей, но это никогда не мешает ей заниматься легкими домогательствами на рабочем месте.

Аида находит это совершенно уморительным. Она стала лучшей подругой Эванджелин, как, похоже, и большинство людей, если дать им достаточно времени. Аида приносит моей секретарше мокачино со льдом каждый раз, когда приходит ко мне, и я слышу, как они хихикают на улице минут двадцать или больше, прежде чем Аида заскакивает ко мне в кабинет.

— Нет, спасибо, — твердо говорю я Эванджелин. — Я могу сделать это сам.

Это легче сказать, чем сделать. Я целых двенадцать минут возился с костюмом, плащом и капюшоном, но успел надеть все это, чтобы поспешить вниз к ожидающей меня городской машине.

Аида стоит рядом с черным «Линкольном», одетая в ярко-зеленый костюм, сапоги до колена и накидку из листьев. Она промыла волосы каким-то ополаскивателем, чтобы придать им красноватый оттенок. Это очень эффектно смотрится на фоне ее оливковой кожи. Губы она накрасила в вишнево-красный цвет.

Лиф облегает ее изгибы, как будто он был нарисован на ее теле. Мне приходится остановиться и смотреть, прежде чем я могу даже подумать о том, чтобы заговорить.

— Как, черт возьми, мне держать свои руки подальше от тебя? — спрашиваю я ее.

— Ты этого не сделаешь, — усмехается она.

— Я никогда не знал, что ты можешь так хорошо выглядеть, будучи рыжеволосой.

— Скажи это еще раз голосом Бэтмена.

— Ни за что. Я не буду говорить этим голосом всю ночь.

— Только один раз. Ну пожалуйста.

Я бросаю быстрый взгляд в сторону водительского сиденья, чтобы убедиться, что Джек не подслушивает. Затем я понижаю свой голос до самого хриплого тона и говорю: — РЭЙЧЕЛЛЛЛ!

Аида смеется так сильно, что я думаю, она сейчас описается в свой новый костюм.

— Вот и все, — предупреждаю я ее. — Я больше не буду этого делать.

— Это было прекрасно, — говорит она.

Она приподнимает свои полные, красные губы, чтобы поцеловать меня. Когда наши рты встречаются, она просовывает свой теплый, мягкий язык в мой, слегка проводя им по моим губам. Я целую ее в ответ вдвое глубже, пробуя этот богатый, сладкий аромат, который принадлежит только ей.

— Осторожно, — шепчет она. — У меня ядовитый поцелуй.

— Я знаю это, — рычу я. — Я помню день нашей свадьбы.

Она хмыкает, ничуть не сожалея.

Каждая борьба, каждая ссора, каждый безумный поступок ее или меня привели нас сюда, к этому моменту. Я бы не стал ничего менять, потому что не мог рисковать, что все сложится иначе. У меня есть Аида, эта девушка, которая бросает мне вызов и дополняет меня так, как я никогда не мог себе представить. Чего бы мне это ни стоило, чтобы привести нас сюда, я сделаю это еще сто раз.

Я целую ее еще раз, а затем мы забираемся на заднее сиденье машины — Аида грациозно, а я с большим трудом, поскольку резиновый костюм едва сгибается в коленях. Следя за тем, чтобы мой плащ не захлопнулся в дверях, мы отправляемся в путь.

Джек подвозит нас к Six Flags. Весь парк был арендован на ночь, так что студенты зрелого возраста, спонсируемые благотворительной организацией, могут привести своих детей и кататься на американских горках всю ночь напролет, угощаясь снежными конусами, попкорном, кренделями и хот-догами.

Как только мы приехали, я обнаружил свою маму. Она одета как Медуза в греческое платье с великолепной головой, полной змей. Она проводит меня по кругу, пожимая руки всем остальным членам совета директоров, а также нескольким недавним выпускникам.

Представители СМИ повсюду делают снимки, поэтому я должен позировать во время каждого рукопожатия, демонстрируя свою лучшую улыбку политика.

— Это прекрасно, — радостно говорит моя мама. — Мы разместим лучшие снимки на сайте. У нас есть все шансы удвоить наши пожертвования по сравнению с прошлым годом.

Она ничего не может с собой поделать. Будь то благотворительность, званый ужин или безжалостное поглощение другой компании, моя мама всегда должна превзойти ожидания.

Фотограф делает еще несколько снимков, затем делает паузу.

— Знаете, — говорит он. — Мы должны пригласить вас и вашу жену прокатиться на новых американских горках. Они идеально сочетаются с вашими костюмами.

— Конечно, как скажешь, — говорю я.

Аида застывает рядом со мной.

— Какие американские горки? — спрашивает она.

— Это американские горки «Джокер в свободном полете». Они только что ее поставили. Она идеально подходит для Бэтмена и Ядовитого Плюща, — ухмыляется он.

— Что… что значит «свободный полет»? — говорит Аида.

Я никогда раньше не слышала от нее такого тона голоса. Если бы я не знал лучше, я бы подумал, что моя бесшабашная, склонная к авантюрам жена испугалась.

Не замечая, что Аида становится такой же зеленой, как ее комбинезон, фотограф беззаботно отвечает: — Вам понравится! Ты там совсем не на рельсах едешь — сиденья находятся по обе стороны, так что ты, по сути, крутишься и переворачиваешься в пустом воздухе!

— Крутишься и переворачиваешься? — повторяет Аида, тяжело сглатывая.

— Ага! — говорит фотограф, взваливая на плечи свою сумку и готовясь вести нас. — Это двенадцать этажей вверх, 90-градусные склоны, много свободного падения… действительно передовые вещи. Я удивлен, что вы об этом не читали. Магнитная технология совершенно новая, никогда раньше не использовалась…

Он как будто читает из учебника, в котором все звучит ужасающе. Глаза Аиды стали такими большими, что занимают половину ее лица.

— Тебе не обязательно идти на него, — говорю я ей. — Я могу пойти сам, если ты боишься.

Аида поворачивает голову и смотрит на меня.

— Я не боюсь, — язвительно говорит она. — Это просто аттракцион.

Тем не менее, ее колени выглядят более чем немного дрожащими, когда она марширует вслед за фотографом, направляясь в сторону массивной зелено-фиолетовой стальной рамы.

Покачав головой на ее упрямство, я встаю в очередь вместе с Аидой. Поскольку в парке гораздо меньше народу, чем обычно, у нас есть всего около трех минут, чтобы подготовиться, прежде чем нас пристегнут к жгутам.