Горец - Валентина Кострова

* * *

Несколько секунд я в ступоре смотрю на смуглое лицо, потом начинаю смеяться. Громко и от души.

— Пять баллов! Ты меня троллишь! Я поняла, что с мужчинами гор лучше не шутить. Все, учла, теперь буду обходить вас окольными путями, — откинувшись на спинку мягкого стула, качаю головой. Давид моего веселья не поддерживает. А я, я его бесстыдно рассматриваю. В очередной раз убеждаюсь, что он не мой типаж. Я люблю русоволосых, высоких, в меру накачанных, с белозубой улыбкой для рекламных роликов зубной пасты. Давид хмурится, то сжимает, то приоткрывает губы,

— Я не шучу.

— А звучит, как шутка. Как ты себе это представляешь? Мы с тобой с разных планет, я не собираюсь замуж, тем более рожать ребёнка, тем более по указу и именно мальчика! Даже, если бы согласилась, ты говоришь о разводе, думаешь я тебе оставлю сына? Хрен! Это полный абсурд. Женись по своей религии, нраву, семье и благословляю вас на рождение милых смугленьких пацанят!

— Ты все же подумай. В твоих интересах со мной согласиться.

— Иначе что? Изнасилуешь? Запрешь в подвале? Ты бессилен заставить меня согласиться на этот бред.

— Хорошо, я тебя понял, — достаёт из кармана мой телефон и деньги. — Вот твой телефон, вот тебе три тысячи доехать до Сочи. Как ты будешь добираться, меня не волнует, — все кладёт передо мной, официант приносит заказ. — Ты можешь на дорожку поесть, а можешь сейчас идти, куда глаза глядят.

— Серьёзно?

— Как никогда. Я не буду тратить своё время на тебя, так как ты мне никто, — и этот нахал спокойно принимается за еду. Несколько минут сверлю его лоб яростным взглядом, даже не давится, но не собираюсь опускаться до истерики.

Ничего не сказав, забираю деньги, телефон и встаю. Неторопливо иду на выход, ожидая, что вот-вот Давид одумается отпускать и окликнет меня, но этого не происходит. Я сама оборачиваюсь, едва не задохнувшись от возмущения. Он спокойной сидит, жуёт и что-то смотрит в своём телефоне. Ах так! Чего мне пугаться, сейчас день, на мне приличная одежда, так что без приключений доберусь до автостанции, куплю билет на автобус и поеду домой. К вечеру должна приехать.

Уверенная в себе, покидаю торговый центр, на парковке озираюсь по сторонам. Вокруг ни души, которая бы мне помогла. Парочка подозрительных мужчин возле входа торгового центра доверия не вызывает, а девушек, как на зло, нет. Логично вернуться и у кого-то уточнить, куда мне нужно ехать, но я не тот человек, который возвращается. Даже когда езжу на общественном транспорте, предпочитаю выходить на той остановке, когда нужно идти вперед, а не назад.

— Потерялась, красавица? — раздается за спиной насмешливый голос.

— Разве такая, как я, может потеряться? — приподнимая бровь, поворачиваюсь. Тип ничего так, но опять же не мой типаж. Слишком все по-кавказски.

— Покатаемся?

— На велосипеде? — усмехаюсь, замечая за его спиной скоростной велосипед. — Извини, но я тут не одна, — храбрая, дерзкая, но все же в чужом городе, где я никого не знаю, чувствую себя слегка потерянной. Мне даже в голову не приходит спросить этого парня, в какой стороне находится автостанция.

— Никого рядом с тобой не вижу.

— А я вижу, за твоей спиной, — и это чистая правда, в нашу сторону, разговаривая по телефону, идёт Давид.

— Милый, я здесь! — как в самых лучших мелодрамах подпрыгиваю на месте и машу руками. Давид, нахмурившись, смотрит сначала на меня, потом на парня. Выдыхаю с облегчением, понимая, что он направляется в мою сторону, а не проходит мимо.

— Проблемы? — под его взглядом и я, и незнакомец как-то уменьшаемся в размерах.

— Я заблудилась. А тут Магомед пытается помочь, но я-то знаю, что ты будешь меня искать. Помню на уроках безопасности нам говорили, если потерялся в людном месте, стой на месте, мама тебя все равно найдёт. Теперь ты меня нашёл! — мы расстались полчаса назад, а я рада до чёртиков видеть Давида перед собой. — Магомед, познакомься, мой жених, Давид! Как видишь, я не врала, говоря тебе, что меня будут искать! — широко улыбаюсь и обхватываю руками руку Давида. — Прости меня, — да простит меня шрековский кот, что использую его фишку вселенских глаз, Давид не убивает меня взглядом, качает головой, тяжело вздохнув. Кажется, я его порядком утомила. Ну, а что ты хотел, красавчик, не надо было утаскивать меня.

— Ты неисправима.

Пока я улыбаюсь "жениху", "Магомед" уже слинял с наших глаз. Я тут же отпускаю руку Давида и отхожу в сторону.