Бредущие сквозь Лабиринт - Андрей Арсланович Мансуров

— И что? С какой стати это должно нас радовать?

— А вам бы хотелось, протопав, при самом неудачном раскладе, четыре спуска-подъёма, пищу, и, стало быть, и отдых, получить только в последнем зале?

— Чёрт. Где-то в этой мысли есть сермяжная правда… Разумеется, не хотелось бы. Так куда мы пойдём? Вверх или вниз?

— Я предложил бы — вверх. Потому что, если окажется, что мы логику зелёных человечков не уловили, спускаться на голодный желудок всё-таки легче, чем подниматься! Да ещё двойное расстояние!

— Логично. Потопали.

«Топать» удавалось не больше десяти минут подряд, и то — в поистине черепашьем темпе. А остановки делать приходилось даже большие. Керк сам долго сидел на ступеньках из пластика, слушая глухие и торопливые удары сердца в висках и ушах, и отдуваясь, словно жеребец-тяжеловоз при установлении рекорда грузоперевозки. И недоумевая, почему лестничный колодец, по которому они движутся, так сильно напоминает ему тот, что имелся в его школе: безликий прямоугольный короб с противолежащими пролётами по пятнадцать ступеней, залитый уже сидящим в печёнках матовым светом.

Двигаться и дышать стало совсем трудно. Как сказала Полина, действительно побледневшая, и всё время держащаяся за сердце, «если не придём хоть куда-то через полчаса, дальше вам придётся меня нести».

Нести не пришлось.

Через десять минут они получили по шарику, (кажется, гречишному) и напились.

— Слушайте, а вы очень удачно придумали. — Рахель плюхнулась снова на пол, и привольно раскинулась — ну не дать ни взять — морская звезда! Если б Керк не был уверен, что ничего у него не работает уже лет пятнадцать, он мог бы подумать, что давно забытые инстинкты, мысли и желания снова начинают будоражить его воображение! — Если б мы не получили еду там, внизу, одолеть двойной подъём мне лично вряд ли удалось бы.

— А я думаю, что удалось бы. — Полина тоже, как во время прошлой ночёвки, расположилась по другую сторону «их» мужчины, — Но — утомлёнными до жути! То есть, чёртовы паршивцы получили бы как раз то, что хотели: наши страдания и усталость!

А сейчас, если вы не возражаете, хотелось бы снова полежать, отдохнуть. Ноги уже не дрожат — я просто их не чувствую. Может… Удастся заснуть?

— Согласен. Рахель?

— Да. Плевать нам на условности типа день-ночь-сутки… Лучше ориентироваться по нашему состоянию: в состоянии мы двигаться дальше, или нет!

— Ну вот и отлично. Будем надеяться, что отдохнув и выспавшись, мы уже будем иметь мышцы потренированней…

Проснувшись, они поприветствовали друг друга, словно старые друзья, или одноклассники. Даже не раздумывая двинулись теперь во второй лестничный пролёт, ведущий вниз. Вот и очередной зал с «завтраком».

Шарик, который Керк только теперь надумал рассмотреть попристальней, оказался абсолютно монолитным, ни намёка на зёрнышки или какие другие неоднородности ни снаружи ни внутри не имел, но явственно отдавал чем-то бобовым — фасолью, что ли?

— Похоже на фасоль. — Полина фыркнула, — У меня с неё всегда… Пучит.

— Да, я тоже думаю, что это — фасоль. Хочется верить только, что мы не испортим местную воздухоочистительную установку.

— Ну, это — вряд ли, — Керк доел последний фрагмент-кусочек шарика, — Похоже, здесь свободно могло бы «приключаться» несколько сотен человек. Или — не человек.

— В смысле — не-человек?

— Я вот что думаю. Если этот лабиринт и правда построили наши зелёные друзья, то — вряд ли только для нас. Возможно, они испытывали, и ещё будут испытывать в нём и представителей других разумных рас космоса.

— Других?

— Да, быть может, совершенно на нас непохожих — скажем, рептилоидов, инсектоидов, осьминогов каких… Но — разумных.

— Это что же: получается, что мы сейчас — на космическом корабле, который путешествует между галактиками в поисках кого бы ещё проверить на «разумность»?

— Это — вряд ли. Похоже, сооружение это куда крупней, чем нам казалось вначале. И расположено где-то — стационарно. Вероятней всего, это нас к нему доставили. В состоянии анабиоза. Ну, или чёртовы инопланетяне додумались до нуль-транспортировки. Ну то есть — мгновенного переноса через пространство. Как в фильме «Звёздные врата».

Два недоумённых взгляда и сердитое переглядывание между его партнёршами сказали ему, что особого багажа фантастики в арсенале «фильмографии» их памяти нет.

Пришлось рассказать содержание фильма.

— Я очень рада, конечно, за передовую внеземную технологию, — Рахель сделала такое лицо, что Керк понял, что на самом деле думает женщина о внеземной технологии, — Но как это может сказаться на нас? Нас… После эксперимента — отпустят? Вернут назад?

— Не знаю. И должен сказать честно: если и вернут, то — «обеспамяченными».

— Да …рен с ним, я согласна и на это — лишь бы вернули!

Керк долго и внимательно смотрел в глаза напарницы. Та первой опустила взгляд.

Керк сказал:

— Вот именно. Никто нас там особенно не ждёт. И если мы с вами навсегда сгинем, никто там, дома, как мы уже поняли, и не почешется. А нам самим…

Разве здесь так уж плохо? Или… Скучно?

Рахель вдруг рассмеялась:

— Когда вы так говорите, я начинаю осознавать, что, вроде, и правда — то, что с нами случилось — не так уж страшно. В конце-концов, неспроста же нас выбрали! То есть — это нам даётся этакий уникальный шанс, показать чёртовым монстрикам, что человеческий интеллект кое-чего стоит, даже когда человек далеко не в… Скажем так: расцвете лет!

— Вы — рационалистка.

— Как и Полина, — короткий взгляд, и обмен невесёлыми улыбками между его женщинами сказали Керку, что если и будут разногласия между ними, то — не сейчас. Женщины «вычислили», да и «нутром чуют», как это ощущение обзывала недоброй памяти Агнетта, что пока им всем, и правда, выгодней сотрудничать! — Вы это знали уже тогда, когда мы потопали с вами внутрь, оставив «принципиальную» идиотку в первом зале.

— Ваша правда. Собственно, я просто избавил нас да и телеаудиторию, — Керк ткнул пальцем в очередную чёрную точку в углу потолка зала, — от той части «шоу», где предполагались «разборки», грызня, и бессмысленные обвинения-оскорбления. Но вы правы, дорогие партнёрши: здесь нужно действовать не только командой, но и последовательно и логично и методично. То есть это — пока.

— Почему — «пока»?

— Потому что пока нам дают самые обычные задания — по элементарной логике. Но я думаю, что скоро пойдут и посложней. Скажем, на ориентирование. В настоящем лабиринте. Плоскостном, или даже объёмном. Вот там-то нам и понадобится, как никогда, слаженность действий и взаимопомощь.

— Но… Почему?

— Потому что обследовать многочисленные разветвления и тупики придётся, возможно, поодиночке, а между собой — перекрикиваться!

Перекрикиваться им и