Душа ночи - Светлана Ледовская

Было тепло. Шевелиться совсем не хотелось. Где-то далеко раздавалось недовольное мяуканье моего кота. Надо бы дать ему имя. Раз теперь он точно мой…

Внезапно я очнулась. Резко дёрнулась, садясь в кровати и роняя одеяло. Я была в своей спальне, в собственной кровати, в застиранной мужской футболке и… одна. Из окна, сквозь покачивающиеся шторы лился утренний свет и большими пятнами ложился на пол. На стене тихонько тикали часы. С первого этажа доносились голоса. Один из них принадлежал Кинару. Поднявшись, слегка покачиваясь, я добралась до двери и вышла на лестницу. Каждая ступенька давалась сложно и, оказавшись внизу, я опёрлась о стену.

Внутри было так пусто. От этого непривычного ощущения было жутко. Я позвала сестру и никто не отозвался. Совсем. Она не таилась в глубине сознания. Её не было со мной. Всхлипнув, я едва не упала и не сразу заметила, что воцарилась тишина. Из кухни выскочил джинн и, что-то пробормотав, подхватил меня, не позволив свалиться на пол.

— Зачем ты спустилась?

— Я одна…

— Глупая, могла бы позвать. Я ведь отлучился на пару минут. Надо было…

— Дай воды, — перебила я и позволила завести себя на кухню и усадить за стол.

Напротив сидел Закари, у окна Лони, а рядом, пододвинув стул, оказался Васмет.

— Ты как, красавица? Что-нибудь болит?

Кинар резко пнул по стулу, заставляя брата отойти, и поставил передо мной стакан. Укоризненно посмотрев на хмурого мужчину, я сделала глоток.

— Расскажешь, что случилось? — Закари выглядел заинтересованным.

— А Кин не рассказал?

— Он не во всём принимал участие.

— Ты не помнишь? — изумлённо пробормотала и запнулась, заметив, как смутился джинн.

— Здесь все свои. Можешь говорить, не таясь.

— В нашем городе творилось неладное…

Когда я закончила говорить, солнце поднялось к зениту и тень затопила комнату. Джинн сидел рядом, нежно поглаживая меня по плечу.

— Я потеряла сестру. И Санир… — вздрогнув всем телом, я закрыла ладонями лицо. — Мой мальчик… — на моей коже не было рисунка цветка. Он выгорел, оставив лишь светлый участок кожи.

— С ним все в порядке, — встряхнул меня Кинар. — Он жив и ужасно упрям, как всегда.

— Правда? — неверяще посмотрев на каждого из присутствующих, я не смогла сдержать глупой улыбки.

— Он всё время о тебе спрашивает.

Я обняла своего мужчину, ощутив, как внутри становится теплее.

— Ты собираешься ей сообщить о том парне? — хмуро поинтересовался Закари.

— Заткнись, — проворчал Кин и прижал меня к себе крепче.

— О ком ты мне не хочешь говорить?

— Вот сейчас мне не хочется говорить о твоём бывшем…

— Валс? Что с ним? — в груди сжалось сердце.

— Он торчит здесь последние несколько дней и ждёт, когда ты очнёшься, — Лони не обращал внимания на злобный рык джинна. — Всех игнорирует и вроде голодный. Вид у него жуткий.

— Его не обижали?

— Он сильный, — Закари подозрительно болезненно скривился и потёр челюсть, — зараза.

— Мне нужно с ним поговорить, — я попыталась подняться, но джинн удержал на месте. — Мне надо сказать, что её больше нет, — последние слова буквально стыли на губах. — Не мешай мне, Кин. Так надо.

Валс сидел в тени дерева, на котором я хотела повесить качели. Пересекая лужайку, я видела, как тяжело он поднялся и опёрся об узловатый ствол. От проницательного взгляда я поёжилась, но заставила себя подойти ближе. Немертвый был голоден. Это было слишком заметно по почерневшим глазам и бескровной коже. Он вздрагивал и едва держался на ногах.