Тихоня для мажоров - Лили Ред

Жар внизу живота становится невыносимым. Я хочу разрядки и бесстыже прошу ее у парней. Внезапно Артем отстраняется, спрыгивает с кровати, и я слышу какой-то треск. Кровать прогибается и мужчина возвращается, размещаясь у моих ног. Я чувствую, как к клитору прижимается что-то холодное. Эти резкие перепады заставляют меня вздрогнуть.

— Тише, — успокаивает меня Егор, отрываясь от моей груди и целуя в шею. — Тише, мы не сделаем ничего ужасного. Тебе понравится, малышка. Ты кончишь для нас. Всего лишь кончишь, Юля.

Вздрагиваю, когда этот холод проникает внутрь, но абсолютно ничего не могу сделать, потому что мои ноги и руки прочно зафиксированы, а глаза закрыты. Ощущения становятся ярче, поэтому когда холод покидает меня, а на смену ему приходят теплые, уверенные пальцы, я вскрикиваю и тянусь к мужчине, дыхание которого чувствую у своего рта.

— Хорошая девочка, — говорит Артем. — Такая узкая и влажная.

— Юль, — выдыхает мне в рот Егор. — Так долго ждал.

Его слова скручивают все внутренности, но несмотря на это, желание разгорается с новой силой. Я чувствую себя Белоснежкой, только вместо семи гномов рядом со мной два прекрасно-порочных принца, желающих мое тело.

— Не бойся Егора, детка, — уверенный голос Артема отрезвляет и меня покидает липкий страх, успевающий сковать все тело. — Не бойся, — повторяет как мантру, обжигая дыханием внутреннюю часть моих бедер.

— Артем прав, — соглашается Егор. — Не бойся. Просто получай удовольствие.

— Я люблю вас, — выдыхаю, ахая, когда мои соски оказываются в уверенных и умелых руках одного из мужчин.

— Больше жизни, — мальчики отвечают в унисон.

Меня отстегивают от кровати, освобождая руки и ноги. И тут же начинают растирать их, я не успеваю даже снять повязку. Они разминают мои мышцы и почти, как куклу, усаживают верхом. Я тянусь к повязке, но Егор шепчет сзади.

— Оставь, малыш.

И я слушаюсь его. Руки опускаются на голый торс Артема, потому что если сзади Егор, то сижу я сейчас на Артеме. Его ладонь проходится вдоль моего позвоночника и заставляет наклонится вперед. Артем приподнимает мои бедра и погружается в меня на всю длину.

Меня начинает бить мелкая дрожь, напряжение становится сильнее, но когда я чувствую пальцы Егора сзади, даже чуть дергаюсь.

— Мы никогда, — слабо говорю я.

— Я знаю, — отвечает Егор и растирает там чем-то холодным.

Меня охватывают непривычные ощущения, чего-то запретного, но возбуждающего до безумия.

Его пальцы проникают внутрь, и я стараюсь максимально расслабится. С бывшем козлом мы пробовали такой вид секса, но тогда он был неудачным и болезненным. Сейчас это только подстегивает мои ощущения внутри.

— Да, малыш.

Артем двигается медленно, в такт пальцам Егора. Но вдруг все прекращается. Место пальцев занимает орган Егора, который медленно проникает внутрь. Эмоции зашкаливают, я теряюсь в них и в моем сознании взрываются фейерверки. Я глубоко дышу, пытаясь унять крупную дрожь, распространяющуюся по телу, но все, что могу — издавать протяжные стоны, потому что то, что они делают.

— Боже, — кричу во весь голос и Артем ловит мой крик губами, буквально пожирая его.

Я расслабленно падаю к Артему на грудь и часто дышу. Этот ураган было сложно вытерпеть долго, но я смогла это сделать. Егор стонет и его член покидает меня, вскоре оргазма достигает и Артем.

— Такого в моей жизни еще не было, — хриплю им, даже не желая раскрывать глаза.

— Это только начало, Юль. Как тебе Лас-Вегас? — Егор ложится рядом, и я открываю глаза, жмурюсь, но в комнате темно, и я понимаю, что мы в подвале.

— Лас-Вегас офигенный, — без тени смущения говорю я.

— Не жалеешь, что согласилась, — Егор ухватывает меня за подбородок и вынуждает посмотреть ему в глаза. Там полыхает пламя. Дикое, жаркое, необузданное.

— Ни капли, — честно отвечаю, глядя Егору в глаза, и переплетаю пальцы с Артемом.

* * *

Артем

Я думал, что справлюсь. Верил, что Юля сделала выбор и искренне согласилась стать моей. А потом я увидел истинное положение вещей. Вышел из своей личной зоны комфорта и поняла, что Юля все еще тоскует по брату. Вспоминает его и думает о нем. Я старался игнорировать, но за то время, что прошло, Юля стала более замкнутой, немного ушла в себя, так что проблему игнорировать нельзя было.

Не помню, что именно сподвигло меня на предложение жить втроем, но другого выхода я не видел. Я не справился. Не смог сделать ее счастливой. Да и не получилось бы, потому что Юля любила Егора, хорошо, если не сильнее меня. Она думала о нем, хотя пыталась скрыть. А я не знал, что делать и видел только единственный выход.

— Папа, можно мне погулять во дворе? — сын подбегает ко мне и отпрашивается, а я, впрочем как всегда, просто не могу ему отказать. Не могу сказать, что что-то нельзя.

— Иди, конечно.

Я до сих пор не знаю, кто из нас биологический отец, да и честно, не хочу знать, хотя мы сдали тест ДНК несколько дней назад. Со дня на день должны доставить результаты, а я не хочу знать. Подсознательно боюсь, что Максим окажется сыном Егора и… я не знаю. Я до сих пор не знаю, любит ли Юля нас обоих одинаково, не делает ли между кем-то различие. Она никак этого не показывает, никак не обделяет нас вниманием, но… я сомневаюсь.



Вот и с ребенком так же. Никакой тест не изменит того, что я его отец и считаю его сыном. Никакие цифры не смогут убедить меня в обратном. Я счастлив, потому что моя любимая женщина рядом, мой сын растет в полноценной семье.

Егор же…

Поначалу мне приходилось мириться с его присутствием в нашем доме и в нашей жизни. Я никак не мог привыкнуть к мысли о том, что Юля теперь не одна. Что мы живем все вместе, что она принадлежит ему точно так же, как и мне. Первые полгода были самыми сложными. Мы даже спали по отдельности, а потом что-то будто щелкнуло. Я взглянул на это под другим углом, да и Егор, видимо, тоже. Мы перестали воспринимать нашу жизнь как соперничество и стали единым целым.

* * *

Егор

— Здравствуйте, — говорит молодой паренек, — вам прислали письмо из клиники.

Я киваю и протягиваю руку, чтобы забрать его. Ставлю свою подпись и прощаюсь с курьером. Осматриваю белоснежный листок и понимаю, что единственное, чего хочу — выбросить его. Не хочу открывать, не хочу знать и не хочу читать, потому что моя семья это Юля, Максим и брат. Я не собираюсь узнавать, кто моему сыну настоящий биологический отец.

Мне не страшно, просто я не хочу этого знать. Не хочу, чтобы Юля думала о том, что было бы, если бы этот тест был проведен сразу, а не через пять лет, что было бы, если бы она сразу выбрала “нужного” брата. Я не буду об этом думать, как и Артем, но Юля. Она не сможет просто взять и смириться, и в один из моментов просто сорвется.