Виноградные грёзы. Книга 2 - Джулия Романтик

– Поверить не могу…

– Малышка Ари, теперь финал окажется не таким ярким.

В глазах то темнота, то белый свет. Я выбежала прочь из квартиры.

Стивен

Разговор с Ари произвел волшебный эффект: я настолько себя презирал, что алкоголь не помогал забыться. Следующим утром я выкинул бутылки – закрытые тоже, – принял ванну, вызвал домработницу и отправился в студию.

Черт дернул сказать грубость про Майка… Аристель больше не захочет меня видеть.

Сегодня я опять собрался в студию: творчество хорошо лечит разбитое сердце. Бен отказался присоединиться. Когда я позвонил, он начал мямлить в трубку и театрально кашлять. Так и скажи: ведешь кого-то на свидание! Я жалок, но способен выслушать о чужом счастье. Бен настаивал на своем. Пришлось сдаться первым, и я поплелся в студию.

В здании меня прошиб ледяной пот. Я сел на диван и закрыл лицо руками. Здесь Ари целовала меня. Хотела меня. Любила меня.

Я взял гитару и пару раз перебрал струны, но это не помогло отвлечься. Никаких строчек в голове. Отложив гитару, я оглядел комнату. Взгляд задержался на маленьком шкафчике у стены: его сложно заметить, много хлама навалено сверху, будто внутри что-то ценное, тщательно спрятанное от посторонних глаз… Вскочив с места, я убрал мусор и открыл первый ящик. Среди огрызков карандашей, фантиков от жвачки и потрепанных медиаторов лежал пакет с зеленой, мелкомолотой травкой.

Воспоминания нахлынули, когда я высыпал содержимое пакета на столик. Никогда не курил в одиночестве, думаю, вообще бы не курил, не подначивай меня Джерад. С наркотиками я во враждебных отношениях. Но Джер… В груди приятно закололо. Джерад Андерсон – мой лучший друг, несмотря ни на что.

Горло саднило от предвкушения, когда я поджигал край самокрутки и прикуривал. Руки тряслись, дыхание сбилось. Но с первой затяжкой всё прошло. Я сел на диван и прикрыл глаза. Вдохи и выдохи стали глубокими, дым нежно обволакивал легкие. Происходящие за этими стенами выглядело незначительным. Отпускал прошлое, Ари, себя. Разве я тот Стивен, каким был три года назад? Вовсе нет.

Ари

Стивен покинул ванную комнату и хмуро глянул на меня, застывшую в коридоре. Зеленоватый, с красными глазами, Стив наверняка был озадачен тем, что я явилась без приглашения.

– Хорошо проблевался?

Он вытер ладонью рот:

– Отлично, Ари. Спасибо за заботу.

Стивен подошел к письменному столу и оперся руками о деревянную поверхность. Спина напряжена, Рэтбоун явно не ожидал вновь увидеть меня в своей квартире. А меня парализовало, я сделала пару шагов и застыла посреди гостиной, не зная, как начать разговор. Ладони вспотели и, вытирая их о край джинсов, я поняла, что не злюсь на Стивена за грубые слова о Майке. Вероятно, на фоне поступков Джерада – это пустяк. Или моя благодарность за всё хорошее сильнее обид.

Я молчала, собираясь с мыслями. Стив постукивал пальцами по столу. Прокашлявшись, я выпалила всё как есть, местами сбиваясь и повторяясь:

– Стивен, я пришла… пришла сказать… Джерад он… был с Софи и он, наверное, с ней сейчас. Ты, скорее всего, знаешь…

– Что? – переспросил Стивен. Не сдвинулся с места, не повернулся, только руки задрожали. – Джерад и Софи? Бред.

Кусая до крови нижнюю губу, я долго не отвечала.

Стивен не знает. Ничего не знает!

– Я пришла, – голос ломался от слез, – сказать то, что сказала. Ты должен знать: Джерад нас обманывал. – Я замолчала, сделав пару шагов вглубь комнаты. Рука сама потянулась к плечу Стивена. – Прости меня, – добавила я, задев кончиками пальцев ткань его футболки.

– Ари. – Он повернулся и перехватил мою ладонь.

Мы смотрели друг другу в глаза. Стивен держал меня за запястье, вторая его рука коснулась моей щеки. Холодные снежинки-пальцы. Стив мягко улыбнулся, скользнув ладонью по щеке до подбородка. Я, не отрываясь, смотрела ему в глаза: непривычно пустые, как выжженные зеленые поля. Рэтбоун отпустил мое запястье: оно выпало из его руки и безвольно повисло вдоль моего тела.

– Всё будет хорошо, Стив.

– Да, – его голос тихий. Стивен вновь улыбнулся и провел ладонью по моим волосам, убирая прядь за ухо. – Конечно, Ари.

Наступило будущее. Мгновение «где-то не здесь» оборвалось; стрелки на наручных часах Стивена сократили этот день еще на минуту.

– Не могло быть никакого счастливого конца для нас, верно?

Рэтбоун прислонился лбом к моему лбу и прошептал:

– Я не твой отец, не сутенер Карлос, не Джерад… Поэтому не буду пытаться удержать тебя силой. Если хочешь уехать, не буду тебя останавливать.

– Ты хочешь, чтобы я уехала?

Время вновь замерло. Но не так, как замирало минутой ранее: не волшебное мгновение, а заледеневший миг.

– Ари, я хочу счастья для тебя. И всегда хотел. – Стивен резко направился к столу и открыл один из ящиков. – Бен сказал, ты собираешься продать квартиру. Сегодня утром, – он что-то достал и закрыл ящик, – я снял столько денег, сколько стоит квартира. Пока не получишь визу, можешь жить там, я не буду тебя беспокоить. Вот, – когда Стивен повернулся, в его руках я заметила бумажный конверт, – деньги. Начать новую жизнь – хорошая идея. У тебя получится, – вручил конверт.

Так отпускают в долгую дорогу близких: без слез и криков, знают – иначе нельзя. От его доброты и искренности мое сердце разрывалось. Мы знали друг друга слишком хорошо, мы многое пережили.

– Спасибо. Прощай, Стив… Стивен.

Я займусь получением визы сегодня же, но первым делом заберу из квартиры Джерада свои вещи.

Стивен кивнул и пустился обратно к столу. Занял ту же позу, в которой стоял, только напряжение с плеч спало. Я вышла, будучи уверенной, что он не обернулся. Может, хотел, но не стал.

***

Пока я ехала в автобусе, то заказала анкету для получения визы в Германию. Отца я больше не боялась, а получить разрешение на въезд дочке бизнесмена, к тому же в страну, где она родилась, не составит труда – через неделю буду в Берлине.

Дверь в квартиру Джерада не заперта. Плотно занавешены окна, я споткнулась. Когда добралась до спальни и включила свет, силуэты у окна приобрели очертания: Джер и Софи слились в поцелуе.

Увидев меня, Андерсон просиял:

– Ари! Почему ты не улыбаешься, Ари? Не рада меня видеть?

– Не хочу разговаривать с тобой, – выдавила я, – дай мне собрать вещи.

Джерад хрипло расхохотался, словно я сморозила глупость.

– О, ты хочешь поговорить, – закивал он. – Уверен, тебе интересно поболтать с нами.

– Нет!

– Присядь, пожалуйста. – Ее голос звучал мирно. От удивления я села на край постели: Софи впервые обратилась ко мне дружелюбно. – Необходимо… объяснить всё. – Она глядела виновато, загорелые щеки окрасил румянец.