Взгляд сквозь шторы - Андрей Райдер

– Нет, хочу еще прокатиться! Я не устала, – хорохорилась она.

– Уверена, что сможешь?

– Уверена!

И они вновь пристегнули доски.

Спуск был восхитительным. Аня уже, конечно, устала, но с остановками на отдых у нее получалось неплохо.

– Фу-у! Тяжело, пожалуй, – плюхнулась она на попу. – Ты был прав! Укаталась.

– Давай посидим. Отдохни. Последний лобик остался, и налево – к нижней станции. С меня – премиальный глинтвейн за упорство.

– Катим! Хочу еще глинтвейна! – подзатянув ремешки креплений, Аня начала спуск. Доска держала отлично. Несмотря на то, что стесанный склон был жестковат, кант неплохо врезался в снег, но тут какой-то парнишка неожиданно подрезал ее. Аня резко перекантовалась, чуть быстрее входя в поворот, и сноуборд внезапно зарылся. Резкий рывок – и ее вдруг сильно выкинуло, швырнув через голову. Кувырок, удар, еще кувырок, еще… Земля, небо, земля, небо… Уклон в этом месте был довольно-таки сильным. Ба-бааах! Последний удар. Растянувшись на спине, Аня глядела в кружащееся небо.

– Жива?! – встревожено смотрел на нее сверху Жан. – Ничего не поломала? Руками, ногами можешь двигать? Ну-ка, пошевели.

– Попой сильно шлепнулась, – сквозь слезы улыбнулась она, вставая. – Отбила слегка, любимую.

– Очень сильно? – забеспокоился Жан, поддерживая ее.

– Нет, но чувствуется. Ой! – вскрикнула она.

– Что?! – встрепенулся Жан. – Где еще больно?

– Нога. Вот тут, внизу.

– Голеностоп?! – наклонился он.

– Похоже, да.

– Держись за меня, отстегну твою доску. Крепче держись, а то опять шлепнешься. Черт! Моя вина. Надо было на фуникулере спускаться. Видел ведь, что устала уже, – ругал он себя, возясь с ее креплениями.

– Да нет, сама напросилась, – морщилась Аня. – Не переживай. Пройдет.

– Пройдет, конечно! Думаю, связки потянула. Летела-то стремно.

– Спасибо, тренер, что не бросаете в трудную минуту, – криво улыбнулась она.

– Не прикалывайся, – придерживая Аню за талию, Жан встревожено смотрел на нее. – Попробуй теперь ступить на больную ногу. Только не сильно.

Морщась, она проковыляла несколько шагов.

– Идти могу, но немного больно.

– Может, к врачу съездим?

– Да какой там врач?! Ерунда! Пошли лучше еще глинтвейна выпьем. Само пройдет.

Они сели за стойку расположенного неподалеку от нижней станции бара и продолжили приятное общение. Настроение росло, но боль не проходила, и, неосторожно шевельнув ногой, Аня вновь поморщилась.

– Надо бы быстрее приложить лед, – забеспокоился Жан. – Похоже, все не так легко.

– Ну да, неприятные ощущения, – скривилась Аня. – Поеду в гостиницу. Проводишь?

– Само собой! И ногу твою посмотрю. Я человек бывалый.

И, сев в автобус, они поехали в ее отель, это было совсем близко.

В номере Жан аккуратно снял с нее ботинки. Притащив с балкона снег и сосульки, он сделал ей что-то вроде ледяного компресса вокруг поврежденной голени. Он так старательно этим занимался, что Ане даже стала нравиться ее травма.

– Не очень холодно? Не стынет нога? – стоя на коленях, Жан заботливо смотрел на нее снизу. У Ани аж потеплело в груди от умиления, настолько это внимание было трогательным.

– Терпимо… Сам же сказал, что нужен холод. Если бы знала, что ты будешь за мной так ухаживать, шлепалась бы на каждой тренировке, – кокетливо улыбнулась она.

– Это – лишнее, приезжай еще, буду и так ухаживать. Без всяких травм, – рассмеялся он, и Аня почувствовала, как ей приятны такие слова. – Пару часиков подержи так ногу в холоде. Никуда не ходи. Вечером привезу специальную мазь. Посмотрю еще раз голень и помажу. Думаю, все будет ништяк.

Жан уехал, а травмированная Аня осталась переживать случившееся.

«Хорошо еще, что в последний день навернулась! Предлагал ведь Жан на фуникулере спуститься. Не послушалась, а ноги-то реально забились, вот и шлепнулась… А с другой стороны… Такой парень за мной теперь ухаживает!» – с этими мыслями она незаметно уснула. Сказались усталость и пережитые эмоции. Так часа два она и продремала в кресле, не заметив, как пролетело время. Снег растаял, и на полу под ногой образовалась небольшая лужица.

«Посмотрим, что там у нас с бедной ножкой, – проснувшись, сняла она повязку. Голеностоп опух, но не сильно. Аня подвигала ступней, ощущения были терпимыми. – И всего-то проблем, но как было трогательно! А сейчас он еще и мазать меня приедет, – она взглянула на часы. – Оп-па! Надо успеть принять душ и переодеться к приезду доктора», – и она пошла в ванную, подтрунивая над собой. Настроение у нее было прекрасное.

Когда приехал Жан, она сидела в халате напротив открытой балконной двери, попивая глинтвейн, принесенный официантом. В гостиничном баре его варили вполне неплохо, ей даже в голову немного ударило. Было тепло, и косое вечернее солнышко заглядывало к ней в номер, ласково отогревая от холода заснеженных гор.

– Кто нарушает постельный режим?! Почему не в компрессе? Это как называется, девушка?! – шутливо возмущаясь, стал отчитывать ее Жан.

– Не гневайтесь, доктор! Компресс растаял. Жду вашу изумительную мазь, – радостно подыграла она в ответ.

– Ну ладно, давай посмотрим, что там у тебя. Сильная опухоль? Ступать не больно? – улыбнулся Жан.

– Да, по-моему, ерунда. Легко отделалась, – Аня села в кресло и вытянула ногу. Он присел на корточки рядом.

– Немного опухла! Надо тщательно втереть мазь, причем несколько раз, – взяв мазь, Жан начал наносить ее на голеностопный сустав. Ему было не совсем удобно делать это в таком положении.

– Нет, так тебе не с руки. Давай я переберусь на край кровати и вытяну ногу, а ты, наоборот, сядешь в кресло, – сказала Аня, а про себя подумала: «Как я удачно педикюр-то вчера сделала!»

– Да, так будет лучше. Если почувствуешь боль, скажи.

Вытянув травмированную ногу, Аня откинулась назад, опираясь на руки, а Жан стал втирать мазь. Он делал это осторожно и тщательно. Легкими круговыми движениями поглаживал и массировал сустав, растирая его пальцами и ладонями. Тепло постепенно растекалось под кожей, было очень приятно и чувственно. Чувственно, потому что он делал это так нежно, словно держал в руках хрупкую и дорогую вещь. Аня млела от наслаждения, забыв о боли.

Руками неудобно было опираться, это отвлекало от приятных ощущений. Она откинулась на локти… Но и такое положение оказалось некомфортным.

– Подожди минуту. Подложу под спину подушку. Неудобно, плечи затекают, – потянулась Аня назад, к спинке кровати. Халат чуть раздвинулся и свалился с колена, приоткрыв ярко-красные трусики. Она сразу и не заметила этого, но, вновь обернувшись к Жану, краем глаза поймала его взгляд у себя между ног. Он был как бы мимолетным, лишь скользнул вдоль ее промежности, но Аня явственно почувствовала его, будто пушистая меховая кисточка порхнула у нее ТАМ теплом. Ощущение было необычно приятным.